Таким образом, 2 февраля гроб с телом Пушкина находился под полным контролем властей. Учитывая все эти странности, сопровождавшие похороны Пушкина, можно с большой долей вероятности предположить, что именно в этот день (или ночь) агенты Третьего отделения изъяли тело, похоронив его на одном из петербургских кладбищ. А на его место положен труп неизвестного, вероятно, сильно разложившийся. Гроб заколочен, поставлен в дубовый ящик, который также заколочен и просмолен.
Операция осуществлена довольно чисто. Однако сведения о ней могли просочиться в общество. М.П. Погодин записал в дневнике: "Разговор о происшествии после смерти Пушкина, нелепых подозрениях". Запись относится к периоду между 21 и 28 февраля 1837 года. Погодин не указывает, с кем был разговор, но судя по предыдущему абзацу - с Владимиром Ивановичем Далем. Даль знал многое. Он делал вскрытие тела Пушкина. И именно ему "обстоятельства", читай агенты Третьего отделения, не дали извлечь пулю. Пуля важна только в том случае, если она не из пистолета Дантеса и не пистолетная пуля, а ружейная или винтовочная. Они скрывали вещественные следы преступления.
Поздним вечером 3 февраля все готово к отправке "груза". Василий Андреевич Жуковский описал момент прощания с грустной и наивной прямолинейностью: "3 февраля в десять часов вечера собрались мы последний раз к тому, что ещё для нас осталось от Пушкина, отпели последнюю панихиду; ящик с гробом поставили в сани; в полночь сани тронулись, при свете месяца я провожал их несколько времени глазами, скоро они повернули за угол дома; и все, что было на земле Пушкин, навсегда пропало из глаз моих".
Панихиду пели над закрытым ящиком. Жуковскому, конечно, и в голову не могла прийти мысль, что осуществлена подмена тела.
Тайная полиция России имела определенный опыт в таких делах. После самоубийства Александра Николаевича Радищева его похоронили настолько оперативно и скрыто, что до сих пор найти его могилу не могут. Опыт этот вполне мог пригодиться при разработке и проведении операции по подмене и захоронении тела Пушкина.
За полночь трое саней покинули столицу. Одновременно в Псков послан специальный представитель императора и Третьего отделения камергер Яхонтов с приказом для губернатора Пещурова: "...воспретить всякое особенное изъявление". В конце вскользь замечено: "К сему не излишним считаю заметить, что отпевание тела уже совершено". Вот главное! Из-за этого спешил в Псков камергер Яхонтов. Если не отпевать, то и вскрывать гроб не нужно.
6 февраля в 6 часов утра гроб предан земле. При этом гроб из ящика не вынимали, бросив ящик и гроб в мерзлую землю, и чуть присыпав снегом.
До весны пролежал ящик у стены Святогорского монастыря. Никто и подумать не мог, что в нем важная государственная тайна.
Примечательно, что близкие родственники на могиле Пушкина не были. Жена, Наталья Николаевна, заехала как-то, постояла немного и ушла, а кирпичный склеп сделала соседка Пушкина, владелица села Тригорское П. Осипова.
Сомнения в том, что в Михайловском похоронен именно Пушкин, в очень осторожной форме высказал А.И. Фаресов почти сто лет назад в статье "В Святых Горах", помещенной в июльском номере журнала "Исторический вестник" за 1899 год: "...островский уездный исправник, которому приказано было встречать и провожать тело до вечного места упокоения, не рискнул сам отправиться для встречи тела поэта, а командировал для сего одного из своих последних канцелярских чиновников, который один и мог засвидетельствовать, что прибывший рано утром в Святые Горы осмоленный ящик зарыт в земле или, точнее, в снегу у одного из алтарей обители. Что же в действительности заключалось в этом ящике - свидетелей никого не было".
А если кто и был, то, конечно, молчал, и правильно делал, ибо сопричастен был государственной тайне. Но кое-какие слухи появились уже в феврале 1837 года.
За прошедшие годы с момента погребения трижды появлялась возможность убедиться, кто захоронен в погребении. Первый раз - при установке памятника в 1841 году. Затем в 1902 году, когда во время реставрационных работ осела земля и обнажился гроб. Решено было укрепить откос горы и заменить попортившийся кирпичный цоколь надгробного памятника гранитным. Работами руководил гражданский инженер В.Л. Назимов. Он являлся и автором проекта.
Работы фактически начались 1 июля 1902 года. При переделке свода часть склепа с западной стороны обвалилась. Образовалось значительное по размеру отверстие, сквозь которое стал виден гроб. Произошло это примерно 10 августа 1902 года.
Об этом узнал журналист В.К. Фролов, гостивший в имении барона Г.В. Розена. 12 августа Фролов и барон Розен приехали в Святые Горы. Фролов 26 сентября в газете "Новое время" опубликовал статью, где подробно описал увиденное: "Подойдя к передней решетке могилы, мы увидели около неё груды кирпичей, бочки с известью, почерневшие гнилые доски, тут же валявшиеся, и над всем этим хаосом высоко приподнятую чугунную решетку, из-под которой в беспорядочном виде торчали обломки старых могильных сводов и новые кирпичи, вделанные в стены могильного склепа. Небольшая группа рабочих в пять-шесть человек во главе с десятником копошилась около этих сводов. Еще момент, и мы увидели на глубине не более одного аршина от поверхности земли переднюю (головную) часть дубового гроба с прахом гениального поэта!"
Очевидно, что Фролов и Розен увидели именно гроб, а не ящик. Вероятно, при устройстве склепа ящик сняли. Гроб находился в отличном состоянии. Этому способствовали почва и климат Святых Гор. В дальнейшем для нашего исследования это окажется очень важным. Из статьи Фролова: "...местами на нем уцелели даже отдельные куски парчового позумента, некогда украшавшего гробовую крышку; весьма возможно, что это были остатки креста из парчовой ткани... Не только парчовые позументы, но и узоры в виде петель по их краям - все в значительной степени сохранили если не свои первоначальные (вероятно, золотисто-темные и красные), то изменившиеся от долгого лежания в земле, но все же достаточно ещё яркие и свежие цвета зеленовато-желто-голубой и коричневый, отчасти же и свой мишурный блеск. На крышке гроба уцелели также некоторые металлические фигурные части, служившие либо его украшением, либо скреплением самой крышки; они, надо полагать, были сделаны из позолоченной меди, судя по сохранившимся на них и заметным на очень близком расстоянии темно-желтым полоскам на выпуклых местах..."
В шестом томе Полного собрания сочинений А.С. Пушкина анонимный автор статьи, подписавшийся инициалами В.В., анализируя статью Фролова, справедливо замечает, что "благодаря почвенным условиям Святых Гор гроб Пушкина сохранился гораздо дольше, чем можно было предполагать, и это дает право допустить, что и останки поэта могли сохраниться в большей целости, чем при обычных условиях".
Таинственный В.В. вроде как подводит читателя к необходимости и обоснованности эксгумации трупа, находившегося в данном гробу. Он что-то знал или догадывался.
Прошло полвека. В августе 1953 года директор заповедника "Пушкинские Горы" Семен Гейченко решил провести капитальные работы по укреплению памятника на могиле. Работы выполнялись специалистами из Псковской реставрационной мастерской. Был приглашен известный археолог П.Н. Шульц.
В своей книге "У Лукоморья" Гейченко уделяет эпизоду вскрытия могилы всего три страницы небольшого формата. За время, прошедшее со дня вскрытия могилы и выхода книги, никто из исследователей не удосужился вникнуть в смысл информации, изложенной на этих трех страницах.
С 18 по 30 августа на могиле А.С. Пушкина производились работы, результаты которых можно смело назвать сенсационными. Свидетельствует С. Гейченко: "На второй день работы сняли надземные части памятника. Открылись створки двух больших плит, лежащих в его основании. Когда убрали плиты, в центре основания обнаружилась камера, квадратная по форме, со стенами, облицованными кирпичом в один ряд. Высота камеры 75 сантиметров. В восточной стене её маленькое окошечко. На дне камеры были обнаружены два человеческих черепа и кости. Экспертиза показала, что кости принадлежат людям пожилого возраста. Останки были обмерены и помещены в специально приготовленный свинцовый ящик. Этот ящик поместили в камеру, когда по окончании реставрации детали памятника были вновь поставлены на свои места".
Итак, над склепом с захоронением "поэта" обнаружено захоронение костей и двух черепов пожилых неизвестных людей. Почему-то Гейченко и другие исследователи отказались от всяких комментариев по этому вопросу. Кто были эти люди? Умерли они насильственной или естественной смертью? Почему и когда совершено погребение их в "могиле Пушкина"?
На часть вопросов можно получить ответы, если найти и проанализировать акты вскрытия и экспертизы. Гейченко пишет, что они хранятся в "музейном фонде заповедника". Я письменно обратился к нынешнему директору заповедника, но ответа не получил.
