Помогите, это Майкл!
Скиннербкс: Привет!
Поскольку у Майкла теперь Мак, у него сменился адрес электронной почты. Раньше у него был адрес ЛинуксКрут.
Скиннербкс: Как прошел первый день в школе?
Боже, он ничего не знает. Хотя откуда он мог узнать? Его же не было в школе. Можно подумать, Лилли стала бы ему рассказывать. Они же больше не живут вместе.
ТлстЛуи: Прошел… как обычно.
А что, действительно, как обычно, потому что вся моя жизнь - сплошные «американские горки», радости сменяются сокрушительными разочарованиями, а иногда бывают островки спокойствия, когда вообще ничего не происходит, и тогда я просто любуюсь пейзажем.
Я решила, что лучше сменить тему.
ТлстЛуи: А у ТЕБЯ как прошел первый день?
Скиннербкс: Потрясающе! Сегодня на лекции по экономике жизнеспособного развития профессор рассказывал, что в следующие 10-20 лет нефть – самое дешевое и самое эффективное топливо на планете, ты знаешь, это ее мы используем, чтобы ездить на машинах и обогревать дома и еще много для чего - кончится. Лет 100 назад, когда была впервые открыта нефть, население всего мира составляло всего два миллиарда. А теперь, когда на Земле живет шесть миллиардов, и, между прочим, резкий рост населения почти напрямую вызван наличием доступного топлива, Земля не сможет содержать такое количество населения на том количестве топлива, которое осталось. Поскольку население не уменьшается, потребление нефти не сокращается, поэтому лет примерно через двадцать, может быть, чуть позже, но, может, и раньше, если учесть, какими темпами мы движемся, запасы кончатся, и если мы не найдем способ добывать нефть со дня морей, не загрязняя окружающую среду, или не перейдем на ядерную или водородную или солнечную энергию, нас снова ждут темные века, по всему миру люди начнут голодать и/или замерзать.
ТлстЛуи: Иными словами… лет через десять или пятнадцать нам всем придется умереть?
Скиннербкс: В общих, чертах – так. А что нового узнала сегодня ты?
Гм, я узнала, что ты меня бросишь, если я не займусь с тобой сексом. Но ТАКОЕ, я, естественно, сказать не могла. Поэтому я только рассказала Майклу, что в эти выходные мама и мистер Дж. в срочном порядке летят в Индиану знакомить Рокки с его индианскими бабушкой и дедушкой. И о том, что Лилли СНОВА нанесла мне удар в спину, на этот раз – выдвинув меня кандидатом на должность президента студенческого совета, но, заявляя при этом, что мне не о чем волноваться, потому что у нее, видите ли, «есть план». Ну и о том, что я уже успела возненавидеть геометрию.
Скиннербкс: Постой… Твои родители в эти выходные улетают в Индиану?
ТлстЛуи: Не родители, а мама и мистер Дж.
Я люблю мистера Дж. и все такое – наверное, люблю – но мне все еще странно слышать, когда кто-нибудь называет их с мамой моими родителями или называет его моим папой. Папа у меня уже есть. Но я простила Майклу эту распространенную ошибку, потому что он, в отличие от меня, не знает, каково это, вырасти в неполной семье.
ТлстЛуи: Как ты думаешь, что затеяла твоя сестра? Я хочу сказать, что бы она делала, если бы меня избрали. Я бы стала самым худшим президентом студенческого совета за всю историю.
Скиннербкс: В какой день они уезжают?
Что это Майкл так зациклился на том, что мама и мистер Дж. уезжают из города? Если честно, из всех моих проблем эта – самая мелкая.
ТлстЛуи: Не знаю точно, кажется, в пятницу.
Это мне напомнило вот о чем:
ТлстЛуи: Ты не передумал, ты все еще хочешь, чтобы я пришла в субботу познакомиться с Ду Паком?
Скиннербкс: Конечно, или, если хочешь, я могу прийти к тебе.
ТлстЛуи: С Ду Паком?
Скиннербкс: Нет, я собирался прийти один.
ТлстЛуи: Ну, приходи, если хочешь. Но я не знаю, с чего бы тебе захотеть, ведь кроме меня здесь никого не будет.
Только не это! Рокки опять заплакал.
Я не младенцелизательница! Нет, нет и нет!
Скиннербкс: Миа, ты еще там?
Но как я могу просто так сидеть и слушать, как он надрывается? Это было бы неправильно.
Скиннербкс: Миа?
ТлстЛуи: Извини, Майкл, мне надо идти, позже поговорим.
Интересно, может, существует общество Анонимных младенцелизателей, как есть Анонимные алкоголики? Если есть, мне наверное, надо в него вступить.
9 сентября, среда, домашняя комната
Да уж, Лана времени зря не теряет, уже вовсю развернула свою предвыборную кампанию. Сегодня утром, когда мы с Лилли входили в школу, все коридоры оказались плотно, прямо как обоями, оклеены огромными цветными плакатами с фотографиями Ланы и подписями «Голосуйте за Лану».
Некоторые плакаты были как фотографии на документы, то есть, была видна только одна голова. Лана смеялась, откинув назад свои золотистые волосы, или, подпирая рукой подбородок, улыбалась ангельской улыбкой, прямо как Бритни Спирс с обложки ее первого альбома. Глядя на эти фотографии, никто бы и не подумал, что она способна схватить другую девочку за лямку бюстгальтера и злобно прошипеть: «Зачем ты вообще носишь эту штуку, если тебе ее не на что надевать?»
Или на человека, который способен сказать девушке в очереди за мороженым, что ребята из колледжа рассчитывают, что их подружки занимаются Этим Делом.
Другие плакаты показывали Лану в действии. Например, когда она в форме болельщицы подпрыгивала в воздух или делала шпагат. На одном из плакатов Лана в бальном платье, в котором она появлялась на танцах в прошлом году, стояла у подножья какой-то лестницы. Я не знаю, что это за лестница, у нас в актовом зале такой нет. Может, в ее квартире? Этого я не могла сказать, потому что меня туда, естественно, никто не приглашал.
Лилли бросила всего один взгляд на все эти плакаты и посмотрела на свои собственные. Да, да, прошлым вечером, пока мама рассказывала мне про Венделла Дженкинса, Лилли делала для меня рекламные плакаты. Посмотрев на них, Лилли сказала одно очень плохое слово. Потому что хотя плакаты, которые сделала Лилли, были очень милыми, на них было написано «МИА ПРАВИТ» и «ГОЛОСУЙ ЗА ПРИНЦЕССУ» , они представляли собой всего лишь буквы, написанные белой строительной пеной на бумаге и облитые золотой краской. Лилли не наделала цветных глянцевых снимков моей физиономии и не оклеила ими всю школу.
