Никола покачала головой.
— Нет! — солгала она.
…Позже телефон верещал трижды. Первым позвонил Ганс Дурер. Он поблагодарил за гостеприимство и выразил надежду, что Николе удастся сдержать слово и они сумеют поужинать вдвоем.
— Я бы очень хотела этого, — ответила она. — Большое спасибо, что вы вчера уступили просьбе Курта. Обещаю, что в другой раз нам не придется отказываться от намеченного.
— Так, может быть, встретимся сегодня вечером? Пусть наша договоренность останется в силе — я заеду за вами на виллу. Хорошо?
Она согласилась, и они повесили трубки.
Второй была Жезина. Сначала она спросила Курта.
— Извините, но он с утра во дворце, — сообщила Никола.
— Ах вон как! Ну, конечно, Грегор тоже там. А мне скучно! Вы сейчас чем-нибудь заняты?
— Ну… в общем-то ничем… Правда, в половине первого я должна быть у парикмахера, а затем буду сопровождать группу гостей в Аванш.
— В Аванш? А что там?
— Нарциссовые плантации в цвету. Прекрасный вид!
— Обеспечиваете полное обслуживание, да? — слегка съехидничала Жезина. — А мне тоже можно посетить нарциссовые плантации?
— Конечно… если вы пожелаете.
Похоже, Жезина зевнула.
— Нет… Благодарю!.. Полуденный отдых — сиеста — святое дело! Я достаточно долго прожила на Востоке, чтобы эта привычка въелась в меня… Но мне скучно без компании. Я, пожалуй, позвоню Грегору во дворец — пусть он пригласит к нам Курта что-нибудь выпить перед ленчем. Приезжайте и вы — перед тем как отправитесь к парикмахеру!
Никола посмотрела на часы, рассчитывая время.
— Но я должна буду уйти вскоре после двенадцати, — сказала она.
— Хорошо, на том и порешим. Жду вас!..
Третий звонок прозвучал, когда Никола собиралась покинуть виллу.
Она подняла трубку, назвала свой номер. В ответ — тишина.
— Алло! — Никола вновь назвала номер виллы, добавив: — Диана у телефона! — На этот раз ей показалось, что на другом конце провода кто-то шумно вздохнул, не произнося ни слова.
Она опять назвала себя — с тем же результатом. Затем раздался щелчок — положили трубку. Опустила свою и Никола, озадаченно покачав головой.
Когда люди звонят по телефону, они должны же что-то говорить в трубку, хотя бы: «Извините, ошибся номером!» или «Проверка!». А в молчании есть что-то нехорошее, подлое. Кто же это мог быть? Сначала захотел дозвониться до виллы, а когда дозвонился, раздумал говорить и ему не хватило такта признаться в этом? К сожалению, безгласный аппарат не способен был дать ответ на сей вопрос.
Поскольку машиной воспользовался Курт, Никола решила пешком добраться до отеля «Чудо-побережье». Но прежде чем она вышла из дома, ее перехватила синьора Ралли, чтобы обсудить меню на обед. На улице Никола оказалась минут через десять. Ей сразу захотелось перейти на противоположную сторону — там больше тени, не так жарко. Но движение было сильным, и девушке пришлось ждать в нем хоть какого-то перерыва. Неподалеку от нее, у фонарного столба, стоял худощавый молодой человек, без головного убора, в джинсах, рукава рубашки закатаны вверх, открывая взору бицепсы бронзового цвета. Сразу видно — работяга. Посмотрев в его сторону, Никола встретилась с ним взглядом и повела плечом, сочувствуя, что приходится задерживаться. Но тот никак не ответил. И когда возникла возможность перейти улицу, остался, не шелохнувшись, стоять у столба.
«Наверное, ждет свою девушку, — подумала Никола, — поэтому и дал мне — нахалке — от ворот поворот!» Ее это развеселило, но она сразу же забыла про парня, как только свернула на первую же боковую улицу, ведущую в южном направлении к озеру.
Поскольку Жезина сообщила регистратору отеля о Николе, та прямиком прошла в ее номер. Жезина, хоть уже и встала, была в шелковом плиссированном пеньюаре зеленого цвета. Между кресел, в которых они расположились, стоял столик с напитками. Никола взяла себе сухого хереса. Жезина тоже чего-то налила в стакан и предложила Николе сигареты.
— Грегор твердо обещал привезти Курта. Вы дождетесь их? — спросила она.
— Боюсь, что нет. Если только они вот-вот не придут.
— Они этого не смогут сделать… Я едва дозвонилась до Грегора — ушло много времени — и заставила его выслушать меня. Ох уж эти мужчины! Стоит им загореться какой-то идеей, как они становятся просто невыносимыми! Скажите, когда это Курт увлекся крупным бизнесом? Вы должны знать!
— Я не думаю, что здесь надо говорить об «увлечении», — размеренно и не сразу, взвешивая каждое слово, произнесла Никола. — По-моему, он всегда жил им. А отец, как вы знаете, всячески сдерживал Курта.
— Из ревности или из-за недоверия?
— Не могу знать. Скажу только — Курта это злило: он понимал, на что способен.
— И, конечно, делился горем со своей сестренкой Дианой?
— В этом не было необходимости. Сколько помню Курта, сколько воспринимаю его как личность, я всегда поражалась его потрясающей вере в себя, которая сама стала огромной движущей силой. Нужно сдвинуть гору, и она сдвинется, потому что так хочет он… В общем, что-то в этом роде. — Чего-то не договорив, Никола оборвала речь. Но глубоко в душе она знала, что ничего не приукрашивает. Ее любовь к Курту подсказывала ей — это правда.
— Гм… Разве не жаль, что при всем его динамизме он не задался какой-нибудь целью раньше? — многозначительно вымолвила Жезина.
— Что вы имеете в виду?
— Ну, Курт мог бы каким-то образом утвердиться в фирме, а то и в какой-то степени завладеть ею.
— Он слишком уважал отца — чтил даже его предрассудки, — чтобы пойти на это!
— Прояви Курт инициативу, подай надежду на будущее — до того как это стало поздно, — и он мог бы жениться на мне! — Жезина на миг замолчала. — Ведь Курт очень сильно этого хотел, когда мы с ним находились в Антибе! Или вы не знали?
— Да, тогда не знала, но позже он сказал мне.
— Когда?
— В разное время. А кое о чем — вчера, после нашей с вами встречи.
— «Кое о чем» — это о том, что я ему отказала, да? Так вот — Курт сам виноват! Правда, я опасалась, что, желая отомстить мне, он подцепит какую-нибудь первую попавшуюся милашку и сделает ей предложение. Кстати, почему он до сих пор не женился, вы не знаете?
— Нет. Но, по-моему, это должно лишь льстить вам.
— Меня больше интересует, с кем из женщин он связан сейчас, — парировала Жезина. — У вас наверняка есть какие-то подозрения на этот счет.
— Нет. Он не поверяет мне свои сердечные дела.
Жезина рассмеялась:
— Неужели все еще относится к вам как к младшей сестренке? Вчера у меня сложилось именно такое впечатление. Но не позволяйте ему перебарщивать. Слишком внимательный, слишком заботливый брат может отпугнуть от вас других мужчин!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
