Далеко не все полудемоны так позитивно настроены. Отсюда и необходимость групп психологической поддержки. Я узнала о демонской крови, текущей в моих жилах, потому что меня нашли люди, занимавшиеся медицинским мониторингом. Тогда-то и стало ясно, почему я так хорошо слышу. Они рекомендовали мне походить в группу, и я подумала: «Круто! Познакомлюсь с другими такими же, как я, узнаю побольше о своих замечательных способностях и о том, как их усовершенствовать». Как бы не так! Очень скоро я поняла, что группа — это место, где полудемоны плачутся друг другу на то, какой безжалостный удар нанесла им судьба.
Удар? Эй, послушайте, а как же сверхъестественные способности? Да скажите спасибо, что выиграли в генетическую лотерею! Нет, они только и знают, что ныть: не вписываемся в окружающую среду, во всем виновата проклятая демонская кровь, мамаши-шлюхи не смогли удержаться, чтобы не потрахаться с силами зла. Что до меня, то я бы своей сказала: «Давай, мама, получи удовольствие!» Она была одинокая, а демон наверняка оказался горячим парнем — метафорически выражаясь, конечно.
Продержалась я в этой группе недолго, но успела познакомиться с Тиффани, которую, как и меня, удивляли царившие там настроения: «О, горе мне!» А еще я встретила там Джейсона — моего первого паранормального бойфренда. Он оказался даже не полудемоном, а друидом и просочился в группу, чтобы подцепить там кого-нибудь из девочек. Итак, я попала в волшебный мир паранормальной любви.
— Как это все-таки романтично! Должно быть, вампиры так одиноки, — размышляла Тиффани, пока мы шли по Сент-Джеймс-стрит. — Ты только представь: веками видеть, как те, кого ты любишь, стареют и умирают раньше тебя.
— Это романтично?
— А разве нет?
Как-то я над этим не задумывалась.
Мы миновали троицу призрачных готов, державшихся неосвещенной стороны улицы, будто опасаясь превратиться в пыль от света фонарей. Оглядев наш вечерний прикид, они презрительно хмыкнули. Я ответила тем же.
Их присутствие означало, что мы уже близко. Отсюда, кстати, вопрос: такое ли секретное это место? В тех троих доходягах не было ровно ничего сверхъестественного — иначе наши туалеты не занимали бы их так сильно. Если об этом баре знают все, значит, шансы, что он оправдает свою репутацию, равны нулю. Только я понадеялась на веселый вечерок, как пришлось проглотить горькую пилюлю разочарования.
— Может, книги и врут, — не унималась Тиффани, — но в одном я не сомневаюсь ни секунды: каждому вампиру нужна подруга на всю жизнь. Чтобы было с кем коротать вечность. — Она мечтательно вздохнула. Ей явно казалось, что получить предложение стать кровососущим более романтично, чем прогуливаться по набережной Сены или слушать серенады, стоя на балконе. — Представляешь? Века вместе, объединенные любовью и…
— Гемофилией? Прошу тебя, не надо…
— Ой, вот он, смотри!
Она указала на неоновую вывеску на углу улицы, которая вспыхивала то словом «ВАМПИР», то надписью «ТРАКТИР». «Вампир-трактир», что ли? Полный отстой!
Итак, вывеска не предвещала ничего хорошего. Ладно, черт с ним, с отстойным названием. С таким же успехом можно было неоновыми буквами написать «СОРТИР». Фальшивка! В мире, где со времен инквизиции ничего не изменилось и где паранормальные существа по-прежнему скрывают свою истинную природу, бары для вампиров под неоновыми вывесками просто дичь какая-то. Не бар для вампиров, а дырка от бублика. Двойная порция бьющего по мозгам коктейля «Разочарование». Во всем графстве наберется не больше двадцати вампиров. И все они как соберутся, да как откроют бар именно в моем родном городе!
Когда в том, что это фальшивка, уже не оставалось никаких сомнений, я вдруг увидела парня, лежавшего на асфальте ничком. Вокруг него стояли люди, тихо и торжественно, будто сошлись вместе помолиться.
Я рванула туда, но Тиффани схватила меня за руку:
— Прошу тебя, Мэл, хоть раз не вмешивайся! Пусть этим займется кто-нибудь другой.
В том-то и дело! Все думают: пусть этим займется кто-нибудь другой, и в результате никто ничем не занимается.
Я задела плечом девушку-гота, такую бледную, что ее личико мертвенным светом озаряло весь переулок.
— Кто-нибудь позвонил девять-один-один? — спросила я.
Каждый посмотрел на соседа, словно говоря: «Ты ведь позвонил, правда?»
— Вроде какой-то дед пошел звонить, — ответил еле стоявший на ногах парнишка, обращаясь почему-то к девушке-готу, а не ко мне. — Может, он просто пошел искать место, где рухнугь? Здесь-то уже занято.
Сначала я решила, что он так шутит, но, взглянув на его лицо, поняла, что нет.
Я повернулась к Тиффани:
— Позвони девять-один-один.
Она явно колебалась, и тогда я сказала:
— Ладно, я позвоню, а ты займись им.
Она тут же полезла за мобильником. Я присела на корточки около пострадавшего.
— Тело нельзя двигать, — предупредил мужчина средних лет.
Конечно, и вы здесь, Капитан Очевидность!
Я попыталась нащупать пульс на запястье, но я — копирайтер, а не медсестра, так что не получилось. Чтобы добраться до его шеи, пришлось продираться сквозь длинные жирные волосы. Вот почему я начала все-таки с запястья. Но никогда не простила бы, если бы человек умер лишь потому, что мне противно трогать его волосы. Откинув прядь, я отшатнулась и вскрикнула.
— Твою мать! — сказал пьяненький парнишка. — Не иначе как это…
— Поцелуй вампира, — услужливо подсказала бледная девушка.
На шее у парня были два следа от клыков и тоненькая струйка крови, которая еще не засохла. Она блестела. Пожалуй, даже слишком. Я протянула руку. Девушка взвизгнула. Отлепив стикер, я продемонстрировала его собравшимся.
— Перфоманс! Впечатляет, не правда ли? Готовы пропустить по этому поводу стаканчик-другой в баре для вампиров? Закажите два — третий получите бесплатно!
Помахав «поцелуем вампира», я легонько пнула лежавшего мужчину в бок:
— Представление окончено. Вставай.
Он не пошевелился.
— Слушай, ты, задница! Моя подруга только что позвонила девять-один-один. Тебе придется дать некоторые объяснения. Так что поднимайся и можешь начать прямо сейчас.
Я еще раз пнула его в бок. Никакой реакции.
— Укус поддельный, но парень действительно без сознания, — сказал кто-то у меня за спиной. Сочный, огненный такой акцент, немедленно напомнивший мне о недавней поездке в Северную Мексику.
Я оглянулась и увидела приближающегося мужчину в строгом костюме. Еще один мужчина стоял на тротуаре, брезгливо оглядывая грязный переулок, словно надеясь, что лично ему можно будет остаться на месте и не ходить по этому заплеванному асфальту.
