– Пиццу заказывала.
– Да ладно, – хмыкает.
Просто пожимаю плечами.
– Нравится меня злить? – спрашивает он. – Кайфуешь от этого?
Ничего мне не нравится. С тобой.
Так и тянет это выпалить ему в лицо. Но я продолжаю молчать. Не хочу идти на конфликт. Хотя похоже, любая моя реакция его бесит. Я же должна по правилам играть. По его правилам.
Черный не трогает меня. Просто смотрит. Но взгляд у него такой пристальный и тяжелый, что кожа покрывается мурашками. От нервов. От напряжения.
Такое чувство точно воздух между нами искрит.
И глаза никто из нас не отводит.
Слышится покашливание.
Это официант. Он расставляет блюда, которые принес. Рассказывает что-то, но я едва ли понимаю смысл фраз. Слишком сильно взвинчена.
Чай вкусный. Ароматный. Делаю первый глоток – и это уже помогает немного успокоиться.
Поглядываю на то, что принесли Черному. Два огромных стейка. Овощи на гриле.
Он все это съест?
– Хочешь? – спрашивает Черный, поймав мой взгляд.
Отрицательно мотаю головой.
Хотя пахнет вкусно.
Делаю несколько глотков чая, пока Черный приступает к одному из стейков. Ест он жадно. Вгрызается в мясо, ритмично двигает челюстями.
Отворачиваюсь, стараюсь на него не смотреть.
Запах гриля щекочет ноздри, и у меня даже слюна выделяется, такой аппетитный аромат вокруг витает.
– Да хоть попробуй, – бросает Черный и подвигает вторую тарелку ко мне. – Даже мне слышно, как у тебя живот урчит.
– Ничего у меня не урчит! – выпаливаю.
Вот только желудок болезненно сжимается. И правда… урчит.
Вообще, ту пиццу я не тронула. Отдала женщине из соседнего магазина. Мы иногда вместе обедаем. Но после визита Рябинина мне кусок в горло не лез.
Зато теперь просыпается голод.
Допиваю чай.
– Ну мелкий кусок отрежь, – заявляет Черный. – Или салат закажи. Что ты вообще любишь?
– Знаешь, я попробую, – отвечаю после короткой паузы. – Немного.
– Соус возьми, – он придвигает поднос, где выставлены разные приправы. – Этот вкуснее всего.
– Хорошо.
Черный и тарелку с овощами подставляет поближе.
Так и выходит, что мы ужинаем вместе. Сама не замечаю, как получается, что я съедаю половину стейка. Поворачиваюсь, вижу, Черный смотрит на меня. Как-то иначе. Еще более внимательно, чем раньше.
– Ну как? – спрашивает он.
– Это и правда очень вкусно, – киваю.
– Сочно, – усмехается он и глаз от меня не отводит.
Почти как шашлыки, которые мой папа готовил. Вкуснее ничего не пробовала. В памяти всплывают наши семейные поездки в лес. К морю.
Отворачиваюсь. Зажмуриваюсь. Отгоняю эти мысли.
Только расплакаться сейчас не хватало. Иногда меня накрывает. Тяжело справиться с эмоциями.
– Что такое? – спрашивает Черный.
– Ничего, – открываю глаза и снова встречаю его пристальный взгляд. – Просто устала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– И все?
– Долгий день, – пожимаю плечами. – А я плохо спала.
– Тогда пора тебе отдыхать.
Он поднимается, достает несколько купюр и кладет на стол.
– Пойдем.
Берет меня под руку, ведет на выход.
Стараюсь не думать о том, что опять придется ехать в его квартиру. Лучше бы еще в ресторане посидеть. Но я действительно жутко устала.
Вот только Черный везет меня не к себе. Сначала не обращаю внимания на дорогу, а потом напрягаюсь. Не могу поверить, когда машина заезжает в мой двор.
– Приехали, – усмехается Черный, поймав мой взгляд.
Он провожает меня до самой двери. Наблюдает, как открываю замок, прохожу в квартиру. Но порог не переступает.
Хотя от него можно всего ждать.
– Завтра утром приеду, – говорит Черный. – Отвезу на работу.
Не знаю, почему у него так резко поменялись планы. Хотелось бы, чтобы он просто отказался от своих прежних намерений, но судя по горящим глазам, которые так и впиваются в мое лицо, никакой интерес не ослабел и не погас.
– Хорошо, – киваю. – Нужно быть в магазине к девяти.
– Будем.
Тут он вдруг притягивает меня к себе. Прижимает вплотную. Склоняется и носом по шее ведет. Шумно втягивает воздух. Зарывается лицом в мои волосы.
Застываю. Все происходит слишком резко и быстро.
– Высыпайся, Тая, – вкрадчиво произносит Черный.
Отстраняется от меня.
Глаза у него… пьяные? Хотя знаю, что алкоголь не употреблял. Да и запаха спиртного от него нет.
– Недолго тебе осталось одной спать, – оскаливается он.
И уходит. Быстро спускается вниз по лестнице.
Закрываю замок. Вздрагиваю, когда раздается грохот внизу. Ничего себе, он дверь захлопнул.
11
Открываю шкаф, передвигаю одну вешалку за другой, изучаю свою одежду. Размышляю о том, что лучше выбрать.
Вещей много. Только самые подходящие остались в квартире у Черного. В прошлый раз я собрала наиболее “безопасные” варианты. Теперь и надеть нечего. Джинсы чересчур обтягивают ноги. Платья либо короткие, либо с вырезами.
Перебираю одежду, поглядываю на часы.
Может, это взять? Платье чуть выше колена. Серое, из гладкой шерсти. Закрытое. С белым хлопковым воротничком. Элегантная модель. Ничего лишнего. Длинный рукав, свободный покрой.
Одеваюсь, смотрю на свое отражение в зеркале.
Вроде бы хорошо, но… нет. Грудь обтягивает. И контраст серой шерсти с белым воротничком только сильнее все подчеркивает.
Надо что-то еще поискать.
Звонок мобильного заставляет отвлечься. На экране мерцает незнакомый номер. Чуть помедлив, принимаю вызов.
– Да, – бросаю коротко.
