– Все время забываю… А я и не знала, что вы вернулись, капитан. Как прошло… м-м-м… плавание?
– Лучше, чем можно было ожидать.
Чабела подняла с подноса, лежавшего на маленьком круглом столе, крохотный бронзовый колокольчик и дважды позвонила. В дверь тут же просунулась несколько успокоившаяся служанка:
– Я здесь, ваше высочество!
– Аргосского, милочка, – Чабела оценивающе взглянула на снова занявшего кресло киммерийца, подумала и добавила: – Побольше…
Служанка убежала и вскоре вернулась с подносом, на котором красовались две вместительные оплетенные бутыли, плоское блюдо с темным местным виноградом и бледно-желтыми ранними персиками, а также два высоких серебряных бокала с вычеканенными на них виноградными листьями.
После того, как принцесса трижды переспросила у нее, точно ли пришедший иноземец сказал «Безымянный остров», потом умчалась из танцевального зала, бросив всех своих поклонников, точно лань от своры разъяренных псов и по дороге едва ли не распевала во весь голос, а теперь велела принести такую гадость, как аргосское вино, служанка уже ничему не удивлялась. Быстро расставив на занимавшем центр маленькой комнаты низком столе всю доставленную снедь, и спросив, не будет ли каких распоряжений, она получила в ответ разрешение быть свободной до утра и с облегчением выскочила в коридор, подальше от пугающего гостя наследницы короны.
– Так чем обязана вашему столь внезапному и позднему визиту, капитан? – одна бутыль уже опустела, причем почти без помощи Чабелы. Положенная часть правдоподобных (и не слишком) историй о прошедшем плавании и житье-бытье славного города Кордавы рассказана и с интересом выслушана, но не надо быть высокоученым книжником, чтобы сообразить, что непредсказуемый киммериец явился в гости не затем, чтобы попивать аргосское и уж точно не ради прекрасных глаз королевской дочки…
– Хорошие у твоего отца погреба, Чабела, – отозвался Конан. Вино и самом деле было недурно, куда лучше того, что подавали у Габорала.
– Если хотите, я прикажу, чтобы вам доставили несколько корзин… В качестве королевской благодарности.
– Представляю, какие слухи поползут по городу… – хмыкнул северянин. – И что скажет Фердруго.
– Капитан, вы несносны… – вздохнула Чабела. – Вам опять позарез необходимо что-то разузнать?
– Конечно, – кивнул Конан, откупоривая вторую бутыль с аргосским. – Что тебе говорит имя Боргеса?
– Боргеса? – Чабела подняла ровные дуги бровей. – Граф Боргеса? Он что, поссорился с вами?
– Еще нет, но… – киммериец многозначительно замолчал.
– Боргеса, Боргеса… – девушка призадумалась. – Ну-у… Считается, что он мот, кутила, любитель хорошеньких женщин и породистых лошадей, но таковы все наши дворяне…
– Ты сказала «считается», – заметил Конан, разливая темное вино по бокалам. – А что думаешь ты, моя госпожа?
– Я… – она неожиданно по-детски подергала себя за косу и задумчиво произнесла: – Я думаю, что все это только показное. На самом деле граф очень умный, хитрый и злой человек. Отец давно собирается выставить его из столицы, но никаких законов Боргеса не нарушал, или, во всяком случае, ни разу не попадался. Вечно около него крутятся всякие подозрительные личности, и никто мне не докажет, что к тому, недавно творилось во дворце, он не имеет никакого отношения!.. Кроме того граф достаточно умен, чтобы вовремя бросить свои неприглядные занятия и заявить, что ни о чем понятия не имеет! А еще у него есть корабль. Конечно, тут каждый второй либо владелец, либо капитан корабля, и ничего удивительного в этом нет, но вы бы видели, что принадлежит Боргесе!
– Сорок весел, вмещает до сотни человек, можно идти куда хочешь, хоть до Закатного Материка, если он есть, – киммериец попытался припомнить, видел ли он вчера «Блудливую красотку» в порту, но уверенно сказать не мог. Кажется, она все-таки там была…
– Это не корабль, а чудовище! – решительно заявила Чабела. – На таком можно смело отправляться ловить морского змея! Откуда у него столько денег, такое судно, наверное, стоит недешево, а Боргеса – род хоть и древний, но небогатый!? Наверняка у графа где-нибудь в сундуке припрятан флаг Братства… Послушайте, но что же вы с ним не поделили?
– Боргеса сейчас в городе? – не отвечая на вопрос принцессы, осведомился северянин. – Где он живет, не знаешь?
– Вчера я его видела на малом вечернем приеме, а в Кордаве у него есть свой дом. Где-то на Парусной улице… Зачем он вам понадобился, капитан?
– Шею свернуть, – мрачно ответил Конан. – Он или его люди убили двоих из моей команды. Если он действительно стоит за этим – скоро у тебя одним придворным станет меньше.
– Но почему? – недоуменно спросила Чабела. – Всем же известно, что лучше стать врагом короны, чем вашим!
– Значит, он тот человек, который этого не знает… Моя госпожа, тебе случайно не знакомо имя Вальдрио?
– Нет, – подумав, ответила Чабела. – Хотя… Где-то я его слышала, но совершенно не помню – где и в какой связи… Малоизвестная мне история о поддельных золотых или о черном колдовстве?.. А что, собственно?
– Так, ничего. Завтра его найдут у Старой гавани с двумя дырками в спине. Учти, я к этому непричастен. Да, и еще. Можешь выдать государственную тайну?
– Смотря какую, – кокетливо сложив губки, отозвалась Чабела. – А вы точно не убивали этого… Вальдрио?
– Я бы с удовольствием это сделал, да не успел… Так вот – никто из родичей короля не отправлялся в прошлые двадцать дней куда-нибудь?
– Отправлялся, двоюродный дядя по матери. В Шем, с торговой галерой. Пока не вернулся. Папа хочет заключить с Асгалунским городским советом какой-то договор и…
– Он его никогда не заключит, – закончил киммериец. – Наша работа. Мне жаль, дорогая Чабела, но твой родственник сейчас кормит рыб.
– Ох, – выдохнула королевская дочка, роняя на пол только что надкушенный персик. – Но как же так?..
– Очень просто. Ремесло такое. Послушай, Чабела, похоже об этом известно только тебе, мне и ныне покойному Вальдрио. А может еще кое-кому, кого я не знаю, но постараюсь отыскать. Но если слухи дойдут до короля и все будут в один голос твердить, что негодяй-варвар нарочно караулил и прирезал вашего дядюшку, не верь. И постарайся убедить в этом старого хрыча… Тьфу, то есть почтенного короля Фердруго.
– Постараюсь, – с грустной улыбкой сказала принцесса. – Но, пока этих слухов нет, я, надо полагать, должна помалкивать?
– Было бы лучше… – согласился Конан. Не очень-то хорошо втягивать других в собственные неприятности, но будет спокойнее, если Чабела на всякий случай узнает, что творится в ее родном городе. Кто-кто, а она в полной безопасности, и не никогда без необходимости ничего не разболтает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
