— Роджерс. Слушаю тебя, Ник. Да, отправил. Да, ушёл. Нет, не собираюсь ничего обдумывать. Ты же сам выдал мне документы, где чётко написано, что я родился в восемнадцатом году прошлого века. Я честный пожилой гражданин с отличной репутацией и военной выслугой, так что пора и мне на покой. Как ты говорил: «Незаменимых нет, а Кэп — это просто достойный американец со щитом в руках». Так что желаю тебе успехов и дальнейшего карьерного роста. Бывай.
— Шустро он, — хмыкнул Баки, когда разговор завершился. — Не боишься?
— Честно? До жопы страшно бросать насиженное место, но я просто дошёл до края. Никогда не думал, что предательство любимой женщины ранит меня так же, как и смерть матери.
— Всё будет хорошо, мелкий, может, вы с Наташей ещё помиритесь. Вам обоим надо немного отдохнуть и посмотреть на проблему с другой стороны. Ей тоже непросто, ещё неизвестно, чем её держит ЩИТ.
— Меня не это добило, в конце концов, я сам знал, что предавший однажды сделает так ещё не раз. Просто я наивно предполагал, что я — исключение, понимаешь? Мне казалось, что мы с ней настолько близки, что нет смысла обманывать друг друга. Если бы она отказалась переходить на штабную работу, я, может, позлился, но смирился. Но она сделала вид, что пошла на уступки, на деле же обманывая меня. Командировки в другие города… Неужели я произвожу впечатление конченого болвана?
— Ты и есть болван. — Баки ласково растрепал его волосы, печально улыбаясь. — Но ты мой самый дорогой болван в мире.
— Даже дороже Брока? — прищурился Стив, с облегчением вздыхая, потому что боль последних недель отступала под тёплыми руками друга.
— Скажу больше: ты мне дороже Лорда и Марты, но это, тс-с-с, секрет!
— О! Как ваши дела с мисс Грин? — оживился Стив. — Она такая чудесная девушка!
— Ну, мы ходим с ней на свидания, ничего такого, просто кино и кафе. Пару раз она даже затащила меня в галереи, где выставлены всякие непонятные хрени типа порванных простыней и расколотых унитазов, олицетворяющих тщетность бытия! — произнёс Баки с трагическим пафосом в голосе.
— Да ты ж мой герой! — рассмеялся Стив. — Ну ничего, я преподам тебе несколько уроков о том, как соблазнять девушек высоким искусством.
— О нет, господин, смилуйтесь надо мной! Только не искусство!
Так, смеясь и болтая, они провели время в пути, не заметив, как добрались до Вашингтона. По ночному времени город был почти пуст, и такси довезло их до дома, не попав ни в одну пробку. Выгрузившись у знакомого коттеджа, Стив потянулся, с умиротворённым видом оглядываясь по сторонам.
Входная дверь открылась, и в пятне света появился Брок, одетый только в чёрные пижамные штаны. Из-за его ног осторожно протиснулась туша Блэка, радостно улыбающегося во всю пасть. Лорд величественно уселся на пороге, обвив лапы пушистым хвостом.
— Явились, красавцы, — проворчал Брок, почёсывая голый живот и отчаянно зевая. — Роджерс, твоя прежняя комната готова, так что бросай там шмотки, а потом греби в столовую. Барнс, бегом за мной, у тебя наряд по кухне.
— Есть, командир! — ухмыльнулся Баки, заходя внутрь. Он почесал Блэка за ухом и погладил по голове презрительно фыркнувшего Лорда.
— И это, Роджерс. — Брок повернулся к нему после того, как запер дверь. — Добро пожаловать в наш холостяцкий дом. Мы по тебе скучали.
========== Часть 10 ==========
После знакомства с Капитаном Америкой Марта начала аккуратно и очень осторожно отвечать на ухаживания. Джеймс Барнс, раньше пугавший её до дрожи, оказался не то чтобы милым парнем, но вполне адекватным и вполне приличным мужчиной. К тому же, что скрывать, ей очень нравилось его хоть и грубоватое, но старомодно-учтивое поведение.
Марта и сама была не совсем современной женщиной, потому что её родители были достаточно пожилыми людьми. Они воспитывали её, единственного позднего ребёнка, в традициях, принятых полвека назад.
Марта просто обожала семейные посиделки по вечерам, когда мужчины пьют виски и играют в шахматы, а женщины лакомятся десертами и читают книги. Ей нравились неторопливые воскресные обеды, где подают собственноручно приготовленные блюда. Она радовалась пикникам в старом парке недалеко от дома. С предвкушением ожидала совместные путешествия, когда все наслаждаются отдыхом, отключив телефоны.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мама отлично вязала и шила, и всё своё детство и юность Марта носила платья и кофты, изготовленные ею. Отец увлекался резьбой по дереву, и поэтому их дом был украшен его работами. Выйдя на пенсию, он вдруг страстно полюбил выращивать орхидеи, проводя много времени в уходе за этими капризными растениями.
Родители познакомились в первом классе средней школы и больше не расставались, пройдя через множество трудностей за время совместной жизни. Оба родились в сорок шестом, после того, как их раненые отцы вернулись со Второй мировой войны. Жили в соседних квартирах, ходили в одну и ту же школу, а потом поженились.
Марта никогда не слышала, чтобы родители оскорбляли друг друга или повышали голоса в ссорах. Да, случалось всякое, но, даже отстаивая свою точку зрения, они не обижали друг друга. По завершении трудного разговора мама всегда пекла печенье, и все трое садились за стол, чтобы заесть десертом неприятный инцидент.
Глядя на свою маленькую семью, Марта воображала, что и у неё будет подобная жизнь. Она познакомится с милым приятным парнем, будет ходить с ним на свидания, выйдет за него замуж и родит ребёнка. Так вместе, держа друг друга за руки, они и состарятся где-нибудь в тихом уютном местечке, любуясь розовыми закатами над лесом.
Жизнь по-своему подкорректировала её мечты, ведь в нынешние времена мало кто ценил старомодную скромность. Внешность у Марты была самая обычная, да, симпатичная девушка, но ничего особенно запоминающегося и цепляющего в ней не было. Она была без той самой «изюминки», которую так ценят мужчины. К тому же любовь к консервативной одежде и нелюбовь к декоративной косметике уменьшали её баллы по шкале привлекательности.
В старшей школе Марта встречалась с одноклассником, но их отношения угасли после пары месяцев довольно скромных свиданий. В институте не было времени на личную жизнь, потому что она изо всех сил старалась быть в рейтинге на первых местах, чтобы не лишиться стипендии и, соответственно, не попасть в кабалу учебного кредита.
Устроившись на работу в фирму средней руки, Марта несколько лет добросовестно набиралась опыта. Старшие коллеги не стеснялись скидывать на неё всю нудную и неприятную работу, так что приходилось задерживаться в офисе по вечерам. Выходные она обычно посвящала уборке и общению с родителями, пока те не уехали из города, купив небольшую уютную ферму.
Оставшись одна в родной квартире, Марта долгое время не могла привыкнуть к пустым комнатам и тишине. Мама звонила ей через день, переживая за состояние единственной дочери. Отец связывался реже — раз в неделю, зато проводил перед камерой ноутбука по два-три часа, подробно рассказывая все их нехитрые новости.
Вакансия в знаменитом суперсекретном ЩИТе подвернулась совершенно случайно. Старая знакомая искала себе замену из-за того, что переезжала с мужем в другой город. Добиться приёма на стажировку было сложно, пришлось пройти проверку службы безопасности и сдать квалификационные тесты. Хоть бухгалтеры и считались гражданскими сотрудниками, но и их подготовка должна была держаться в определённых рамках.
Марта с честью выдержала все тесты и получила одобрение жутковатого начальника СБ. С ней даже побеседовал сам всесильный и ужасный директор Рамлоу. Правда, оказалось, что он вовсе не такой страшный, как описывала его народная молва. Скорее он был строгим и очень проницательным, но ни в коем случае не грубым или невоспитанным хамом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Коллеги оказались намного приятней, чем на прежнем месте службы, и не пытались спихнуть свою работу на новенького сотрудника, а напротив, помогали ей влиться в коллектив. Здесь строго соблюдали дисциплину и придерживались корпоративного регламента. Старший бухгалтер лично следил, чтобы её нагрузка соответствовала занимаемой должности, а не сводилась к «сделай это, потому что кому-то надо разгрести неприятную кучу».
