Смирившись с необходимостью постоянно отвергать мужчин в этот вечер, Уинни надеялась, что лорд Невин поймет ее намек и оставит ее одну в саду. Девушка присела на каменную скамейку у большого неглубокого пруда. Мерцающие огни факелов создавали спокойную обстановку для раздумий.
– Уинни.
Она топнула ножкой по гравию.
– Вы всегда так настойчивы, лорд Невин, или просто не расслышали? – поинтересовалась она.
Зашуршал гравий – мужчина подошел ближе. Она встала, чтобы уйти от него и избежать неловкости, которую почувствовала в гостиной.
Невин остановил ее, прикоснувшись.
– Пожалуйста. – Он жестом предложил ей сесть обратно на скамейку и сам присел рядом. – Вы просили меня подождать, но у меня не хватило терпения. Я должен кое-что объяснить. – Лорд Невин уставился на воду, от которой исходило умиротворение.
– Вы слишком самоуверенны, если считаете, что я обязана выслушивать вас или что это может быть мне интересно.
Она лгала. За последние полгода между ней и этим дамским угодником установилось вынужденное перемирие. К своему удивлению, Уинни открыла для себя человека умного, с хорошим чувством юмора, совсем не похожего на поверхностных людей. Но она не могла признаться в этом отцу, так как чувствовала, что испытывает нежность к неподходящему человеку – человеку, которого никогда не примут.
– Почему вы разговаривали с Милроем? Не моргнув глазом Уинни ответила:
– Лотбери представил нас друг другу. Не вижу в этом ничего дурного.
– Вот как? – спросил Невин, хотя ему и не нужен был ответ. – Каким-то образом Милрой узнал, что я питаю к вам определенный интерес, и теперь через вас постарается досадить мне.
– Милорд, что за бредовые фантазии? Мы с мистером Милроем встретились совершенно случайно. – Она беспомощно развела руками. – Лотбери сказал, что этот человек первоклассный боксер. А здесь… видимо, просто наслаждается славой и связями, которые получил благодаря своим победам.
Она не могла понять, с чего лорд Невин так взъелся на этого боксера. Даже если бы тот вел себя разумно, она все равно не поняла бы, почему Милрой хотел, чтобы их познакомили.
– Лотбери не умен, – резко заявил лорд Невин. – Слишком много пьет, играет и в долгах как в шелках. Но у него обширные связи в обществе, так что Милрой сделал правильный выбор.
Уголок рта у Уинни поднялся в легкой улыбке.
– Хм. Злоупотребление выпивкой, азартные игры, распутство. Полагаю, эти грехи вам тоже знакомы.
Не поняв иронии, Невин изменился в лице.
– И даже больше, чем вы думаете.
В воцарившейся тишине Уинни подумала об отце. Когда тот увлечен игрой, его лучше не трогать. Возможно, тетушка уже устала и согласилась бы поехать с ней домой. Но для этого надо было вернуться в зал и найти в себе силы выдержать косые взгляды. Уинни поднялась.
Лорд Невин сжал ее руку в своей.
– Обещайте мне… ради нашей дружбы. Держитесь подальше от Милроя.
Это было явно слишком. Она высвободила руку и направилась в дом. У нее и в мыслях не было снова разговаривать с этим боксером. И все же слова Невина прозвучали как приказ, что вывело ее из себя. С какой стати она обязана потакать его прихотям?
Прежде чем Уинни успела войти в гостиную, Невин опять схватил ее за руку. Но это было лишним. Она и так остановилась, как громом пораженная.
Лорд Невин до боли сжал ей руку.
– Черт!
Мистер Милрой сидел рядом с ее тетушкой Молли и что-то нашептывал ей на ухо. Та, засмеявшись, погладила его по щеке.
Уинни уже не пыталась вырваться из рук Невина. Она вскинула голову и устремила взгляд своих холодных зеленых глаз прямо на него.
– Забудьте свои клятвы и предостережения. Этот человек любезничает с тетушкой Молли. Чем он опасен для моей семьи? Что он вам сделал?
Длинные белокурые волосы Невина блеснули в свете свечей, когда он наклонился к ней. Одна прядь выбилась и легко коснулась виска Уинни.
– Кенан Милрой жаждет уничтожить мою семью. Он готов на все ради этого. Не поддавайтесь на его обаяние.
Обаяние? Этот человек унизил ее в присутствии гостей. Все же она верила утверждению Невина о том, что Милрой безжалостен. Она видела искаженное яростью лицо, когда он оттащил от нее Эггера, и была свидетелем жестокости, с которой он наказал негодяя за преступление.
– С чего вы все это взяли?
Лорд Невин посмотрел на Милроя, который продолжал кокетничать с ее тетушкой, и сквозь зубы проговорил:
– Он мой сводный брат.
Глава 5
Кенан поднимался за слугой по лестнице, ведущей в гостиную миссис Молли Бедгрейн. Он сам не мог бы сказать, зачем он здесь. Два дня назад на балу у Ламли эта дама настоятельно просила представить их друг другу.
– Это вы тот самый джентльмен, что так грубо отказался танцевать с моей племянницей? – осведомилась она и окинула его острым взглядом.
– Да, мэм.
Он ожидал, что она прикажет слугам попросить его выйти. Но к удивлению Кенана, дама откинула голову и рассмеялась до слез. Успокоившись, она подалась вперед и пошлепала его по щеке.
– Мистер Милрой, клянусь, что никто из поклонников Уинни не обращался с ней таким образам. Уверена, она еще долго будет помнить вашу выходку!
Если она имела в виду, что Уинни никогда не простит его, то это точно, подумал Милрой.
Оказалось, что миссис Бедгрейн совершенно не похожа на тех представителей высшего общества, которых он встречал прежде. Восседая на стуле, обитом вышитой золотом голубой тканью, она притягивала к себе гостей бала жизнерадостной улыбкой и забавными историями своей юности. Каждого нового человека в своем окружении Молли называла милым другом, и ее неподдельный восторг просто очаровывал, так что отказаться от приглашения навестить ее было просто невозможно.
– Хорошо, что вы пришли, мой мальчик.
Миссис Бедгрейн, прихрамывая, подошла его поприветствовать. На ней было скромное серое платье с белыми кружевами на рукавах и по подолу юбки.
– Мадам, вам нездоровится? Я мог бы зайти в другой раз…
– Нет, нет. Это старые болячки. Не беспокойтесь. – Она за руку провела его в гостиную. – Я рада, что вы приняли мое приглашение. Я тогда подумала: вы согласились, только чтобы не расстраивать старую женщину.
Устроившись на диванчике, куда ему предложили сесть, Милрой снял шляпу и положил ее на колени.
– Не могу согласиться, миссис Бедгрейн. Такая красивая женщина, как вы, не имеет возраста.
Быстрыми пальцами она поправила свой кружевной чепчик, который на неискушенный вкус Кенана показался милым.
– Для вас – тетушка Молли. Смотрю, ваша матушка хорошо вас воспитала.
Даже спустя столько лет от случайного упоминания об Эйдин Милрой у Кенана все переворачивалось внутри. За многие годы он научился скрывать свои чувства. Такая женщина, как тетушка Молли, никогда бы не поняла двойственности натуры его матери, способной и на сострадание, и на вероломство.
