-Это потому, что твои мышцы никогда не сталкивались с такими специфическими нагрузками, – прокомментировал безрезультатные попытки своего ученика Крис.
-Но не расстраивайся. Я, например, скажу тебе с полной уверенностью, что со мной произойдет то же самое. Если я привыкший к простому луку попытаюсь натянуть, к примеру, композитный лук мои успехи будут не больше твоих, мой принц. Кстати, поэтому-то арбалеты, а затем и огнестрельное оружие вытеснило этот прекрасный вид стрелкового оружия. Хорошие лучники являлись элитой во всех армиях. Вот держи.
Крис достал из специального кожаного мешка, где хранились тренировочные стрелы и разнообразные аксессуары, лук и протянул его Саше.
-Это так называемый олимпийский лук. Он лёгок, сделан из прочных материалов и прост в обучении…
Прост, как же… За первые дни Саша сильно похудел. Постоянная боль в плечах, спине и руках от бесконечных тренировок с луком не давала спать по ночам, ноги постоянно ныли от перенапряжения. С каждым днем лук становился всё туже и туже. Мышцы уже не болели, казалось, болели кости. Левое предплечье, защищенное специальным щитком, превратилось в сплошной синяк от ударов тетивы. Указательный, средний и безымянный пальцы правой руки не разгибались от напряжения и боли. Стрелы летели во все стороны, кроме мишени, установленной в пятнадцати шагах на специально подготовленной мишени.
Казалось, Крис над ним издевается, таская его по лесу после таких изнурительных тренировок. Он учил Сашу бесшумно передвигаться, не затронув ни одной веточки, учил часами сидеть, в засаде и на посту, не шелохнувшись. Пожалуй, это было любимое Санино упражнение, так он мог хоть немного передохнуть, а один раз он даже заснул. Проснулся он оттого, что к его горлу было приставлено что-то холодное и, кажется, очень острое, а его рот был закрыт чьей-то рукой. За его спиной сидел Крис. Он тихо, одними губами, но так что бы его услышал заснувший, прошептал:
-Одно моё движение, и ты труп. Умирая под ножом, ты будешь чувствовать, как лезвие, перерезая горло, коснётся твоего шейного позвонка и со скрежетом выйдет наружу. Твоё тело будет лежать в этих кустах, и, умирая захлёбываясь своей кровью, ты ещё краем уха будешь слышать, как враг вырезает твоих спящих товарищей, которые доверили тебе свои жизни.
После этого урока, за который впоследствии Саша будет благодарен Крису всю свою жизнь, он ни разу больше не позволил себе заснуть на посту.
Тренировки продолжались. Его лицо осунулось, под глазами появились синяки, тело болело от напряжения и недосыпания, постоянная усталость, казалось, стала частью его самого.
В один прекрасный солнечный день всё прекратилось. Произошло это во время очередной тренировки стрельбы из лука. Стрела, пущенная юношей, не долетев до пятнадцатиметровой отметки, вонзилась в землю. После чего, казалось, вылитый из железа, неутомимый Крис скомандовал отдых, который продлился целую неделю, самую счастливую неделю для его ученика.
За эти семь дней он отсыпался, вставал, когда хотел, ел, сколько хотел, и даже жизнь в палатке казалась ему райской. Они часто засиживались по вечерам у костра, и учитель часами рассказывал ему о своей жизни.
Отец Криса был охотником, как и его дед, прадед и вся его семья. И совершенно логично, что все его пятеро сыновей сызмальства приучались к жизни, которую вели все их предки. Выслеживание добычи, стрельба из лука, многочасовые сидения в засадах, разделывание дичи и многое – многое другое, что должен знать настоящий охотник, казалось, было у них в крови. Семья Криса жила в небольшой деревеньке в окрестностях Сумеречной крепости. Приграничные земли растили настоящих мужчин и воинов. Крис, будучи самым младшим сыном, достиг небывалых высот в стрельбе. Уже в семнадцать лет он победил в местных соревнованиях, устраиваемых каждый год тысячником Сумеречной твердыни. После чего его зачислили в сотню крепостных лучников. За два года во время многочисленных вылазок и патрулей по Безымянным землям он не раз еще отличился, чем и заслужил звание десятника. Так бы он и служил в гарнизоне крепости, пока не произошло событие, полностью изменившее всю его дальнейшую жизнь.
В тот зимний день десяток двадцатилетнего Криса стоял в дозоре на западной стене. Время до смены тянулось очень медленно. Тишина и спокойствие убаюкивали. Первый раггх появился неожиданно, было даже удивительно видеть его на своём берегу. За ним, как взбесившаяся река, нескончаемым потоком потекла орда Тёмных. Они сходу ударили по воротам и полезли на стены, застав всех защитников врасплох. Запоздало затрубил рог, возвещая о нападении. Десяток Криса и еще четыре дюжины латников приняли первый удар на себя. Они стойко удерживали стену целый час, пока не подоспела подмога гарнизона. Набег был отбит. Тёмные нехотя, скуля и визжа, ушли, оставив под стенами груды тел своих соплеменников. Криса нашли на стене. Весь в своей и чужой крови он стоял на коленях, закрыв руками лицо. Он прощался со своим погибшим десятком. После этого случая к молодому десятнику пришло уважение товарищей по оружию. А в конце зимы в Сумеречную крепость прибыл человек, оказавшийся сотником королевских лучников, называемых среди народа крайвами – дикими котами за свою ловкость в бою. Он пробыл целую неделю в крепости, присматриваясь и изучая что-то ведомое только ему. В последний день пребывания сотник крайвов подошел к Крису и сказал, что хочет видеть его в своей сотне, в столице.
Так Крис стал крайвом, воином легендарного подразделения «Марагарской Сотни», чем, по сути, удостоил чести свой род и заставил первый и последний раз пустить скупую слезу своего сурового отца.
Историю Марагарской сотни Саше рассказал Альдор. Её история началась в том легендарном сражении Светлых и Тёмных армий, произошедшая на Марагарском перевале. Свирепые горрды прорвали строй энанов и устремились на незащищенный правый фланг эльфийских полков, удерживающих раггхов слева. Атака горрдов могла бы обернуться катастрофой для всего войска, если бы на их пути не встал король Рианн со своими воинами. Сдержав ужасный удар прорвавшихся горрдов, он дал время для перегруппировки хирдов энанов. Тех, почти всех оставшихся на поле брани, смельчаков, так и назвали – Марагарской сотней. А позднее, выжившие в том аду воины составили основу королевской гвардии. За несколько тысячелетий этот отряд претерпел много реформ. Он был разделён на три подразделения: закованных в броню тяжелых пехотинцев гризли, вёртких обоеруких варгов и метких крайвов. В то время, как ощетинившиеся копьями и закрывшиеся ростовыми щитами гризли сдерживали натиск наступающих врагов, обоерукие варги, просачиваясь сквозь строй гризли, наносили ужасный урон нападавшим и под прикрытием смертоносных стрел диких котов возвращались обратно за железный строй.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
