Йервен (после паузы, наклонившись). Все-таки я тебя очень прошу об этом.
Карено. Нет; если ты пришел ради этого, то можешь спокойно уходить. Это все, что я могу тебе сказать.
Йервен. Как я понимаю, между нами стала моя книга.
Карено Да, твоя книга.
Йервен. Значит, ты не заметил в ней ничего особенного. Ты ничего не прочел между строками?
Карено. Нет. Что же?
Йервен (молчит).
Карено. Нет; я ничего не заметил.
Йервен. Я думал, что ты, так хорошо знающий меня, поймешь, чего мне стоило написать эту книгу.
Карено. Не могу сказать, чтобы я это увидел. Да, пожалуй, в одном мессе, вначале. Ты неуверен и колеблешься; ты опускаешь глаза.
Йервен. Так во многих местах.
Карено. Ну да, слабая краска стыда на щеках, маленькое смущение. Но ты скоро овладеваешь собой и пишешь дальше.
Йервен. Я был к этому вынужден.
Карено. Да? Вынужден?
Йервен. Если бы я написал свою диссертацию иначе, то не получил бы докторской степени.
Карено. Хе? Но докторская степень тебе была необходима?
Йервен. Да, иначе я не получил бы стипендии.
Карено. Я не думаю. Кто это сказал?
Йервен. Профессор Гюллинг.
Карено (после паузы). Да, это другое дело. Если он это сказал.
Йервен. С того дня, как явился профессор Гюллинг и дал мне этот добрый совет, я сказал, куда мне идти. Ведь рука определяет номер перчатки.
Карено. Стипендия тебе была необходима? Непременно? Без нее ты не мог бы жить?
Йервен. Нет, но я не мог бы жениться.
Карено. Как ты себя уверил, Йервен! Знаешь, все это рисует тебя в особенном свете.
Йервен. Я понимаю, что тебе так должно казаться.
Карено. Да, конечно, мне так кажется… И после того, как сделка заключена и товар продан, ты приходишь суешь мне в руки деньки. В мои руки! Эти деньги! Слышишь, я не знаю, как это назвать. Т. е. я слишком хорошо знаю, как это назвать.
Йервен. Да, ты хорошо знаешь.
Карено. Конечно. Слово вертится у меня на языке. Итак, дело ясно. Наши пути расходятся, но ты ничего не теряешь; ты получаешь свою награду. Я только не понимаю твоего вчерашнего поведения, твоего злобного издевательства над профессором Гюллингом. Что это означало? Я никогда тебя не видел таким; ты был красноречивее, чем всегда, наносил удар за ударом, уничтожал его своим презрением. Я не понимаю, чего ты этим хотел достигнуть?
Йервен. Я ничего не хотел; мне казалось, у меня еще есть время, пока ты ни о чем не узнал. Для меня было облегчением еще немного побарахтаться в эти лишние минуты.
Карено. Жалкая отсрочка!
Йервен (страстно; сжимая кулаки). Но я такой же, каким был! Меня заставили признать учение, которое идет в разрез с моими убеждениями; но в глубине души я все тот же. Здесь Яне уступлю ни на волос.
Карено. Ха-ха-ха! Конечно. Нет; не уступай ни на волос в глубине души. Никогда. Ха-ха-ха!
Йервен (оскорбленный). Тебе смешно? Что ты знаешь? Говорю тебе, я стою непоколебимо на моей прежней точке зрения. Да!
Карено (удивленно смотрит на него некоторое время). Да, да, Йервен. Но извини, мне сейчас некогда. И притом мне нелегко говорит с тобой дальше. (Приводит с порядок бумаги на своем столе.)
Йервен (поднимается; покорно). Я ухожу.
Карено. Наш разговор не привел бы ни к чему.
Йервен. Я хочу сказать только одно, Карено. Возьми деньги. Сделай это. Убедительно прошу тебя.
Карено (медленно). Милейший, неужели у тебя совсем нет стыда?
Йервен. Для меня это крайне важно, и я не стал бы умолять тебя, если бы видел другой исход. Сегодня пришла Натали, мы говорили о тебе. Она была при том, как я получил твое письмо, и увидела деньги.
Карено. Да, и?..
Йервен. Она потребовала, чтобы я показал ей письмо.
Карено. Ну?..
Йервен (взволнованно). Что ж рассказывать? Она вернула мне кольцо.
Карено. Кольцо?
Йервен. Она взяла назад свое слово.
Карено. Что?.. Она это сделала?
Йервен (вынимает из жилетного кармана кольцо, рассматривает). Она сняла его с пальца и отдала мне.
Карено. Она ничего не сказала?
Йервен. Она сказала, что понимает, что я сделал. «Ты сделал что-то дурное», — сказала она. Она догадалась по твоему письму.
Карено. И ушла? Не объяснившись?
Йервен. О, нет; она объяснила. Ты вчера видел, какая она увлекающаяся, доверчивая, страстная. Никаких компромиссов. Она так радовалась тому, что я дал тебе деньги, и ты их взял. Сегодня ты отослал их обратно, и таким образом было вполне ясно, что это означает.
Карено. Вот видишь, Йервен! Награда — награда во всех видах
Йервен. Но ты еще можешь меня спасти. Я ее спросил: — «Ты возвращаешь мне кольцо. Это навсегда?» — «Да», — ответила она. — «Но, быть может, это поправимо, — сказал я. — Еще не поздно; я пойду к Карено и объясню ему все». — «Да, иди к Карено», — сказала она.
Карено. Тебе нечего у меня делать.
Йервен. Она верит в тебя; ты произвел на нее впечатление. Она все время о тебе говорит. (Сунув руку в карман.) Возьми деньги.
Карено (медленно). Само собой, я денег не возьму. (Берет пачку бумаг под мышку.)
Йервен. Ты идешь в сад работать?
Карено. Да, когда ты уйдешь. Почему ты об этом спрашиваешь?
Йервен. Так, просто.
Карено. Я хочу там быть один.
Йервен (умоляя). Карено, прежде чем ты уйдешь…
Карено (топнув ногой). Йервен!
Йервен (идет к двери).
Карено (ему вслед). Еще одно: отдай свои деньги попам.(Возвращается к столу.)
Слышен стук садовой калитки.
Э л и н а входит.
Карено. Здесь был Йервен.
Элина (молчит).
Карено. Я говорю, здесь был Йервен.
Элина. Ну да. Я слышала.
Карено. На я не слышал, что ты ответила. Может быть, тебя это не интересует?
Элина. Откровенно говоря, нет.
Карено. После сегодняшнего визита ты интересуешься только собою.
Элина. Но, милый Ивар, что мне за дело до того, был ли здесь Йервен или нет. (Принимается за шитье.)
Карено. С Йервеном плохо. Ему отказала невеста.
Элина. Отказала?
Карено. Вернула ему кольцо.
Элина. Почему?
Карено. Почему? Вероятно, потому, что больше не хотела иметь с ним дела. Она догадалась, что он продал себя.
Элина (пожимает плечами).
Карено. Я согласен с нею. Она поступила гордо. Тебе, вероятно, это не кажется?
Элина. Я в этом ничего не понимаю.
Карено (раздраженно). Да, ты права. Ты так далека от этого. Ты бы этого не сделала.
Элина. Нет. У меня больше терпения. Два-три года я терпела бы.
Карено. Твоя гордость легко примиряется.
Элина. Ты прав. Я со многим мирюсь.
Карено. Да, ты со многим миришься.
Элина. Например, с тем, что терплю от тебя.
Карено. Виноват: и от других также.
Элина. Что ты этим хочешь сказать?
Карено. Я хочу сказать, что ты чужому человеку позволяешь обнимать себя и не даешь ему пощечины.
Элина (пожимая плечами). Опять об этом!
Карено (ходит по комнате). Жалкий, толстый человечек. Есть такие жирные личинки, червяки. Это я только так говорю.
Элина (молчит).
Карено. Но он изящно одет, чтО? Не правда ли, он одет изящно?
Элина (молчит).
Карено. Кажется, у него даже вышитые носовые платки?
Элина. Вероятно, у него для этого есть средства.
Карено. Конечно. И это ему к лицу.
Элина. Правда.
Карено. Ну-с, и на чем вы порешили? Конечно, меня это не касается, ведь я только твой муж.
Элина. Если бы я тебя не знала, то могла бы подумать, что ты ревнуешь.
Карено (останавливается). Ревную? Но послушай, Элина!
Элина. Тогда не говори так.
Карено. Ревную? Ха-ха-ха! (Ходит.) Но после того, что я видел собственными глазами, я могу ждать и большого. Я ведь видел (показывает.) Я вышел из той двери. И ты допускала это. Естественно спросить: что же дальше? Свидание?
Элина (после минутного раздумья, внезапно и несдержанно). Да. Свидание. (Бросает работу на стол, встает и делает шаг.) Свидание.
Карено (стоит минуту и смотрит на нее; полуудивленно, полуупрека). Элина!
