— А знаете, что ответил Гитлер, когда ему задали вопрос: что вы намереваетесь делать на оккупированных территориях России?
Нет, никто из слушателей не знал, что собирался делать Гитлер с русским народом, если бы ему удалось покорить Россию. Внимание слушателей обострилось, сидевшие на задних рядах тянули шеи.
Таня сказала:
— Гитлер на такой вопрос ответил: никакой гигиены, никаких прививок, только водка и табак.
Помолчала и затем добавила, уже совсем неожиданно:
— Знают ли чиновники из Госплана, которые планируют моря водки, вина и пива, знают ли они, что поступают с собственным народом так же, как бы и поступал с нами Гитлер?
Потом она говорила, что многие великие сыны русского народа — Толстой, Достоевский, Добролюбов — мечтали видеть свой народ трезвым.
— Почти нет такого великого человека, который бы не оставил на этот счет мудрого высказывания, наставления...
Таня замолчала, стала прибирать на столе бумажки, по которым она читала разные мудрые мысли. Кто-то спросил:
— Прочтите нам еще что-нибудь.
— У меня тут есть кое-что.
Она подняла над столом кипу бумажек:
— Но это уж на следующем занятии.
Итак, мы снова обращаемся к вопросу: что же оно такое — оружие, добытое Шичко?
Коротко оно называется: изменение запрограммированности сознания. Не очень привлекательно звучит и не всем понятно. Согласен. Звона в названии метода мало. И будто бы даже расплывчато и заумно. То ли дело, например, в математике «Закон простых чисел» или в геометрии «Аксиома прямой», в физике «Рычаг Архимеда». Но в то же время и в классических науках встречаются законы, которым не придумано названий. Тогда их называли по имени ученых: «Закон Бойля-Мариотта», в медицине — «Болезнь Паркинсона», «Капли Боткина», «Мазь Вишневского». Назовем и мы: «Метод Шичко». Впрочем, под этим названием он уже получил прописку во многих городах страны. Будто бы даже переметнулся за океан. Недавно Владимира Михайлова из Ленинграда пригласили в Америку показать там на практике процесс отрезвления по методу Шичко.
А мы здесь, в Ленинграде, принимали гостей из Америки — небольшую группу деятелей из общества Анонимных алкоголиков. Они интересовались методом Шичко и пришли на занятия к В. Михайлову. Меня тоже пригласили на встречу с американцами — клубисты из группы Михайлова накрыли стол, мы за русским самоваром весь вечер беседовали с гостями из-за океана. Коротко можно сказать: отрезвление алкоголиков они ведут по старинке — методами медицинскими. И, конечно, пытаются убеждать, воздействовать на ум словами и личным примером. Но метода Г. Шичко они не знали. Потому и результаты у них небольшие: двадцать-тридцать процентов отрезвленных. И это при больших затратах государства (общества Анонимных алкоголиков содержатся на средства страхования), у нас же государство в этом важнейшем благороднейшем деле не участвует, последователям Шичко ни копейки не отпускается, а результаты... 80—90 процентов! ..
Американские друзья на прощание подарили нам значки своего общества. На них надпись: just say no — сразу скажи нет. На других: «Радость, свобода, счастье».
Мы им тоже дарили значки, но к теме наших бесед не относящиеся. Таких у нас, к сожалению, нет. Пока нет.
Многие сейчас из тех, кто стремится к трезвости, спрашивают: «А где и кто отрезвляет людей методом Шичко? Как им овладеть?» Мы уже сказали, что Геннадий Андреевич не оставил нам достаточно полного изложения своего метода. Занятый с утра до вечера отрезвлением людей, не умея отказать ни одному из осаждавших его бедолаг, он все откладывал эту работу на другие, более легкие дни, мечтал уехать из Ленинграда хотя бы на короткое время и где-нибудь в тиши написать книгу, но судьба не предоставила ему такой возможности, не отпустила времени. И сейчас некоторые ученики предпринимают попытки описать его метод. Я читал несколько таких описаний. В них много ценных сведений, но есть общий недостаток: они перегружены различной спецификой, субъективными толкованиями — читаются с трудом и в некоторых случаях способны скомпрометировать метод, разуверить читателя в его магической способности. Настоящий мой очерк — попытка дать представление о методе, как бы вводная часть к книге, которую еще предстоит написать и в которой будут изложены подробно беседы наиболее талантливых его учеников. К сожалению, беседы самого Шичко хотя и записывались на магнитофонную ленту, но сохранились лишь отдельные фрагменты; часть из них приведены в моем очерке: «Тайны трезвого человека», другие пересказываем или приводим в кратком изложении здесь. Но мы ведем беспрерывную изыскательскую работу и надеемся в скором будущем значительно дополнить наши рассказы о методе Шичко.
Как всякое учение, так и система отрезвления, открытая и разработанная Г. А. Шичко, нуждается в защите от всякого рода вульгаризаторов. Мы теперь нередко слышим: метод Шичко настолько силен и безотказен, что он и сам по себе способен отрезвить любого пьяницу.
Что кроется за этими словами?
Ссылкой на всемогущество метода подчас прикрывается нежелание изучать саму сущность метода и тот минимум антиалкогольных знаний, без которых нельзя добиться перепрограммирования питейного сознания.
Случается также, за такими словами прячутся произвольные толкователи метода — те самые вульгаризаторы, которые легко берутся за отрезвление алкоголиков, взимают с них плату, но не отрезвляют. К сожалению, и тех и других «партизан» в деле отрезвления становится все больше. Время кооператоров распаляет стяжательские страсти, на метод Шичко, как мотыльки на свет, слетаются жаждущие наживы дельцы, и потому каждый, кто искренне болеет за дело отрезвления народа, должен бороться за подлинный и научный характер метода.
Вот уже пятый год я изучаю метод Шичко и деятельность его учеников и последователей. Результаты, конечно, радуют, группы отрезвления растут — метод распространяется с быстротой, которую не предвидел и сам Геннадий Андреевич. Но, как мы уже сказали, множится и число фальсификаторов метода, — людей, считающих, что необязательно знать существо метода и научно его применять. Приведу здесь два наиболее распространенных типа фальсификации учения Г. А. Шичко.
Среди его учеников была молодая симпатичная женщина. Она увлекалась гипнозом, то есть той частью метода Г. А. Шичко, которая связана с механизмом внушения. Она считала, что добьется тех же результатов, что и ее учитель, одними только сеансами гипноза. Речь у нее правильная, звучная, вид внушительный, впечатляющий — она свой сеанс доводила до той черты, где человек терял ощущение внешнего мира, слышал только ее голос и только этому голосу и внимал. Однажды она провела сеанс на глазах Шичко, ввергла своего пациента в состояние почти полной абстракции и была очень довольна, когда убедилась, что и Геннадий Андреевич без ее помощи не мог вывести этого человека из гипнотического состояния. Шичко отметил хорошие способности своей ученицы, но заметил, что только одними подобными сеансами нельзя добиться перепрограммирования питейного сознания. Для этого нужен весь тот педагогический комплекс, который он применяет в течение десяти занятий. Ученица не возражала, но продолжала верить в свои приемы и вскоре, отдалившись от учителя, стала принимать алкоголиков у себя на дому. Гипнотические сеансы удавались ей все лучше и лучше, она убеждала слушателей, внушала им отвращение к алкоголю, но... только на время. Проходили недели, месяцы, и ее пациенты вновь запивали. В сознании у них оставалась питейная запрограммированность — она на время подавлялась, ослаблялась, но затем оживала вновь и увлечение алкоголем продолжалось.
Я встречался с людьми, прошедшими гипнотические сеансы,— заметил в них одну общую черту: какую-то бескрылость и моральную подавленность. Они не видели для себя выхода и смотрели на мир печально и без надежды.
Наблюдал я и другой тип вульгаризаторов: эти принимали педагогические и психотерапевтические аспекты методы Г. А., Шичко, но отвергали в нем граждански-патриотическую направленность. А это, между прочим, фундамент всей педагогической основы метода. Разбирая по кирпичикам и развенчивая питейную запрограммированность, Геннадий Андреевич больше всего упирал на гражданские чувства человека — на то, что каждый из нас родился не только для собственных удовольствий и продолжения рода, но еще и для того, чтобы оказывать помощь другим, укреплять могущество государства, умножать силу народа, общества, к которому мы принадлежим. И с этой целью он на своих занятиях много рассказывал о тех силах, что заинтересованы в спаивании людей, об истории борьбы русского народа и народов других стран за трезвый образ жизни. Такие рассказы поднимали людей на новый уровень знания своей истории, будили в них гражданские патриотические чувства — не только отвращали алкоголиков от пьянства, но и как бы окрыляли их, превращали в убежденных, стойких борцов за отрезвление своего народа. Не случайно поэтому многие алкоголики, прошедшие школу Шичко, становились затем и сами отрезвителями.
