Но ситуация, действительно была припаршивейшая.
Киваю адъютанту:
– Подготовьте приказ о приведении войск Одесского военного округа в полную боевую готовность. Войска на наших базах в Румынии поднять по боевой тревоге. Графу Слащеву сигнал «Орион-2». Генералу Дитерихсу…
Ко мне быстро подошел радист-шифровальщик и протянул бланк.
Хм…
– Генералу Дитерихсу выйти на контакт с генштабом Румынии. Пусть предупредит их, что, если потребуется, мы окажем братскому румынскому народу помощь в восстановлении законности и порядка. В общем, пусть не дергаются.
Качалов козырнул и исчез.
Что ж, сюжет закручивается и закручивается лихо. Известие и начале родовых схваток у Ольги вносило в головоломку новый непрогнозируемый элемент. Я оказался на распутье. Крепком таком распутье. Что мне делать?
Если бы не известие от Маши, то я бы всячески давил на Румынию, приводя местные элиты в чувство, одновременно пытаясь выстроить отношения с новым королем Николаем. Это было бы непросто, но это очевидный план действий. Теперь же…
Появилась в уравнении куча неизвестных. Когда Оля родит? Это может быть долгим процессом, а счет идет если не на минуты, то на часы точно. Кого родит Ольга? Мальчика или девочку? От ответа на этот вопрос зависит почти всё. Если Николая провозгласят новым монархом Румынии, то мне трудно будет что-то менять без гражданской войны.
Мальчика или девочку? Аппаратов УЗИ у нас нет и до момента родов я не узнаю ответ. Да, и, вообще, рожать на месяц раньше срока – это не совсем здорово. Даже в моём времени, а уж тут, с местным уровнем медицины…
И я безнадежно испорчу отношения с Николаем, давя на него. Но я и не знаю, насчет чего давить?
Мальчик или девочка? Выживет ли? Нет ли гемофилии? Вроде не должно быть, но мало ли. Ладно, это второй вопрос, решим по мере поступления. Мальчик или девочка? Когда Оля родит?
Если бы я был в Бухаресте, то смог бы, наверное, как-то удержать ситуацию, под контролем, но они там наверняка торопятся.
Лететь двое суток.
Не удивлюсь, что дату расстрела Кароля подгадали как раз к моменту, когда я окажусь так далеко от места событий. Может и так.
Но что делать-то?
Сажусь в кресло и некоторое время сижу недвижимо, закрыв глаза. Что ж, выхода нет.
Придется идти в ва-банк.
![]()
Глава 4. Только массовые расстрелы спасут Родину
![]()
На фото: принц Румынии Николай
Дорогой Николай!
Глубоко потрясен той трагедией, которая произошла с твоим царственным братом. Прими мои самые искренние соболезнования. Позволь от твоего имени передать соболезнования от всех верных подданных румынской короны теперь уже Вдовствующей Королеве Ольге.
Заверяю тебя во всесторонней поддержке Румынии со стороны Единства и всего Новоримского Союза, равно как мы окажем полную и однозначную поддержку Вдовствующей Королеве Ольге и новорожденному Королю Румынии Михаю Первому.
Официальное заявление Королевского Двора будет сделано позже. Через два дня я буду в Бухаресте и привезу с собой Ольгу и Михая. Как ты понимаешь, Ольге необходимо прийти в себя после родов.
Готовь подданных к принесению присяги верности Михаю I.
P.S. Отдельно поздравляю тебя с рождением племянника.
Прими и проч.
Михаил
Борт дирижабля «Империя»
25.07.1919 г.
* * *
![]()
На фото: дирижабль «Гинденбург». Видны панорамные окна/иллюминаторы
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. ОМСКАЯ ГУБЕРНИЯ. БОРТ № 1 ДИРИЖАБЛЬ «ИМПЕРИЯ». 25 июля 1919 года.
Я глядел в панорамный иллюминатор. Внизу медленно проплывали пейзажи.
Медленно. Слишком медленно. Невыносимо медленно.
Как мне не хватает быстрых лайнеров моего времени. Двое суток тащиться по небу, в то время как обычный пассажирский самолет преодолевает это расстояние за шесть часов.
Впрочем, всё это пустое.
Как отреагирует Николай на мою «липу»? Поди знай. Это может ускорить процесс провозглашения его новым королем, а может он проявит определенную осторожность, выждав пару дней. Пока там особой активности моя разведка не отмечает, но люди Слащева наготове, да и прочие силы готовы выступить. Наверняка Николаю уже доложили, что наши войска в Одесском военном округе приведены в полную боевую готовность. А может, генералы ему и не доложили, дабы не испугать его.
Эх, знать бы, когда Оля и вправду родит. И кого именно родит. Если родится девочка, то, что ж, скажу Николаю, что что-то там напутали и меня неправильно информировали, а я на расстоянии в четыре с лишком километров проверить сам это не мог никак. Ну, типа, извиняюсь, пью за твое здоровье и всё такое прочее. А если мальчик, то, вероятно, всё у нас хорошо.
Если выживет младенец, конечно. Роды в восемь месяцев – это нехорошо.
* * *
![]()
На фото: Великая Княжна Ольга Николаевна (слева) с сестрой Татьяной
ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. ВОСТОЧНАЯ РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. МРАМОРНОЕ МОРЕ. ОСТРОВ ХРИСТА. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ. 25 июля 1919 года.
Роды шли тяжело. Маша, как и все доктора одетая в медицинский комбинезон и маску, вот уже несколько часов держала за руку Ольгу, приговаривая успокоительные слова и промакивая лоб и лицо роженицы от пота.
– Тужься, Оленька, тужься. Ничего страшного. Я сама через это прошла. Дважды. Так что успокойся, не нервничай. Дыши. Тужься.
Лицо Ольги перекосилось, и она мучительно закричала.
– Держись, девочка, держись. Давай еще постарайся. Головка уже видна. Тужься.
Это уже Улезко-Строганова проводит необходимые манипуляции, стараясь ускорить роды.
Маша бережно промакивает лоб и заботливо смотрит в глаза Оленьке. Невзирая на то, что та была на целых шесть лет её старше, она всё равно чувствовала себя словно мать над ребенком. Возможно, потому что она являлась тут хозяйкой, а Ольга была гостьей, а, может, действительно потому, что она в самом деле мать и уже имеет двух прелестных деток, а для Оли это первые роды, да ещё в такой ужасной ситуации, в которой её подопечная оказалась.
– Тужьсяяяяяяяяя…
– ААААААААААААААААААААААААААААА!!!!
Улезко-Строганова мастерски выхватила младенца и звонко шлепнула его по попке. Палата огласилась детским криком.
Лейб-акушерка показала ребенка ошалевшей от страданий, но счастливой новоиспеченной матери.
– Ваше Величество, поздравляю вас. У вас – мальчик.
У Оленьки покатились слезы от счастья.
– Мальчик… Слава Тебе Господи! Мальчик…
Улезко-Строганова обратилась к Императрице:
– Государыня, не соизволите ли перерезать пуповину?
Маша кивнула и взяла в руки длинные ножницы. Сделав дело, она отдала инструмент кому-то из ассистентов, а Лейб-акушер немедленно приложила дитя к груди матери.
Ольга счастливо и бережно обнимала малыша. Затем, она обратила свой взор на Царицу и сказала:
– Мария Викторовна, могу ли я вас официально просить стать крестной матерью моего сына?
Маша слегка озадачено посмотрела на неё. Вообще, по плану, крестным должен был стать Миша, а муж и жена не могут быть крестными одного и того же ребенка. Но, с другой стороны, как говорят в математике, от перемены мест слагаемых сумма не изменится.
– Хорошо, Оленька, я согласна.
Та благодарно улыбнулась и кивнула:
– Спасибо, Маша.
– Как ты его назовешь?
Ольга вздохнула, погрустнев, и опустив взгляд на сына, ответила:
