Есть прекрасная суфийская история.
Мулла Насреддин привел своих учеников на выставку. Там происходило много всего. В одном павильоне люди стреляли из лука, делая ставки. Мулла собрал своих учеников и сказал:
– Пойдемте, я вам кое-что покажу.
Именно так происходит обучение в суфизме.
Он взял лук и стрелу – собралась большая толпа:
– Суфийский мастер со своими учениками – это что-то интересное!
Люди смотрели, затаив дыхание. Превратив это в прекрасное шоу, Мулла выстрелил из лука… Стрела упала слишком близко, так и не достигнув цели. В толпе начали смеяться. Мулла сказал:
– Прекратите! Не будьте глупыми.
Он повернулся к своим ученикам и сказал:
– Посмотрите, вот что происходит, когда вы живете с комплексом неполноценности. Вот как действует человек, страдающий от комплекса неполноценности – он никогда не попадет в цель, его стрела не долетит до цели. Он не вкладывает в это всю свою душу.
Толпа затихла:
– Да, он действительно преподает урок.
Следующая стрела… Она перелетела дальше, чем нужно. Это тоже был провал, в толпе снова начали смеяться, а Мулла сказал:
– Тише! Вы не понимаете, в чем суть.
Он повернулся к своим ученикам и сказал:
– Посмотрите, вот как ведет себя человек со слишком большим самомнением. Он никогда не попадет в цель. Он бежит так быстро, что пробежит мимо и не остановится у цели. Он слишком самонадеян. Он тоже несбалансирован.
Толпа снова затихла:
– Он и правда учит их.
Мулла сделал третью попытку… И стрела попала точно в цель. Теперь толпа стояла тихо в ожидании того, что Мулла будет говорить своим ученикам.
Он подошел к хозяину и потребовал свой выигрыш. Хозяин спросил:
– За что?
Он сказал:
– Это же я! Первая стрела принадлежала человеку, страдающему от комплекса неполноценности, вторая стрела принадлежала человеку с комплексом превосходства – а это стрела Муллы Насреддина. Где мои деньги?
Вот что продолжает делать эго. В каждой ситуации – наблюдайте. Когда вы терпите неудачу, это Бог, это злой рок, это общество, это обстоятельства… тысяча и одно название. Но факт в том, что вы не хотите брать на себя ответственность, потому что это ранит эго. Но когда вы добиваетесь успеха, это всегда вы – это никогда не Бог, никогда не злой рок, никогда не обстоятельства, никогда не ваши хитрые стратегии, нет. Это просто вы, ваши таланты, ваша гениальность, ваш разум. Когда вы добиваетесь успеха, это всегда вы.
Наблюдайте за эго, не давайте ему пищи. Если его не кормить, оно умирает. Если вы прекратите давать ему пищу, оно умрет от голода.
Миссис Кокрейн стояла у гроба своего покойного мужа. Их сын стоял рядом с ней. Скорбящие по одному подходили к гробу.
– Теперь он не чувствует боли, – сказала миссис Крой. – От чего он умер?
– Бедняга, – ответила миссис Кокрейн, – он умер от гонореи.
Еще одна женщина посмотрела на тело усопшего.
– Для него все закончилось, – сказала она, – на его лице такая безмятежная улыбка. От чего он умер?
– Он умер от гонореи! – ответила вдова.
Внезапно сын оттащил мать в сторону.
– Мам, – сказал он, – ужасно говорить такое о папе. Он умер не от гонореи, а от диареи!
– Я знаю, – сказала миссис Кокрейн, – но мне больше по душе, чтобы они думали, что он умер как красавчик, а не как кусок дерьма, которым он на самом деле и был!
Эго все время присутствует, в любой ситуации. Оно не упустит ни одного случая, чтобы получить для себя пищу, чтобы добавить себе сил. Перестаньте кормить эго – это первое, что нужно сделать.
И второе: становитесь более осознанными. Если вы идете, идите осознанно, если слушаете, слушайте с тотальной осознанностью – не в каком-то сне, не кое-как, не равнодушно. Когда вы говорите, говорите осознанно. Что бы вы ни делали, позвольте окрасить всю свою жизнь осознанностью. И мало-помалу эта осознанность подарит вам видение подлинного «Я».
Это двойная атака на эго. Во-первых, не питайте его, во-вторых, становитесь более осознанными. Тогда эго исчезает, умирая от голода, а подлинное «Я» появляется благодаря осознанности. И как только больше нет облаков эго, подлинное «Я» восходит, словно солнце. Это «Я» не имеет ничего общего с вашим «я». Тем не менее, нужно какое-то слово. Я использую его, Иисус использует его, Будда использует его – его приходится использовать, но в этой ситуации оно имеет совсем иное значение. Из уст Будды, или Кришны, или Христа оно звучит иначе.
Когда трансформируется существо, трансформируется все – даже язык, на котором говорит Будда, имеет совершенно иное значение. Его слова не могут иметь то же самое значение. Это невозможно! Потому что теперь пришел новый свет, и в этом новом свете все становится новым.
Вы живете во тьме, вы спотыкаетесь во тьме, вы пытаетесь нащупать дорогу во тьме. Человек осознанности живет в свете. Он никогда не спотыкается, никогда не пытается нащупать дорогу. Он движется изящно, он обладает совершенно иным качеством бытия, жизни, любви.
Сделайте две вещи. Во-первых, не питайте эго – хватит значит хватит! И во-вторых, становитесь более осознанными. Это двойная атака, нападение с двух сторон. Она всегда приводит к цели, она еще ни разу не подвела.
Не мог бы ты немного рассказать о наблюдении и о сердце. Можно ли чувствовать их одновременно?
Наблюдение и сердце – это одно и то же. Наблюдение идет не от ума, ум никогда не может быть наблюдателем. Когда вы начинаете наблюдать, ум становится тем, за чем наблюдают, а не наблюдателем, он – наблюдаемый, не наблюдающий. Вы видите, как движутся ваши мысли, ваши фантазии, ваши воспоминания, ваши мечты – так же, как на экране вы видите кадры фильма. Но вы не отождествляетесь с ними.
Не-отождествление – вот что подразумевается под наблюдением. Тогда кто же этот наблюдатель? Ум – это то, что видят, а кто же тот, кто видит? Это сердце.
Поэтому сердце и наблюдение – это не две вещи. Если вы будете наблюдать, вы будете центрированы в сердце, или, если вы будете центрированы в сердце, вы станете наблюдателем. Это два процесса для достижения одной цели. Любящий, преданный никогда не думает о наблюдении, он просто пытается достичь сердца, источника своего существования. Как только он достигает сердца, наблюдение следует само по себе.
Медитирующий никогда не думает о любви и о сердце, он начинает с наблюдения. Но как только появляется наблюдение, открывается сердце, потому что больше неоткуда наблюдать: путь медитирующего и путь преданного различны, но они достигают наивысшей точки в едином переживании. В высшей точке они достигают одной и той же вершины.
Вы можете выбрать путь, но вы не можете выбрать цель – потому что целей не две, цель только одна. Конечно, если вы двигались по истинному пути, то, когда достигнете, не будете говорить о наблюдении – вы будете говорить о любви. Если вы шли по пути медитации, то, когда достигнете, не будете говорить о любви – вы будете говорить о наблюдении. Различие лишь в словах, в языке, в выражениях. Но то, что они выражают, – одна и та же реальность.
Ты говорил нам, что, если регулярно медитировать, ум становится все тише и тише. В прошлом году, когда я один жил в Европе, во время моих медитаций мысли становились все более шумными, в итоге я начал с ужасом думать о медитировании. Теперь, когда я снова с тобой, в твоей коммуне, эта проблема ушла. Но меня мучил вопрос: как можно десять лет быть саньясином, медитировать каждый день и при этом иметь ум, который становится все более и более шумным?
Заданный тобой вопрос имеет много подтекстов. Во-первых, необходимо понять то, что ваш ум – очень древний. Двенадцать лет – ничто по сравнению с историей ума, это история всей Вселенной с самого ее появления.
Он так долго, так эффективно работал, что ученым (как они сами признаются) до сих пор не удалось создать компьютер, который мог бы составить конкуренцию человеческому уму. Человеческий ум заключен в маленьком пространстве, в вашем черепе, – их же компьютеры занимают целые комнаты. Один ученый подсчитал, что потребуется почти целая квадратная миля, чтобы создать компьютер, сопоставимый с человеческим умом. Человеческий ум – это чудо.
Сидя со мной, вы сидите с еще большим чудом. Вы сидите с не-умом. Молчание становится естественным, и медитация приходит сама по себе, как легкий ветерок. Когда вы остаетесь наедине с собой, ваш ум – это все, что у вас есть. Пока ваша медитация не достигнет таких глубин – я имею в виду, пока вы не обретете что-то более ценное, чем ум, – эта проблема будет повторяться.
Сидя со мной, вы можете получить озарение, проблеск озарения, на какой-то миг. И этот проблеск создает страстное желание, чтобы этот момент растянулся на целую вечность. Такой покой, такая прохлада, такое спокойствие – кому это не понравится? Но когда вы возвращаетесь назад в мир, вокруг вас ходят одни компьютеры, вам приходится общаться с компьютерами. Один психолог определил человеческое тело просто как механизм, позволяющий функционировать уму. Вы думаете, что несете ум. Этот психолог говорит прямо противоположное: это ум носит вас, все ваше тело работает исключительно на благо ума.
