— Питер, ведь у тебя было несколько часов, чтобы привыкнуть к этой мысли, — возразила Сол. — И с каких это пор наши планы будто высечены на камне и стали неизменными? Как ты сам раньше сказал, Морские Звезды вынудили нас быть более гибкими, маневренными и подвижными.
— И не только Морские Звезды.
— Хорошо, и «прядильщики» тоже. Нужно точно узнать, где они находятся, если мы хотим уцелеть.
— Согласен. И если основная причина, чтобы послать меня в полет, заключается только в этом, тогда, быть может, я поверю.
— Да ну вас к черту, — возмутилась Тор. — Что, так будет продолжаться весь полет до Грумбриджа?
Эландер мрачно посмотрел на нее:
— Не беспокойся, — сухо сказал он. — Я возьму себя в руки и буду хорошо себя вести. Дело вовсе не в тебе. Скажем так: не только в тебе.
Тор уже собиралась высказать Питеру все, что накипело у нее в душе по поводу его поведения, как вдруг корпус «Арахны» вздрогнул: пришло сообщение по системе мгновенной связи.
Воцарилась тишина: все трое прекратили пререкаться и застыли, напряженно слушая.
— Говорит Гу Мань из системы Головы Гидры. Афина уничтожена. Повторяю: Афина уничтожена. «Подарки» выведены из строя, «Майкл Мэйджер» исчез. Никаких признаков жизни, ни единого радиосигнала — ничего. Даже «маркеров смерти» нет. Все… да, все погибли.
Гу Мань на секунду замолчала, и Тор почувствовала, как у нее сжалось сердце. «На что же похожа разрушенная колония?» — подумала она. Эландер уже видел руины, да и Сол тоже. Более того, Сол была очевидцем последствий всех нападений — и даже больше! Разрушение Земли во время Спайка, затем уничтожение ее остатков чужаками…
Наконец Гу Мань продолжила свое сообщение:
— Нам больше нечего здесь делать. Морские Звезды где-то близко, поэтому я сейчас же убираюсь отсюда, пока эти ублюдки не перехватили мое сообщение и не вернулись, чтобы растерзать меня.
Связь на этом прервалась, но тишину в кокпите еще некоторое время ничего не нарушало, пока Сол тяжело не вздохнула. Тор поймала себя на том, что сама тоже невольно перевела дух.
— Вот так, Тор, — мрачно проговорила Кэрил. — Теперь мы убедились: Морские Звезды изменили свою тактику.
— А что же насчет «маркеров смерти»? — спросил Эландер. — Это уже не имеет значения?
Сол и Тор недоверчиво уставились на него. Беспокойство Питера по поводу «маркеров» выглядело довольно странным, тем более после услышанного сообщения. «Ну вот, опять он за свое, — с негодованием подумала Хацис. — Наверное, намного проще обращать внимание на такие мелочи, чем на гибель целой колонии».
— Не знаю, Питер, — ответила Сол, нервно пройдясь по кокпиту. — Может быть, Гу Мань прилетела слишком рано. — Она пожала плечами. — Сейчас более важно прогнозировать направление движения «прядильщиков». У нас достаточное количество прорезателей, чтобы продолжить исследование ближайших звездных систем. Можем послать один корабль на разведку. Если мы хотим предупредить «прядильщиков» о том, что происходит, то надо хотя бы приблизительно установить их местонахождение.
— Ага, а потом они исподтишка начнут нас уничтожать. Эландер медленно провел рукой по глазам.
Было заметно, что он устал и подавлен. А вдруг снова сбой энграммы? Тор не очень-то нравилась мысль провести неделькудругую взаперти вместе с субъектом, находящимся на гране нервного срыва. Однако ее оригинал — Кэрил — подобное выдержала и уцелела, поэтому Тор сделала вывод, что и она тоже не развалится. Наверное, это станет своеобразным ритуалом, неким обрядом перехода в иное состояние ментальности, который однажды будет обязана испытать каждая копия Хацис.
— Чем быстрее мы отправимся, тем лучше, — произнесла Тор, скорее отвечая собственным мыслям, чем обращаясь к окружающим. — Питер, я готова стартовать в любой момент.
Эландер кивнул и сказал:
— Тогда заканчиваем разговоры.
С этими словами он повернулся и, не оглядываясь, сошел с трапа «Арахны».
Тор перевела взгляд с его удаляющейся фигуры на Кэрил:
— Он всегда такой очаровательный милашка? Сол слегка пожала плечами:
— Да, есть немного.
Тор на прощание протянула руку, и Сол мягко Пожала ее. Различие между оливковой искусственно выращенной кожей и теплом человеческой ладони было просто непередаваемо — так же, как и несоразмерность пропорций их конечностей.
«Я — настоящая уродина, — размышляла Тор, следуя за Эландером в свой прорезатель. — А она — просто богиня, во всех смыслах этого слова».
1.1.3
А шесть дней спустя Эландер уже сожалел о том, что обещал хорошо себя вести.
Когда их «Жемчужина» совершила переход к очередной звездной системе, обозначенной АС + 48 1595-89, его так и тянуло попросить прощения и начать спорить. Это определенно помогло бы скоротать время.
Система АС + 48 1595-89 состояла из звезды спектрального типа G, очень похожей на Солнце, и семи планет, которые были абсолютно разными. В системе имелся газовый гигант с кольцами, пояс астероидов, масса комет, пустыни, облака, лед и камни; там имелся и мир, похожий на Землю, вполне пригодный для колонизации. Все там было, в этой системе, кроме одного: малейших следов посланной сюда исследовательской миссии.
Как и все другие прорезатели, «Жемчужина» была оборудована стандартной радиосвязью и лазерной передающей аппаратурой. Эландер внимательно просматривал данные сканеров, а Хацис в это время блуждала по радиоволнам в надежде установить связь с экипажем корабля, который должен был действовать в этой системе.
— Говорит Кэрил Хацис, миссия ОЗИ-ПРО 154, корабль «С.В. Красников», вызываю миссию 707. Экипаж «Фрэнка Шу», вы меня слышите? Миссия 154 вызывает миссию 707. Винс, если ты меня слышишь, пожалуйста, ответь.
Винс Молер являлся гражданским руководителем миссии 707, ответственным за проведение исследовательской деятельности после прибытия корабля в намеченную звездную систему. Он также руководил полетом экипажа «Пола Дэйвиса» в одной из успешно проведенных миссий, которую Хацис и Эландер обнаружили вскоре после уничтожения Адрастеи. Кроме того, они встречали его в разных должностях еще в нескольких полетах. Трудно было представить, что Винс погиб — тем более что все знали о его активной деятельности в различных сферах.
Оставалось несколько сотен космических миссий, в каждую из которых входило по тридцать членов экипажа, однако все эти люди на самом деле являлись многочисленными копиями шестидесяти исследователей основной группы. У Питера к горлу подступил комок, когда он представил, как мало уцелело подлинных людей. После смерти своей единственной стабильной копии в системе Головы Гидры Питер снова стал одинок. «Неужели кто-нибудь тоже будет скучать после моей смерти?»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
