Читаем без скачивания Вам поручено умереть - Алексей Макеев

– Исключительно знание жизни, – заявил Крячко. – Так вот у Курвихина в секретаршах второй тип. Только он с ней не спал.

– Почему?

– Или у него есть любовница, а он не патологический бабник, либо есть еще один вариант. Она, как я понял, дочь его друга, которую он взял к себе на необременительную должность для приобретения стажа. Она учится на юридическом. С дочками друзей, как правило, не спят.

– С этим я понял, а по делу?

– Соответственно, – вздохнул Крячко и стал смотреть на девятиэтажку, в которую им предстояло зайти. – Она знала структуру холдинга на бумаге, знала лично всех руководителей и главных специалистов, их секретарш, естественно, но в технологии, производственные процессы и во всю глубину бизнеса не вникала. Необходимости не было. Поэтому про деловую жизнь Курвихина она знала очень мало. Что такое щебень, она представления не имеет, куда уж разбираться или просто знать о каком-то там строительстве, которое затеял шеф. Глухо!

– Ладно, пошли к Косициной. Обрадуем девочку с самого утра сюрпризами.

Гуров позвонил Веронике Косициной еще вчера вечером и договорился, что зайдет к ней домой утром. Он даже предложил ей не звонить на работу и не сообщать о том, что она задержится. Это сделают из управления. И еще Гуров принесет с собой повестку, которая даст основание руководству оплатить эти вынужденные часы отсутствия на работе и не поставить прогул.

Естественно, вчера вечером принять незнакомого полковника из МВД Косицина отказалась, сославшись на позднее время и собственную усталость. Да и не стоило вчера настаивать. Допрашиваемый человек, если хочешь получить от него добровольные сведения, должен ощущать комфортную обстановку. Или давление, но в данном случае оно неприемлемо.

Нажав кнопку домофона, Гуров представился, и дверь открылась. Через пару минут они с Крячко входили в скромную однокомнатную квартиру. Интерьер не выглядел богатым, но оформлено помещение и обставлено было со вкусом. Сама хозяйка, уже одетая по-деловому и подкрашенная, встретила визитеров и пригласила в комнату.

– Так что случилось? – с некоторым напряжением в голосе спросила Вероника. – Вы вчера меня не просто заинтриговали, но напугали. Извините, что отказалась пустить вас в квартиру в такое позднее время, но вы…

– Не утруждайтесь, – улыбнулся Гуров. – Все правильно, и мы прекрасно вас понимаем. Честно говоря, я бы удивился, если бы вы нас вчера пригласили. Но попытаться я должен был. Давайте перейдем к делу. Скажите, у вас есть какие-то соображения или подозрения, касающиеся гибели вашего шефа Курвихина?

– Ну, откуда? – пожала плечами девушка. – Я не из категории приближенных, которая все знает про начальство. Я хоть и заместитель главного бухгалтера, но роль моя в фирме небольшая.

– Вы же постоянно находитесь в офисе, слышите разговоры, предположения, обсуждения.

– Да они все и сводятся как раз к вопросам: «ах, кто?», «ах, за что?». Ерунду всякую говорят, треплются, и все. Я даже не знаю, кто настолько близок к шефу, чтобы быть в курсе. Он ведь был очень замкнутым человеком.

– Понятно, а по бухгалтерии у вас проходили крупные суммы, получаемые Курвихиным на руки или получаемые кем-то из его сотрудников? Скажем, в пределах полутора миллионов.

– Да что вы! – вытаращила глаза Вероника. – У нас и зарплат таких нет.

– Понятно. А строительные материалы у вас часто проходят?

– У нас? Нет, мы хозспособом ничего не делали. По крайней мере за последние два года, что я там работаю. Договора были на ремонтные подрядные работы со сторонними организациями. Материалы они сами закупали по сметам, а не мы.

– Щебень у вас где-то проходил?

– Щебень? Н-нет. Проходили отделочные материалы. Гипсокартон, всякие направляющие, краски, шпатлевки, смеси различные. А щебень вообще не присутствовал. И не было у нас таких работ. А почему вы ко мне пришли, а не к главному бухгалтеру?

– Очень неприятно говорить вам об этом, но мы засекли одного из сотрудников вашего холдинга за странным занятием. Он подглядывал за вами в окна с биноклем. Наверное, он в вас просто влюблен. Вот мы и решили разобраться, а заодно уж и поспрашивать про дела фирмы.

– За мной? – в ужасе спросила Вероника и невольно прикрыла грудь рукой. – В окна с биноклем? Какой кошмар! Это со стройки, наверное… Кто это?

Она спросила с таким нажимом, что не ответить было нельзя. Есть такая черта у женщин. Если им что-то нужно знать, то с ними не справится ни полиция, ни армия, вообще никто. Гуров вздохнул, переглянулся с Крячко и ответил.

Глава 4

– Итак! – Генерал Орлов мерил шагами свой большой кабинет и задумчиво смотрел в пол перед собой, как будто боялся наступить куда-то не туда.

Гуров и Крячко сидели у окна на мягком угловом диване и послушно потягивали холодный сок. Орлов сегодня был настроен либерально и настоял, чтобы друзья остыли немного, а заодно и поразмышляли над этим непонятным делом вслух. И в его присутствии.

– Что, давят на тебя, Петр? – не удержался от вопроса Крячко.

– Да нет… при чем тут это? Не давят. Просто вопросов задают много. Оказалось, что у Курвихина этого вашего очень много знакомых, хороших знакомых и… Итак! Что мы имеем в активе?

– У Курвихина был своего рода холдинг, – ответил Гуров, ставя стакан на журнальный столик и откидываясь на спинку дивана. – «Своего рода» я сказал потому, что официально юридически холдинг не оформлен, есть просто группа компаний, которыми он руководил теневым образом. Там имелись наемные руководители, но приказы им отдавал сам Курвихин и решения принимал тоже он. Что там конкретно, Станислав?

– Конкретно, – зашелестел листами ежедневника Крячко, – конкретно у него было рекламное агентство. Довольно доходное. Они там даже продающие видеоролики изготавливали. И имели двенадцать рекламных мест на ведущих магистралях города. Аренда там – ого-го!

– Не завидуй, – буркнул Лев.

– Ладно, – легко согласился Крячко. – Дальше… Глянцевый мужской журнал, довольно популярный и с приличным тиражом. Затем новостной интернет-портал, студия по изготовлению сайтов. Вот такой бизнес. Щебень туда никак не вписывается.

– Сразу хочу предвосхитить твой вопрос, Петр Николаевич, – добавил Гуров, – что семья Курвихина в его бизнесе не участвует и отношения к нему не имеет. И к бизнесу вообще. Загородного дома Курвихины не имеют. Так что к щебню его семья тоже отношения не имеет.

– То есть никто ничего о связи Курвихина и этого хозяина карьера не знает?

– Абсолютно.

– А кто он хоть такой? Что собой представляет?

– Ну-у… – Гуров пожал плечами и сделал в воздухе неопределенный жест рукой. – Молодой мужчина, возраст – двадцать восемь лет, зовут Глеб Александрович Ратманов. Жду закономерного вопроса, поэтому сразу отвечаю. Карьер этот Ратманов не купил, его подарил ему некто Пожерин Александр Иванович. Произошло это два года назад.

– Вот как? – остановился посреди кабинета Орлов. – Интересно. Пожерин, Пожерин… Это не тот самый бизнесмен…

– Тот самый, если ты имеешь в виду магната нефтеперерабатывающего бизнеса Пожерина. Солидный бизнес: нефтеперерабатывающий завод, несколько небольших месторождений на европейской части России. Тимано-Печорский регион и Волго-Уральский. Правда, есть мнение, что скважины у него уже иссякают, но завод востребован и дает приличный доход. Лет пять назад Пожерин закончил его модернизацию и теперь выдает продукцию европейского качества.

– И с какого это перепугу Пожерин вдруг дарит каменный карьер Ратманову? – удивился Орлов. – Там что-нибудь нетрадиционное, что ли? Смазливый парень, похотливый нефтяник?

– Наоборот, все очень традиционно, – рассмеялся Крячко. – Настолько традиционно, что даже скучно. Ратманов – сын Пожерина. Внебрачный. Пожерин долгое время ничего не знал о сыне. Фамилии разные, потому что свою фамилию парню дала мать. Теперь вот, через двадцать с лишним лет, отец и сын встретились.

– Замаливает грехи, – проворчал Орлов, – задабривает. Дарит бизнес.

– Не ворчи, – вмешался Гуров. – Просто естественное желание помочь сыну. Что тут такого?

– С бабами путаться не надо было, не пришлось бы теперь наверстывать в воспитании и обеспечении. Ладно, это их дела. Надо срочно выяснять, что за связь между Курвихиным и этим Ратмановым. Замешан ли там Пожерин. Вы и так уже занимаетесь этим делом довольно долго, а просвета никакого, даже намека нет на рабочую гипотезу.

– Собственно, мы поэтому и пришли, – невозмутимо ответил Гуров. – Мы со Станиславом считаем, что дальше действовать нужно очень осторожно. Не следует кидаться с вопросами к Ратманову, надо предварительно прощупать ситуацию.

– Давно бы отправили туда кого потолковее из МУРа… – ворчливо заметил Орлов.

– Не-ет, – покачал Лев головой. – А если причина смерти Курвихина лежит в рамках этих отношений? Туда поедем мы со Станиславом. И еще. Карьер находится в тридцати километрах от МКАДа, и если директор карьера большую часть времени находится на своем рабочем месте, то можно предположить, что он не знает о смерти Курвихина. А это определенный маневр для оперативной разработки.