Глава 4
СВЯТОЙ ГРААЛЬ
Грааль мифологический и Грааль оккультный. — Чудесные котлы кельтской мифологии. — Кретьен де Труа и Робер де Борон. — Галаад. — А. Веселовский о Галааде. — Вольфрам фон Эшенбах. — Персеваль-Парцифаль. — А. Веселовский о Парцифале. — Фейрефиц. — Грааль христианский. — Иосиф из Аримафеи. — Гластонбери. — Святилища бриттов. — Камелот. — Зодиак Мальтвуд.
«Грааль — это камень особой породы:Lapsit exillis[12] — перевода На наш язык пока что нет.Он излучает волшебный свет»[13].
Такими словами описан Грааль в стихотворном рыцарском романе «Парцифаль» Вольфрама фон Эшенбаха. Грааль — чаша, в которую, по легенде, Иосиф Аримафейский собрал кровь Христа, стекавшую по распятию; иначе — чаша Тайной Вечери, служившая для причащения во время первой литургии.
Вольфрам продолжает: кто узрит Грааль, тот не умрет; постоянное его лицезрение содержит человека в юности. Каждую Страстную пятницу голубь с неба кладет на него облатку:
Облаткою Грааль насыщается,И сила его не истощается,Не могут исчерпаться никогдаНи его питье, ни его еда,Ни сокровища недр, ни сокровища вод,Ни что на суше, в реке или в море живет.Происхождение Грааля — небесное:Когда небеса сотрясало войноюМеж Господом Богом и сатаною,Сей камень ангелы сбереглиДля лучших, избранных чад земли…
Ангелы снесли Грааль, сотворенный из лучистого камня Люцифера (его вырубил из короны Люцифера своим мечом архангел Михаил во время битвы между ангелами и восставшими духами), на землю, где его сторожат теперь крещеные люди в замке Корбеник (А.Н. Веселовский объясняет это название как «святая чаша») на горе Монсальват («гора спасения»).
Грааль загадочен и непостижим; недостойным он невидим, да и достойным является в искаженном, «иномирном» обличье. К нему может приблизится только непогрешимый в целомудрии; любой недостойный, посмевший приблизиться к Граалю, будет наказан ранами или недугами. Иными словами, это — истинная награда для истинного рыцаря; отсюда столь значительная популярность сюжета о поисках Грааля в средневековых рыцарских романах. (Современная трактовка этих поисков также сосредоточена на идеальном рыцаре, только рыцарское целомудрие, sine qua non средневековья, «превратилось» в аскетичность образа чаши; вспомним американский художественный фильм «Индиана Джонс и последний крестовый поход», где используется символика Грааля, оказывающегося простой деревянной чашей среди множества драгоценных кубков.)
Согласно легенде, Грааля смогли достичь только три рыцаря, три совершенных — Галахад, Парцифаль и Борс.
В оккультной традиции Грааль — символ мистических поисков. Про замечанию Мэнли Холла, «поиск Святого Грааля есть вечный поиск истины». Также Холл добавляет: «Святой Грааль является символом низшего (или иррационального) мира и телесной природы человека, потому что они служат вместилищем для сущностей высших миров. Для христиан, чья мистическая вера делает особый упор на элементе любви, Святой Грааль типизирует сердце, в котором постоянно происходит водоворот вечной жизни. Больше того, для христианина поиск Святого Грааля есть поиск собственного “Я”, открытие которого знаменует завершение Великой Работы».
Вместе с Граалем в преданиях часто упоминаются два других символических предмета — копье сотника Лонгина, некогда пронзившее тело распятого Христа, и меч царя Давида, уготованный рыцарю-девственнику; иногда эти предметы могут «сливаться» в один — чаще всего в копье.
В «кельтской версии» артуровских легенд о Граале не упоминается, зато в версии «норманнской» — у Робера де Борона, Кретьена де Труа, в анонимных рыцарских романах — Грааль постепенно становится основой цикла, а мотив поисков Грааля обретает значение идеологии артуровского общества.
Кельтская мифология знает многочисленные чудесные котлы, дарующие изобилие и процветание, наделяющие бессмертием и мудростью. Это и котел Дагды, от которого «не случалось людям уйти голодными» («Битва при Маг Туиред»); и котел Брана Благословенного, оживлявший мертвых: «И тогда разожгли огонь под котлом оживления и принялись бросать туда мертвые тела, пока котел не наполнился, и на следующее утро мертвые воины стали такими же, как раньше, кроме того, что не могли говорить» («Бранвен, дочь Ллира»); и котел Керидвен, отпив из которого обрел сокровенную мудрость знаменитый бард Талиесин: «И она решила опустить своего сына в Котел Вдохновения, чтобы он обрел знание всех тайн прошлого и будущего. Она поставила котел на огонь, и он должен был кипеть не закипая год и еще день, пока не выйдут из него три капли вдохновения» («История Талиесина»). Эти чудесные котлы, почерпнутые «норманнской версией» из бретонского фольклора и поэтически и символически перетолкованные, по всей вероятности, и послужили прообразами Святого Грааля артуровских легенд, позднее впитавшего в себя и христианскую семантику.
По преданию, чашу Грааля в Британию принес Иосиф Аримафейский. Полагают, что распространению культа Грааля в Британии способствовала обыкновенная ошибка монахов-писцов, которые в своих хрониках спутали двух Филиппов — первого епископа Иерусалима, хранителя святых реликвий (чаши и копья) отождествили с первосвятителем Галлии, вследствие чего долгая время бытовало предание о крещении Галлии одним из соратников Иосифа.
Кельтский котел возрождения. Серебро. Ок. 100 г. до н. э.
У Кретьена Грааль — чаша, нахождение которой поможет снять заклятие с Заколдованного замка, где хранится Грааль. Робер де Борон вводит мотив поисков Грааля ради символического обретения благодати; этот и другие христианские мотивы подхватывают последующие авторы рыцарских романов. По де Борону, центральный персонаж легенд о Граале — Галаад, дальний потомок Иосифа, о котором говорится: «Клиу станет тем, кто перенесет горестей и страданий более, чем кто-либо до него и кто-либо после. Он станет истинным псом, и от него возьмет начало река, воды коей будут мутны, словно грязь, и густы у истока, а в середине предстанут чистыми и прозрачными; а в устье потока явятся в двести раз прозрачнее и чище, нежели в начале. Вода будет приятной для питья и едва ли сможет напоить нас допьяна; я окунусь в этот поток с головой. Клиу будет коронован и получит имя Галаад. Он превзойдет добротой и храбростью всех, кто был до него и кто придет после. Он подчинит своей воле все события на земле и положит конец распрям».
В анонимном рыцарском романе «Queste du St. Graal»[14] Галаад соперничает за Грааль с Персевалем, который, по Кретьену, был первым рыцарем, сумевшим отыскать чудесную чашу.
Содержание этого романа пересказывает А.Н. Веселовский:
Накануне Иванова дня посланница короля Пеллеса является ко двору Артура и ведет рыцаря Ланселота в монастырь, где он находит своих двух братьев, Беорта и Лионеля, а монахиня показывает ему юношу Галаада. Посвятив того в рыцари, Ланселот возвращается с товарищами; на вопрос братьев, не сын ли его тот юноша, он ничего не отвечает. У короля Артура Круглый стол, устроенный Мерлином наподобие трапезы Иосифа; Мерлин же напророчил, что искание Грааля удастся лишь трем витязям, двум девственникам и одному целомудренному. За этим столом было запретное место, на которое никто не мог сесть, кроме того, кому оно было предназначено; теперь на нем является надпись, гласящая, что избранник явился — и чародей приводит Галаада, от семени Давида и Иосифа. На этот раз Ланселот признает его своим сыном. Галаад вытаскивает меч, воткнутый в приплывший камень: его суждено извлечь лишь храбрейшему на свете витязю. Вечером является Грааль в сиянии, несомый неведомо кем, распространяя благоухание и наполняя трапезы яствами. Гавейн, Ланселот, Персеваль и другие рыцари Артура дают обет посвятить один год и один день исканию Грааля; Персеваль оказывается ближним родственником Галаада по Пеллесу.
Приключения искателей рассказываются вразбивку: в одном аббатстве Галааду достается щит Эвалаха, на котором Иосиф сделал знамение креста; щиту этому суждено быть в руках последнего потомка Иосифа. Далее Галаад встречает Персеваля и Ланселота, которые, не признав его, бьются с ним и побеждены. Ланселот отдыхает у часовни, где больной рыцарь получил исцеление чудом Грааля — и он не спрашивает о чуде; голос велит ему не осквернять более места, где пребывает святыня; он огорчен до слез и кается пустыннику в своем великом грехе: любви к Гвиневре. Персеваль видит в одном монастыре ветхого старца Мордрейна, o котором британский эпизод «Grand Sangreal» рассказывал, что он был наказан слепотою за желание лицезреть тайны Грааля и осужден пребывать в немощном состоянии до появления последнего витязя из своего рода. За все это время (400 лет или 104 года) он питается лишь гостией.
