на фантазию и тесты.
К вечеру вышел на берег, с удочкой в руках, ни на что, особо не надеясь. Просто четырёхметровый дрын, похожий на орешник, к нему привязано шесть метров тонкой верёвки, в метре от конца верёвки поплавок из куска коры дерева, что я обточил как мне было надо, кинжалом, сделал глубокую насечку да вдел верёвку. На самый конец верёвки, привязал вырезанный из дерева крючок. Просто выбрал куст потоньше да покрепче, отрезал рогатку у одной из веток, заточив один из концов и привязав второй, получил подобие крючка. В конце, прилепил недалеко от крючка кусок глины потвёрже, что бы вместо грузила работал. С приманкой было ещё проще, поднял один из булыжников, найденных в лесу, там и обнаружил червей. Одно неудобство, червей пришлось нести в руке.
Выйдя к озеру и закинув снасть, был сильно удивлён тому, что практически сразу клюнуло. Более того, я сразу поймал рыбу, похожую на сома. Длина его была буквально сантиметров двадцать пять, но тем не менее.
На четвёртой рыбине, понял, что в руках нести не вариант. Снова нашёл длинную, тонкую ветку, похожую на лозу и отрезал у развилки. Сняв кору, начал насаживать рыбу на импровизированный кукан.
На пятой рыбине, клевать перестало, но оно уже и не надо. Темно почти совсем. Пора идти ужинать и спать.
Не удержался и одну из рыб, съел сырой, затем вернулся в селение, зашёл в дом, положив рыбу в котелок и лёг спать. Перед сном думал о том, насколько тяжёлой жизнь была у предыдущего владельца тела, что ему в общем и целом, хватает одноразового питания. Кушая утром и вечером, я чувствовал, что наелся вдоволь.
Глава 11
— Проснулся? — снова деде стоял надо мной.
— Ага, я сейчас за водой и завтракать будем, вчера рыбы наловил.
— Видел, почистил уже, пока не протухла. Вода со вчера осталась, огонь разведи да готовь, — дал напутствия дедуля и хотел уже уйти.
— А как разводить-то? — Мне бы посмотреть раз, дальше уже справлюсь.
— Ну поколение пошло, даже огня добыть не могут, — он ворчал что-то ещё, но уже слов было не разобрать.
К слову, как добыть огонь, он показал. Недалеко от камина, была корзина с чем-то похожим на паклю. Её-то он и разжёг интересным устройством. Скорее всего это были камни, по своим свойствам схожие с кремнем. Один из них, был плоским бруском, что был обит деревянными дощечками, по блинным сторонам две стойки и ещё один камень по форме бублика, через который продета деревянная ось, что опиралась на стойки. По факту, два камня кремния, один плоский, другой кольцом, вот кольцо и надо было крутануть что есть силы, а на второй положить паклю, которая тут же загоралась.
Дедуля успел не только почистить рыбу, но и добавить каши в котёл. По итогу вышло что-то похожее на рыбный бульон. В блюде явно не хватало соли, но видимо местные про неё и не знали. Это я выяснил, расспросив деда, он долго не мог понять о чём речь, более того, каждый раз, когда я произносил слово соль, то говорил это на русском, значит в местном языке и слова такого нет. На достигнутом не остановился и решил узнать, какой же на вкус пот, ведь он и в этом мире был солёный. На это получил простой ответ, пот — кислый, со вкусом грязного тела.
Ну, в общем-то понятно. Надо бы добыть соли, вот местные удивятся. А когда они узнают о способе консервации с данным минералом…
Соль, кстати, можно добыть и простым способом, но в очень малых количествах, но об этом позже. Сейчас надо спасать жизнь.
Сегодня, выйдя на улицу, я не пошёл сразу в лес, а прошёлся и осмотрел деревню.
Всё как и было описано ранее, за исключением хозяйственных построек. В центре деревни, поодаль от домов и вокруг колодца, были постройки. Тут же играли дети лет до семи, которые и провели мне экскурсию после недолгого знакомства. Была пара стариков, что уже не могли работать в поле, они-то и приглядывали за детьми. Странно, что Теор сторонился этого занятия.
Первой постройкой была пуня, если я правильно помню название. Не очень большой ангар с сеном для лошади. Лошадь, оказывается была государственной собственностью, а точнее принадлежала главе города. Местным она сдавалась в аренду, так как по закону им запрещено иметь свою, да и судя всему, не могли они себе её позволить. Её использовали только для доставки товаров в город, половина продуктов была налогами, да и не только налогами, но и платой за аренду лошади. Всё остальное можно было продать или обменять. Иногда появлялись ревизоры, которые проверяли как исполняется закон и не зажимают ли местные продукты.
Следующим зданием была баня. Ну по крайней мере, что-то на неё похожее. Местные называли её словом, похожим на мойку. Внутри помещение было примерно шесть на шесть метров. В самом центре стояла печь без трубы, выложенная всё из того же булыжника. Смеясь над тем, какой я тёмный и не сведущий, дети объяснили принцип. Каждый пятый день, эту печь топят, открывая настежь окна и дверь, затем закрывают и поливают печь водой, отчего и становится жарко. Перед мытьём, заносят туда ведра и скамейки, так как оставлять внутри нельзя, всё будет в копоти настолько, что больше испачкаешься, чем помоешься.
Сперва моются все мужчины деревни, лишь затем женщины. Тут я вспомнил, что сам не мылся всё это время, лишь раз в день, будучи в городе, ходил к реке, справить нужду да умыться выше по течению.
Последние два здания были советом и хранилищем. Советом назвали довольно большую беседку, где решали все вопросы или отмечали праздники. В хранилище, собственно, хранили продукты. К слову о последних. На полях выращивали небольшие кусты, на подобие черничных, с той разницей, что ягоды были жёлтые и слегка сладкие на вкус. Эти ягоды являлись одним из двух основных продуктов питания. Их ели в любом виде, делали кашу и муку, просто ели свеже сорванными. Вторым продуктом был корнеплод, похожий на морковь, только более водянистый и имевший фиолетовый оттенок. Употреблялся он так же, как и у нас, за исключением жарки.
Так же в ходу была еда животного происхождения. Практически у всех был птичник с небольшими птичками как наши перепёлки. Кормили их всё теми же ягодами и корнеплодами. Помимо этого, был небольшой
