Рау открывал и закрывал рот, с шумом спускал сквозь зубы воздух. Группка молодежи, за его спиной напоминала китайских болванчиков, качая головами и протяжно вздыхая, даже телохранители потеряли невозмутимость, стоя выпучив глаза и раскрыв рты. Вай-вай, всего одно порицание, а эффект как от холодного ушата воды размером с цистерну.
Андрей элегантно поклонился, сказывались занятия танцами, вложив в поклон все свое достоинство и невозмутимость. Да-да, сарказм здесь неуместен. Глянул на эльфиек и, щелкнув каблуками, степенно удалился за угол дома.
Зайдя за угол, расположенного у площади дома, Андрей поискал глазами своих подопечных. Взятая под крылышко компания, прислонившись к стене дома и придерживая друг друга за бока тряслась от смеха. Быстро они излечились от эльфопочитания, даже большеглазая Ирма!
Ирма бросилась к нему в объятия. Столько восторга и обожания в ее глазах! Эльфы уже забыты и похоронены!
— Как ты их! А он…, а они…! Крхм… — пыталась сказать, глотая слова и окончания, за очередным приступом смеха Ирма.
Смешно им. Рау и правда выглядели смешными, получив урок хороших манер от Андрея, но это был урок для Рау. Достойных представителей своей расы и, в целом, неплохих парней, отгородившихся от людей за масками высокомерия. Стоило поставить их на место и привести в чувство, как за масками открылись нормальные человеческие лица. Только чем ему выйдет этот «урок»? Сотый раз за день сменилось настроение. Только, что он нагрубил «ледышкам». Рау обид не забывают, а где были его мозги? В который раз поддались звериным инстинктам.
Надо поставить ребят на место, вернуть с небес на землю. Под пристальным взглядом Андрея они перестали смеяться и вытянулись во фрунт. Прям как новобранцы перед старым десятником.
— Что за смех и где шуты? — подошел к компании Андрей. — Я что-то смешное Ледышкам говорил?
Непонимание в глазах.
— Примите мой разговор с графом Старо как урок, который вам, троим, необходимо выучить дабы не попасть в такое же неловкое положение! Рау возвели себя в ранг высших существ, за что и получили. Пусть их теперь не удивляют плевки в спину. Как так, мы такие прекрасные, а нас не любят? За вот такое отношение и не любят! Вам все понятно? Хотите стать такими же? Вперед! Вон сколько примера перед глазами, — Андрей указал рукой на высокородных дворян, в окружении челяди стоявших на площади и каждый раз занюхивающих свои надушенные платочки, если мимо них проходил крестьянин или мастеровой. Приближение орка или полукровки вызывало у них целый приступ астмы. — Какие красавцы и красавицы, смотрите, что вы не смотрите? — распалялся он. — Сами из себя ничего не представляют, нули без палочки, за душой только имя мамочки или папочки с высоким титулом, а сами даже задницу подтереть не могут! Половина уже забыла с какой стороны за меч браться! И это служивое сословие! Позор! Любой мастеровой знает и умеет больше. Оставь мужика одного в лесу и он выживет, а такой высокородный загнется через пару часов. Смотрите как кулачки занюхивают, как же, простолюдин потом воняет, забыли что составляет основу их богатства!
Попавший в глаза солнечный зайчик, отразившийся от чьего-то натертого до блеска доспеха, заставил на пару секунд зажмуриться и прервать монолог. Андрей заметил как оторвалась от него Ирма и, отойдя на пару шагов, с ужасом, сменившим такой недавний восторг, смотрит на него. Неужто он такой страшный? Риго и Марика стояли, прижавшись к друг к другу, и молча внимали пламенной речи Андрея, изредка хлопая глазами и сглатывая слюну. Несколько человек: дворян, горожан, пара купцов и крестьян остановились рядом. Интересно послушать? Ню-ню, не обижайтесь на правду. Остапа, как говорится, понесло… Крыша, нервно хлопая деревянными плашками и черепицей, рванула ввысь. Из-под небесной сини доносилось — «Ой, дура-а-а-к!»
— И какая основа богатства у высокородной знати? — задал вопрос пожилой мужчина в строгом камзоле с расклешенными рукавами, длинным мизекордом у пояса и дубовой, инкрустированной серебром, тростью в правой руке. Мужчина стоял недалеко от компании Андрея, когда тот сцепился с Рау и сейчас с интересом слушал новые нравоучения.
— Простые сервы и мастеровые мужики — вот их главное богатство! Люди, которые производят товары, выращивают хлеб, добывают руду и куют железо! Обслуживают дворян, обстирывают, кормят, обшивают-одевают. Любой владетельский кошелек наполняется только итогом труда этих людей. Вырастили зерно, смололи, продали и получили прибыль — деньги на прокорм хозяину. А хозяин относится к крестьянину как к быдлу. Серв для такого тягловый скот да и только. Смотрите, если у мужиков убрать такого хозяйчика, то они только жить будут лучше, а если у хозяйчика забрать мужиков? Вот и держат многие из князьев, графьев и прочих личные дружины, нужные не сколько в защите земли от злобных соседей, а для держания простолюдинов в страхе и повиновении. Да, иногда дружины защищают своих хозяев от восставших бедняков, но это уж как они до того старались, обдирая последних как липку, право, какие мелочи. Хороший землевладелец во первую голову мужика на землю ставит, у него мужик как дуб! Не выкорчевать! Крепкий мужик, крепкий хозяин. Такой мужик чужому дружиннику сам дубиной голову проломит чтоб не лез, ворог, в хозяйские земли. Понятно?
Андрей навис над Ирмой, Марикой и Риго как медведь гризли над добычей, представительный мужчина одобрительно хмыкнул и, выдал подзатыльник молодому парню, как две капли похожему на него самого: «Понял? Слушай. Учись». Троица дружно закивала головами. Вот и хорошо! Понятливые вы мои! Остается надеяться, что став магами, не превратитесь в недосягаемых небожителей, свысока смотрящих на простых смертных.
Тихий шелест заставил Андрея оглянуться, за углом дома мелькнул белый плащ одного из эльфов-телохранителей. Ясненько, подслушал и побежал докладывать!
«Да у меня талант наживать недругов, — подумал Андрей. Целая стая мурашек, от неприятного предчувствия, пробежала вдоль позвоночника. — Рау, сейчас, наверное, обдумывают планы страшной мести для зубастой выскочки».
Пока эльф не удалился на достаточное расстояние, Андрей подвесил на его плащ плетение «слухач» и не прогадал. Энергии магического плетения хватило на пару минут, но за это время он услыхал пару интересных фраз.
— Наставник, Вы оставите слова этого ублюдка без ответа? — донес до него «слухач» очаровательный женский голосок.
— Да, Мелима, оставлю! Хороший урок для меня и вас. Запомните его и постарайтесь не повторять наших ошибок, — донеслось голосом Виломиэля.
— Но он оскорбил нас! — кто-то из молодых.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
