Читаем без скачивания Маскарад - Валерий Пылаев

что работа осталась только для осязания. Я не торопясь пощупал неподвижные туши, но так и не смог сообразить, что и каким образом их прикончило. На липкой чешуе-коже остались раны. Ровные, будто от ножа или сабли, однако переломанные конечности и свернутые шеи явно намекали, что неведомое создание орудовало весьма разнообразным арсеналом. Действовало быстро, беспощадно и, вероятно, без лишнего шума. Леший наверняка верещал бы на все подземелье, а твари покрупнее — вроде Жабы или тем более исполина-Рогатого сюда попросту бы не пролезли.

Значит, дорогу наверх для меня расчистил кто-то сообразительный, проворный, компактный — но при этом крайне сильный… и злобный.

Я осторожно переступил через Упырей и снова опустился на корточки. Здесь меховая «подушка» на ступеньках оказалась еще толще и мягче, однако местами ее успели основательно подрать. Когтистые лапы нечисти оставляли вытянуты узкие следы и кое-где проскребали растительность прямо до камня. Но были и другие отпечатки: чуть покороче, продолговатые и очерченные так четко, что пальцы нащупали вполне отчетливую кромку.

Определенно не Леший. Тот, кто расправился с Упырями, был заметно меньше трехметровой гориллы. Хотя тоже двигался на двух конечностях… похоже. И изрядно поддавливал на заднюю часть стопы когда спускался вниз. А вот по пути обратно — наоборот, на переднюю, будто это каким-то образом помогало…

Шум ворвался в мои размышления самым что ни на есть бесцеремонным образом: раздался где-то снаружи, прокатился по ступенькам вниз и заодно притащил с собой столько энергии, что щеки тут же начало покалывать. Неведомая сила ничуть не навредила глазам, но внутреннее око ослепило чуть ли не полностью. Я на несколько мгновений перестал чувствовать опасность… ну, или ее вдруг стало столько, что лестница впереди и все за ней вдруг превратилось в одно большое «Не влезай — убьет!».

Не успел шум с улицы стихнуть, как ему тут же отозвался нестройный хор местной фауны. Где-то наверху глухо заворчали Упыри, чуть дальше завыл Леший, а потом их вопли перекрыл низкий утробный рык существа, которое я не мог себе даже представить.

И, признаться, не очень-то и хотел.

Но вряд ли это была тварь, которая удирала от меня из подземелья — та явно предпочитала перемещаться без лишнего шума. Хотя сейчас запросто могла хоть затаиться, хоть рвануть вдаль. А то и вовсе обойти меня вдоль стены и наброситься сзади.

Впрочем, нечисть вокруг, похоже, интересовал исключительно источник шума и хлеставшей откуда-то энергии. Когда я поднялся еще выше и, свернув, выбрался по лестнице к поверхности, вопли Упырей и Леших стали громче, но при этом как будто чуть отдалились. Они могли уже сто раз почуять меня и развернуться, чтобы подкрепиться свежей человечиной, однако почему-то упрямо продолжали двигаться… куда-то.

Я шагнул вверх и, поводив стволом винтовки по сторонам, осторожно высунулся за каменное ограждение. Худосочный Упырь проковылял так близко, что я при желании мог бы достать его рукой, но даже не взглянул в мою сторону. И его, и еще с полдюжины зубастых, шагавших следом, интересовало что-то другое. Они как сомнамбулы брели вперед, будто их на невидимой привязи влекло куда-то к ближайшему перекрестку.

Где разорванное пространство маняще поблескивало неровной кромкой и рябило, как воздух в жару.

Повезло. Немыслимо, фантастически повезло. Конечно же, если принять за истину, что я прошел сюда через подземелье и выбрался на поверхность в полусотне метров от свежего Прорыва совершенно случайно.

Или это сработала интуиция, которую местная энергия раскачала чуть ли не до полноценного дара предвидения. Разумеется, всему наверняка были и другие объяснения, но обдумывать их сейчас я уж точно не собирался.

Нечисть на улице вопила со всех сторон, а ноги уже сами несли меня обратно. Вниз по заросшим мхом ступенькам, через Упыриные туши, в подземелье и дальше, в бункер сквозь пролом в стене. Я так спешил, что чуть не грохнулся с лестницы и едва успел на ходу подцепить кончиками пальцев фонарь с пола и перехватить так, чтобы не расколошматить стекло в тесном проходе.

— Идем! — Я ворвался в последнее пристанище солдат экспедиции, громыхая ботинками. — Бросай все и побежали!

— Куда? — Иван недовольно нахмурился. — Я тут еще один «наган» нашел — смотри, ржа даже не тронула, и патроны…

— Прорыв!!! — рявкнул я на весь бункер.

Удивительно, как всего одно слово может не только объяснить человеку все и сразу, но еще и придать изрядное ускорение. Эхо от грозного крика еще не успело стихнуть, а его высочество уже мчался по тоннелю, едва не обгоняя меня. Мы промчались через подземелье, махнули через мертвых Упырей, взлетели по ступенькам. И только у самой поверхности замедлились. Не без труда — мне даже пришлось схватить Ивана за ворот пиджака и чуть оттянуть назад, чтобы он сдуру не выскочил прямо на заполненную Упырями улицу.

— Осторожнее! — прошипел я, прикрывая фонарь полой кителя. — Их пока еще слишком много!

Нечисть перла к Прорыву толпой. Дыра в бытие растянулась уже чуть ли не на всю ширину улицы, но ее все равно не хватало, чтобы принять всех… скажем так, желающих. Упырей набралось уже дюжины с две-три и они то и дело задевали друг друга. Лешие возвышались над младшими «собратьями» тощими косматыми громадинами, однако никто не пытался напасть.

То ли эти два вида не враждовали, предпочитая по эту стороны границы миров разную диету, то ли паритет между количеством и силой лишал воинственности и тех, и других. А может, здесь Прорывы были чем-то вроде водопоя — единственным местом, которое даровало жизнь вечно голодным созданиям и, хоть и вынужденно, но все-таки примиряло хищников всех мастей и калибров… Или не всех — впрочем, проверять теорию и специально ждать появления Рогатого или Жабы я уж точно не планировал.

Зато у меня тут же родилась еще одна.