Читаем без скачивания Телохранитель для невесты - Тесс Герритсен

Сэм кивнул.

Выходит, он не женат. Ее щеки тотчас порозовели от неожиданной радости. Боже, что это с ней происходит?

Нина отвернулась. Не хотелось бы, чтобы детектив заметил смущение в ее глазах.

— Вы сказали… э-э-э… что вам нужно со мной поговорить.

— Это связано с вашим делом.

— Должно быть, это для вас важно, если вы взяли на себя труд отыскать меня и приехать сюда.

— Боюсь, что дело приняло неожиданный оборот. Кстати, не слишком приятный.

Нина внутренне напряглась:

— Что случилось?

— Пожалуйста, расскажите мне, что вам известно о церковном стороже.

Нина смущенно покачала головой:

— Я его совсем не знаю. Ни его самого, ни его имени.

— Его звали Джимми Броган. Весь вчерашний вечер мы пытались отыскать его. Нам стало известно, что это он вчера утром открыл двери церкви. Все утро он то входил в храм, то выходил из него. Но похоже, никто не видел, куда он направился после взрыва. Мы знаем, что он не появился в соседнем баре, куда обычно заходил каждый день.

— Вы сказали «его звали». Не значит ли это, что…

Сэм кивнул:

— Сегодня утром мы нашли его тело. В его собственной машине, которая стояла посреди поля в Скарборо. Убит выстрелом в голову. Пистолет валялся в салоне. На нем отпечатки его пальцев.

— Самоубийство? — спросила Нина едва ли не шепотом.

— Похоже на то.

Нина замолчала, потрясенная услышанным.

— Мы ждем отчета из криминалистической лаборатории. Есть много фактов, которые лично мне не дают покоя. Слишком все как-то аккуратно сделано, слишком типично для самоубийства. Никаких ниточек, за которые мы могли бы потянуть. Никаких явных мотивов.

— Включая даже взрыв бомбы?

— Да, включая даже взрыв бомбы. В багажнике машины были найдены предметы, которые свидетельствуют о причастности Брогана к взрыву. Детонирующий шнур и зеленая изолента. Все это весьма веские доказательства.

— Вы как-то не слишком убедительно это произнесли.

— Проблема в том, что, насколько нам известно, у Брогана не было никакого опыта обращения со взрывчаткой. Кроме того, мы не смогли установить никаких мотивов, которые бы подтолкнули его к взрыву бомбы. Не было ему смысла нападать и на вас. Вы смогли бы нам помочь?

Нина мотнула головой:

— Мне ничего не известно об этом чело веке.

— Вам что-то говорит фамилия Броган?

— Нет, ничего.

— Но он вас знал. В машине обнаружили клочок бумаги с вашим адресом.

Нина растерянно посмотрела на Сэма. Тот ответил ей невозмутимым взглядом. Она ничего не смогла прочитать в его глазах, и ей сделалось немного не по себе. Как же глубоко под личиной полицейского прячет этот человек свою истинную суть!

— Откуда у него мог оказаться мой адрес? — спросила она.

— Какая-то связь между вами все-таки должна быть.

— Я не знаю людей по фамилии Броган.

— Почему он пытался убить вас? Почему хотел столкнуть с дороги?

— Откуда вам известно, что это был он?

— Его машина. Та, в которой мы нашли его тело.

Нина сглотнула застрявший в горле комок.

— Черная машина?

Сэм кивнул:

— Да, черный «форд».

Глава 5

Сэм отвез ее в морг. Всю дорогу они молчали. Он не торопился поделиться известной ему информацией, она же была слишком напугана, чтобы поинтересоваться подробностями. По пути ей не давала покоя мысль: «Кто такой этот Джимми Броган и почему он хотел убить меня?»

В морге, пока они шли по коридору, Сэм крепко держал ее за руку. Он был рядом с ней, когда служитель отвел их к ряду выдвижных ящиков, в которых хранились мертвые тела. Когда тот вытащил нужный ящик, Нина невольно вздрогнула. Сэм тотчас обнял ее за талию — хотел поддержать, зная, что сейчас ее ждет малоприятное зрелище.

— Зрелище не для слабонервных, — предупредил служитель. — Вы готовы?

Нина кивнула.

Служитель приподнял простыню и отступил в сторону. За годы работы медсестрой Нина насмотрелась всякого, но такое видела впервые. Ей хватило лишь одного взгляда на лицо мертвеца — точнее, того, что от него осталось. Она поспешно отвела глаза.

— Я не знаю его, — прошептала она.

— Вы уверены? — спросил Сэм.

Нина кивнула. Ноги неожиданно сделались ватными, и она пошатнулась. Наварро моментально поддержал ее и повел прочь.

В кабинете коронера ей предложили выпить чаю, и она сидела, держа чашку обеими руками, пока Сэм разговаривал по телефону со своим напарником. Суть разговора она воспринимала смутно, как во сне. Сэм Наварро был, как всегда, спокоен и деловит, будто только что представшая их взорам жуткая картина не произвела на него никакого впечатления.

— …не признала его. И не вспомнила его имени. Ты уверен, что это не вымышленная фамилия? — произнес в трубку Сэм.

Нина продолжала сжимать чашку, но не сделала ни глотка, опасаясь, что ее может вывернуть наизнанку. На столе возле нее лежало досье на Джимми Брогана. Большая часть того, что она узнала из этой папки, не пробудила в ней никаких воспоминаний. Она не вспомнила ни его адреса, ни имени жены. Было знакомо лишь место работы: церковь Доброго Пастыря. «Интересно, — подумала она, — предупредили ли преподобного Салливана? Выписали ли его уже из больницы?» Самоубийство церковного сторожа наверняка станет для старика двойным потрясением. Сначала — взрыв бомбы в церкви. И вот теперь — церковный сторож наложил на себя руки. Нужно навестить Салливана, узнать, все ли с ним в порядке…

— Спасибо, Джиллис. Я вернусь в три. Да, хорошо, сделай все там, договорились? — Сэм положил трубку и повернулся к Нине. Заметив выражение ее лица, он нахмурился. — Все в порядке?

— Да, все нормально, — ответила Нина и, невольно вздрогнув, еще крепче сжала чашку.

— Вы не очень хорошо выглядите. Вам нужно время, чтобы прийти в себя. — Он протянул ей руку. — Сейчас самое время перекусить. Тут рядом есть уличное кафе.

— Вы еще можете думать о еде?

— Я стараюсь не пропускать время приема пищи. Или вы хотите, чтобы я отвез вас домой?

— Мне все равно, — ответила Нина, вставая с кресла. — Поскорее уведите меня отсюда.

Сэм с волчьим аппетитом уничтожал гамбургер, Нина рассеянно ковырялась в салате.

— Просто в голове не укладывается, — призналась она. — Как можно, выйдя из морга, заставить себя что-то съесть?

— Меня вынуждает необходимость, — пожал плечами Сэм. — Если перестать питаться, на работе можно быстро превратиться в бесплотную тень.

— Вы, должно быть, на своей службе всякой жути повидали.

— Думаю, вы на своей работе тоже всякого насмотрелись в палате экстренной медицинской помощи.

— Да, но к нам все-таки привозят живых.

Сэм вытер пальцы салфеткой и отодвинул тарелку в сторону.

— Верно. При взрыве бомбы, когда мы приезжаем на место происшествия, для нас редкая удача, если кто-то остается в живых. Если вообще что-то находим.

— Как вы с этим живете? Как вы выдерживаете на такой службе?

— Бросаю ей вызов. Кто кого.

— Нет, в самом деле, Наварро. Как вы выдерживаете этот ужас?

— Называйте меня Сэм, договорились? Что касается того, как я с этим справляюсь, то тут уместнее спросить, почему я это делаю. По правде говоря, вызов — действительно не последнее дело. Люди, которые взрывают бомбы, — особая, уникальная порода преступников. Террорист — это не парень, который владеет винным магазином рядом с вашим домом. Это — изобретательные типы. Среди них есть настоящие гении своего черного дела. Но в то же время они трусы. Это, так сказать, убийцы, действующие на расстоянии. Это делает их особенно опасными. Обожаю ловить этих типов и отправлять за решетку.

— То есть вы получаете удовольствие от поимки преступников.

— «Удовольствие» не совсем верное слово. Тут было бы уместнее сказать, что их поиск подобен мозаике, которую я не в силах выпустить из рук. Я смотрю на ее фрагменты и никак не могу отложить их в сторону. Я пытаюсь понять, что за извращенный ум создал эту штуку. — Сэм покачал головой. — Возможно, именно это любопытство и делает из меня чудовище, которое из любопытства не прочь помериться умом с отъявленными злодеями.

— Может, это означает, что вы отличный, выдающийся коп.

Сэм рассмеялся:

— Или то, что я такой же чокнутый, как эти чертовы террористы.

Глядя на его улыбающееся лицо, Нина неожиданно поймала себя на том, что буквально пару часов назад эти глаза казались ей неприятными и колючими. Улыбка превратила Сэма Наварро из бездушного полицейского в нормальное человеческое существо. И в очень симпатичного парня.

«Только не вздумай влюбиться», — мысленно одернула она себя. Не хватало, чтобы от Роберта она ушла прямиком к полицейскому, фанатично влюбленному в свою работу.

И она заставила себя отвести взгляд в сторону, лишь бы только смотреть куда угодно, но только не на его лицо. Объектом наблюдения она выбрала собственные руки. Точнее, длинные загорелые пальцы.