знакомиться.
Радости сестры не было предела. Как только она услышала, куда сейчас пойдёт, она сразу же побежала надевать лучшее, что у неё было. Уже через несколько минут Люси была готова к выходу. Анна была немного удивлена её реакции, но удивлена приятно. «Пусть порадуется», – думала она. Когда сёстры были готовы, они вышли из дома, заперев дверь. Люсия всё ускоряла шаг, спеша побыстрее добраться места встречи, но Анна каждый раз одёргивала её и просила вести себя серьёзно.
–Смотри не опозорь меня, – сказала старшая сестра младшей.
–Не бойся, всё будет хорошо.
Люси не имела понятия, куда они направляются. Анна никогда не говорила, где проводит время. И всё же, сестра торопилась вперёд, иногда, ошибаясь дорогой. Через некоторое время, сёстры свернули за угол, и пивная оказалась в прямой видимости. Так как Анна была социопатом, большие скопления людей были ей неприятны, поэтому, днём и вечером она не любила ходить в это место. В такое время паб был обычно полон, да и хулиганов больше чем обычно. Сидячие места заняты, и приходится пробиваться через толпу, что часто вызывает недовольство посетителей, вплоть до драки. Конечно, до прямой агрессии Анна доходила редко, но зато довольно много раз подвергалась оскорблениям. На них она обычно не обращала внимания, но если кто-то посмеет её облапать или толкнуть, то тут девушка не выдерживала и кидалась на обидчика. Ещё с детства, Анна не любила, когда к ней прикасается посторонний человек, и с незнакомцами не терпела даже рукопожатий, не говоря уже о том, если кто-то трогает её тело. Но боялась она совсем не этого. Теперь Люси знает, где можно найти её, и в случае чего, направится в пивную, где может подвергнуться тому, через что проходила Анна, а то и хуже. Тот инцидент, после которого вокалистка пришла домой в синяках, не выходил у неё из головы. Девушка одновременно ненавидела улицы, по которым ходила в паб, и вместе с тем, ей нравилась тамошняя уютная обстановка. Не днём конечно, а глубокой ночью, когда пивная пуста. Иногда она приходила одна. В тихом, тёмном, углу можно было поразмыслить о жизни, пофилософствовать, глядя сквозь дно стакана. Девушка знала это место ещё до того как вступила в The Torturer. Находясь в очередной депрессии, она познакомилась с барменом Брюсом, разговор с которым, поначалу, складывался плохо. Но, каким-то неведомым даже для Анны образом, им удалось завести нечто вроде дружбы. Деталей солистка не помнила – перебрала в тот вечер. Брюс позволил ей приходить по ночам, когда паб закрывался. Тогда она заказывала бутылку текилы, или другой крепкий алкоголь, усаживалась в самый дальний и тёмный угол паба, закуривала сигарету, и молча, пила. В такие моменты, девушка не хотела, чтобы кто-то пытался с ней говорить, и если бармен как-то пытался завязать беседу, она только бросала в его сторону косой взгляд, выпуская струйку дыма. Но теперь это пропитанное спиртом прошлое было позади. Относительно. Теперь Анна приходила одна крайне редко, и оставалась не так долго. Что же изменилось? Девушка сама не понимала. Одно солистка знала точно. Её жизнь начинает меняться, но к лучшему ли? И хотя теперь она чувствовала себя не такой одинокой, как раньше, груз прошедших лет давил назойливыми воспоминаниями. Воспоминаниями о смерти бабушки и потери матери, о том, как она с сестрой оказалась выброшенной на улицу, о том, как ей приходилось танцевать по ночам, чтобы зарабатывать на жизнь. Воспоминания об убийстве отца так же давили на неё, но почему-то меньше. Это был единственный раз, когда Анна совершила убийство, и с тех пор, ей изредка снятся кошмары. Не потому что её жертвой стал отец, а скорее потому, что она не была готова хладнокровно убить человека. Иногда, посреди ночи, просыпаясь в поту, девушка идёт в ванную, чтобы умыться, и долго смотрит в зеркало. Она может простоять так всю ночь, будто находясь в трансе. Как бы Анна не старалась думать, что поступила правильно, что-то внутри неё отчаянно отказывалось в это верить. Говорят, что глаза – это зеркало души, и девушка, исследуя собственное отражение, пыталась понять кто же она на самом деле. Чудовище, убившее своего отца? Или брошенная всеми заблудшая душа? Она не знала кто она. Жизнь превратилась в страшный сон, и хотя всё менялось, легче от этого не становилось.
Подойдя к двери, Анна потянула за ручку. Сёстры прошли в шумное помещение, наполненное посетителями и клубами сигаретного дыма. Бармен, завидев Анну, приветственно поднял руку вверх. Девушка кивнула в ответ.
–Будь рядом, – сказала она сестре.
Вокалистка вытянула шею, высматривая членов группы. В толпе разглядеть их было проще простого. Парни с длинными волосами выделялись среди остальных посетителей. Сёстры направились к столу, где сидела группа. Когда девушки подошли совсем близко, Френсис, как положено по этикету, встал.
–Привет, – сказал он Анне, – И тебе привет, я Френсис, – это уже было сказано в адрес Люси.
–Очень приятно, – младшая сестра пожала руку.
–Это знаменитый The Torturer, – басист широким жестом обвёл сидящих за столом музыкантов.
–Привет, – хором сказали парни.
–Это Фил – клавишник, это Сайман – ударник, а это гитаристы Ник и Дэнниэл, – Френсис представил всех, указывая на каждого пальцем.
Пожав всем руки, Люси присела на стул рядом с Анной, которая снова надела маску безразличия.
–Что будем? – спросил Фил.
–Я – ничего, – ответила Анна.
–Я – пиво, – ответила Люси.
–Хорошо, а вы? – он обратился к остальным.
–Конечно пива! – сказал за всех Сайман, – разве мы что-то другое пили хоть раз?
Музыканты посмеялись.
–Ладно, ладно, – помотал головой клавишник, – Должен же я был что-то спросить.
Фил удалился за заказом, а остальные начали разговор.
–Смотри не трепись про нашу жизнь, – прошептала Анна на ухо сестре.
–Да знаю я, – возмутилась та.
Собеседники поделились на части. С Люсией общались все, а Анна только изредка отвечала на вопросы Френсиса.
–Знаю, неприлично спрашивать такое у девушки, но всё же я спрошу, – начал Ник, – Сколько тебе лет, Люси?
–Восемнадцать, – ответила та, улыбаясь, – Мог бы с другого конца начать разговор.
–Я же говорил, не надо с этого начинать, – засмеялся Сайман.
–За словом в карман не лезешь, – с уважением сказал Дэнниэл.
Пока всё внимание ребят было приковано к Люсии, Френсис решил поинтересоваться:
–А ты почему ничего не заказала? – спросил он у Анны.
–Просто решила сделать перерыв, – ответила девушка, – надо следить за собой.
–У тебя получается.
Хотя вокалистка прекрасно поняла, что имел в виду басист, она решила сделать вид, что этот вопрос её
