Но почему-то в груди неприятно сжималось.
Это что, обида? А с какой стати? Всё было как всегда, так и должно было быть.
Но почему-то всё было наоборот. Что-то изменилось, и с этим нужно разобраться.
За завтраком она пыталась поймать его взгляд, но он как будто её игнорировал. Сидел, как обычно, в окружении своих друзей. Разве что был очень хмурым, явно пропуская мимо ушей болтовню рядом сидящей Паркинсон.
Зато Захария весь лучился радостью, вновь вызвавшись проводить её на занятия.
С ним было легко разговаривать. Даже тему для разговора не нужно было придумывать, он мог обсуждать что угодно.
Беспокойное состояние покинуло Гермиону, когда они подошли к двери класса, потому что последние десять минут она то и дело заливисто хохотала от рассказов Захарии.
— И тогда я понял, что это было не зелье для ясности ума, а сильное успокаивающее, — Захария остановился вместе с ней возле класса и продолжил, — Потому что когда я шел пятнадцать минут от своей парты до стола Макгонагалл, она сняла с меня тридцать очков и отправила к мадам Помфри, пригрозив, что в следующий раз превратит в черепаху…
— Ой я не могу, — Гермиона, восстанавливая дыхание, смахнула выступившую слезу от смеха, — Мне пора на урок, рада была повидаться.
— Может прогуляемся вечером? Пока ещё хорошая погода?
Гермиона посмотрела в широко распахнутые голубые глаза, Захария выжидающе улыбался и ждал ответа.
— Хорошо, давай встретимся в холле с необычным фонтаном в девять?
Захария радостно приобнял гриффиндорку:
— Договорились, буду ждать.
***
День пролетел незаметно. И чем ближе становился вечер, тем сильнее Гермиона волновалась.
Она совершенно не представляла себе, как вести себя с Захарией. Сильный напор со стороны пуффендуйца ставил её в тупик.
Вокруг все друг с другом встречались, кто-то вообще никого не стесняясь позволяли себе вести себя развязно. Под каждой лестницей, в каждом укромном уголке можно было наткнуться на целующиеся парочки.
Гермиона понимала, что это нормально. Людям свойственно встречаться, целоваться, обжиматься, тем более подросткам. Просто на свой счет об этом думать было непривычно.
В её мимолетных мечтах всегда был только Рон. И то, картинки в голове мелькали по нарастающей. Поцелуй, свадьба, рождение ребенка, министерство магии, где Гермиона занимала важную должность, быт, посиделки с друзьями, воспитание детей…
Банально, без лишних красок, так, как должно было быть.
Но сейчас это казалось глупо. Ведь по сути к Рону она не испытывала ровным счетом ничего, кроме глубокой привязанности, как к лучшему другу. Точно так же, как к Гарри. Как к Джинни, Полумне, Невиллу.
Удивительно, как последние дни поменяли кардинально её мышление. И не понятно, кто конкретно пробудил в ней незнакомые до сих пор чувства.
Гермиона всегда считала себя очень рациональным человеком. Всегда думала наперед. Продумывала каждый день, планировала, размышляла, сосредотачивалась на учебе.
Только сейчас последнее о чем она думала, так это о занятиях. И это немного сбивало с толку и вызывало чувство стыда.
— Да к черту, — Гермиона злобно закинула к сумку учебники, пытаясь отогнать противоречивые чувства.
В конце концов, она что, делает что-то постыдное, неправильное? Она девушка в первую очередь, и это нормально, что девичье любопытство периодически занимает её мысли.
Вот только в своих чувствах разобраться было сложно.
Когда закончился учебный день, Гермиона подходила к своей спальне, раздумывая, что ей одеть на встречу со Смитом. Вроде как и не свидание, но выглядеть чуть лучше, чем обычно, очень хотелось.
— Герми, примерь это платье, — Джинни подошла к подруге и протянула ей небольшую черную ткань, — Не слишком ярко и вызывающе, но прям то, что надо.
Гермиона натянула на себя платье и посмотрела в зеркало.
Коротковато, но ничего лишнего. Платье выгодно подчеркивало фигуру, плавно обтягивая каждый контур.
Гермиона собрала волосы в пышный пучок, оставив пару прядей возле лица, накинула кеды и джинсовку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ну всё, я готова, — Гермиона подскочила к Джинни и обняла подругу, — Пожелай мне удачи.
— Ну ты прям как будто на свадьбу собираешься, иди уже, — Джинни подтолкнула Гермиону к выходу, — И что бы сегодня ночевать не приходила!
Гермиона, спускаясь с лестницы бросила на подругу веселый взгляд:
— Я приду со Смитом.
Джинни, хохоча захлопнула дверь.
***
Гермиона медленно спускалась по ступенькам. Сверлила взглядом высокую фигуру, стоящую к ней спиной возле фонтана.
Захария стоял, засунув руки в карманы черных брюк. Серый облегающий свитер подчеркивал широкие плечи и мускулистые руки.
Мерлин, какой же он большой. Гермиона по сравнению с ним казалась себе карликом в юбке. По мере приближения к нему, он подобно высокой горе возвышался над ней.
— Привет…, - Гермиона негромко поприветствовала парня, подойдя ближе.
Захария резко обернулся и широкая улыбка озарила прекрасное лицо. Возле глаз образовались тонкие складки, придавая взгляду максимум доброты.
— Я рад, что ты пришла, — Парень приобнял Гермиону, — Переживал, что снова не получится прогуляться. Я ведь уже как-то добивался встречи с тобой.
— Да, прости, столько всего навалилось. Пойдём?
Они двинулись к выходу из замка. Мимо проходящие студенты удивлённо оборачивались им вслед. Гермиона всегда была либо одна, с Джинни, или в компании Рона и Гарри.
Осенний тёплый вечер окутал парочку ласковым прикосновением, когда они вышли на улицу.
Природа ещё не окрасилась в оранжевый цвет, вокруг пестрило зеленью и в воздухе витал цветочный аромат.
Внешний двор Хогвартса украшали клумбы с разнообразными цветами. Розы, пионы разных форм и расцветок украшали и без того прекрасный вид. Это единственные цветы, названия которых она знала. Остальные были ей не знакомы, травология никогда не вызывала особого любопытства.
Там и тут росли неизвестные цветы, кустарники, вокруг которых порхали бабочки, взмахом крыльев оставляя после себя золотистую пыльцу. Двор был большой и красивый, усеянный каменными дорожками, живой изгородью, цветами и невысокими деревьями, возле которых стояли лавочки.
В самом центре был установлен огромный фонтан, вокруг которого располагались скамейки для студентов. По воздуху перемещались зачарованные лейки, поливающие растения.
Гермиона полной грудью вдыхала цветочный аромат чудесного вечера. Солнце уже начало садиться за горизонт, озаряя розоватым светом вечернее небо.
— Знаешь, я никак не могу выбросить из головы тот вечер на тусовке, — Захария легонько коснулся ладони Гермионы, идущей рядом, — И никак не могу забыть, что ты мне тогда сказала.
Сердце пропустило удар.
— Мгмк, — Гермиона промычала что-то нечленораздельное, не успев разложить по местам вихрь мыслей, пролетевший беспорядочным штормом в голове.
— И я подумал, почему бы и нет.
Гермиона споткнулась о торчащий камень, так как её чуть повело в сторону от тембра его голоса. Низкого, сладкого, чуть дрожащего.
Захария подхватил её под руки, крепко прижав к себе.
Гермиона тупо уставилась в его глаза. Они были слишком близко. Захария на голову был выше неё и смотрел сверху вниз, лаская нежным взглядом.
Стальные объятия не давали вздохнуть.
Она чувствовала каждый удар его сердца.
Они стояли посреди тропинки и смотрели друг другу в глаза.
Мир замер.
И только щебетание птиц раздавались на заднем фоне, чуть оживляя реальность вокруг.
Гермиону вывел из транса резкий толчок в плечо, от чего они вместе с Захарией покачнулись, едва не упав.
Обернувшись, они увидели распластавшуюся возле их ног фигуру в мантии.
— Бля, я извиняюсь, — Фигура подняла голову и посмотрела с земли блуждающим взглядом на парочку, — О, Грейнджер. Помоги мне подняться.
Теодор Нотт валялся на земле и просил о помощи, вытянув вверх покачивающуюся руку.
