У меня же лично нет никакого желания вступать в диспут по этому сложному вопросу, а для удобства читателя я буду продолжать использовать термин «татары» в широком смысле этого слова, то есть называя им потомков монголов, булгар, различных кипчакских племен и т. д.
Тут же стоит отметить и две противоположные тенденции у современных татарских историков. Одни, как, к примеру, И.А. Гафаров, утверждают, что именно булгары вынесли основную тяжесть монгольского (татарского) нашествия и даже спасли тем Западную Европу от монголов (татар). А вот профессор З.З. Мифтахов считает булгар главной ударной силой Батыя в походах 1237–1238 гг. и 1240–1241 гг. На мой взгляд, правы они оба. Другой вопрос, что в зависимости от политической коньюктуры выгоднее выпячивать то один, то другой исторический момент.
Несколько слов стоит сказать и о происхождении самого термина «Золотая Орда». Впервые название Золотая Орда встречается в «Истории о Казанском ханстве», написанной около 1564 г. До этого нет ни одного упоминания этого термина ни в русских, ни в татарских источниках. Сами татары чаще всего называли Золотую Орду Белой Ордой, но использовались и другие названия. Возможно, появление термина «Золотая Орда» связано с тем, что хан Узбек принимал послов в большом золотом шатре. Так или иначе, но этот термин, мягко выражаясь, не совсем корректен. Но чтобы не путать читателя, со школьных лет привыкшего к названию «Золотая Орда», я, грешный, тоже буду им пользоваться.
История Золотой Орды крайне запутанная не столько из-за ограниченности письменных источников, сколько из-за позиции наших властей. Русские цари были не заинтересованы в издании истории татар. А в 1944 г. вышло Постановление ЦК ВКП(б), фактически запрещавшее изучение истории Золотой Орды.
В начале 1980 х гг. при посещении исторического музея в Казани я был удивлен отсутствием зала, посвященного истории Золотой Орды. Прямо от стенда, посвященного домонгольской Булгарии, экскурсовод переходил к рассказу о завоевании Казани Иваном Грозным.
Результатом всего этого стало представление населением СССР о Золотой Орде как о государственном объединении диких кочевников.
На самом деле это была огромная страна, по уровню цивилизации не только не уступавшая, но зачастую и превосходившая страны Западной Европы.
Поскольку в этой книге я несколько раз использовал «Джагфар тарихы. Том I. Свод булгарских летописей. 1680 год» (Оренбург, 1993), цитируя его по книге З.З. Мифтахова, стоит сказать несколько слов и об этом произведении.
Летопись Гази Бараджа была включена в свод булгарских летописей, составленный в 1680 г. по приказу вождя булгарского освободительного движения сеида Джагфара секретарем его канцелярии Бахши Иманом. Однако движение было подавлено, а судьба подлинника летописи осталась неизвестной. Сохранившийся список этого документа на булгаро-арабском шрифте еще был известен в XIX – начале XX в. Однако в первые годы советской власти лица, хранившие «староалфавитные» тексты, подвергались репрессиям. Поэтому их подлинники переводились на русский язык и уничтожались. Но и перевод летописи, хранимый несколькими поколениями семьи Нурутдиновых, также полностью до нас не дошел. В результате в 1993 г. в Казани и Оренбурге была опубликована только часть текста летописи на русском языке в изложении И.М. Нигматуллина.
По поводу подлинности этого текста уже почти десять лет идут споры. Я специально не занимался исследованием этого вопроса, но анализ аргументов сторон свидетельствует в пользу сторонников подлинности текста. Лично на меня произвело впечатление, что в летописи довольно логично объясняются события, о которых смутно, а то и намеками говорят русские летописцы. Тем не менее следует заметить, что в тексте, видимо, существуют позднейшие включения, в том числе сделанные в XIX и ХХ вв.
Кстати, подлинность многих наших средневековых источников часто вызывает сомнения. Вспомним двухсотлетние споры о «Слове о полку Игореве». Между прочим, и оно тоже не дошло до нас в подлиннике, и Мусина-Пушкина обвиняли и обвиняют в подделке.
А сейчас от споров современных историков перейдем к XIII веку. В 1255 г. сорока восьми лет от роду скончался хан Батый. Похоронили его по старинному монгольскому обычаю с участием шаманов. Власть в Золотой Орде перешла к сыну Батыя Сартаку. Престол за ним утвердил сам великий хан Мунке, в Ставке которого Сартак находился в момент смерти отца. По сообщениям итальянского путешественника монаха Гильома Рубруна и персидского историка Джузджани, Сартак принял христианство. Однако это не помешало ему иметь шесть жен.
В 1256 (1257) г. на золотоордынский престол всходит Берке, третий сын хана Джучи, младший брат Батыя. Уже при жизни Батыя Берке принял ислам и впоследствии стал ревностным мусульманином.
Между тем в 1259 г. в столице Монгольской империи Каракоруме умер великий хан Мунке. Началась кровавая война между основными претендентами – Хубилаем и Ариг-Буги, сыновьями Тулуя (Тулая), четвертого сына Чингисхана. В 1264 г. Хубилай победил.
После восшествия на престол великого хана Хубилая хан Золотой Орды Берке перестал чеканить монеты с его именем. Таким образом и формально Золотая Орда стала независимой от «Улуса Великого хана».
Почти одновременно в Персии и Междуречье возникает еще одно независимое государство – Улус Хулагу[75], которое историки позже назовут государством ильханов (хулагидов). В Средней Азии образовался Чагатайский Улус со столицей в Самарканде.
В конце XIII в. на западе Золотая Орда граничит с Венгрией, на севере – с русскими княжествами. Все побережье Черного моря от устья Дуная до района современного Сочи, включая Крым, принадлежало Золотой Орде. Закавказские государства с конца XIII в. стали ареной борьбы между Золотой Ордой и государством хулагидов. На востоке граница Золотой Орды проходит в верховьях Оби и Енисея.
Уже к концу XIII в. на территории Золотой Орды были выстроены десятки огромных цветущих городов. Первой столицей Золотой Орды на некоторое время стал Великий Булгар, остатки которого находятся у современного села Болгары в Татарстане. Именно тут татарские ханы впервые начали чеканку золотоордынской монеты.
В Великом Булгаре помимо торговли бурно развивались самые разнообразные ремесла – гончарное, металлургическое, кожевенное, строительное, косторезное, ювелирное и другие. Речной порт Булгара Ага-Базар стал оживленным торгом, где встречались купцы из Руси, с Ближнего и Среднего Востока и из Западной Европы.
Сразу после возвращения из похода в Центральную Европу хан Бату приказал строить новую золотоордынскую столицу (примерно в 120 км от современной Астрахани). По одной из легенд, Бату-хан, выехав на возвышенный берег реки Ахтубы (рукав Волги) в район нынешнего села Селитряное, сказал: «Я не видел степей шире этих, я не видел лугов красивей этих, я не видел воздуха чище этого. Болды! Здесь будем жить!» Якобы от этого и произошло название реки Балда (рукав Волги). «Болды» – достаточно, хорошо, стоп!
Город получил название Сарай Ал-Махруса (Дворец Богохранимый) или Сарай-Бату. К началу XV в. в Сарай-Бату жило не менее 75 тысяч жителей. Для сравнения: в те же годы население Парижа и Рима не превышало 25–30 тысяч человек. Развалины города сейчас тянутся вдоль левого берега реки Ахтуба более чем на 15 км и занимают площадь свыше 750 гектаров. Как и большинство ордынских городов, Сарай Ал-Махруса не имел укреплений.
На берегах Ахтубы выросли необыкновенной красоты мечети, медресе, бани, крытые базары, ханакки[76], великолепные дома и дворцы, мавзолеи. В 1282 г. в Сарае Ал-Махруса началась чеканка монеты.
В отличие от многих других ордынских городов, Сарай Ал-Махруса по неизвестным причинам не был разрушен в 1395 г. войсками Тимура. Точная дата, когда город покинули последние местные жители, неизвестна. Так, в первой половине XV в. Сарай Ал-Махруса еще играл важную роль в экономической жизни Нижнего Поволжья, о чем свидетельствуют записки посетившего Сарай в 1438 г. купца из Шираза. Так, прибыв из Хорезма, купец продал в Сарае товаров на 21 тысячу динаров, получив при этом прибыль 50 %. На выручку купец закупил в Сарае китайские и западноевропейские товары: шелк-сырец, шелковую камку, атлас, сукно, а также русское полотно. Это указывает на то, что в 1438 г. Сарай был крупным центром международной торговли. А в международной азиатско-европейской торговле этот город с конца XIII и до середины XV в. являлся одним из крупнейших транзитных пунктов между Западом и Востоком.
Царь Федор Иоаннович в 1588 г. издал указ: ломать «мечети и палаты в Золотой Орде и тем делати город Астрахань». На руинах Сарай-Бату в начале XVIII в. Петр I велел построить селитряный завод. Но уже к середине XVIII в. месторождение селитры иссякло, но основанный там поселок и по сей день носит название Селитряный. Впервые раскопки там были начаты Ф.В. Баллодом и П. Рыковым в 10 х гг. ХХ в. Профессор Баллод справедливо назвал Селитряное городище «приволжскими Помпеями». После 1922 г. раскопки огромного города были продолжены. Но советские власти по политическим мотивам не выделяли достаточных средств на раскопки, а после знаменитого постановления 1944 г. раскопки вообще были прекращены, и возобновились лишь в начале 1980 х гг.
