– И ты отстаёшь от него на несколько часов.
– Совершенно верно.
– В таком случае поторопись, – бросила Белослава. – Потому что ты…
– Отвечаю лично. – Надежда поднялась. – Я знаю.
Бразилия, Рио-де-Жанейро За несколько месяцев до описываемых событий
– Две тысячи? – уточнила сидящая за решёткой кассы девушка.
– Совершенно верно, – подтвердил Кайл, выкладывая на стойку тонкую стопку купюр.
Резаная бумага испарилась почти мгновенно, а её место – не будь масан магом, сказал бы: «Как по волшебству» – заняли тяжёлые прямоугольники игрового заведения.
– Ваши фишки, сэр.
– Спасибо. – Кайл вошёл в прокуренный зал – это обстоятельство было единственным тёмным пятном в их с Максом плане, поскольку нелюди не терпят табачного дыма, – и огляделся.
Игра!
В отличие от равнодушного к азарту друга, Кайл обожал рулетку и карты, причём любил не побеждать с использованием магии, а честно играть, надеясь на улыбку Судьбы. Проигрывать, проклиная всё на свете, выигрывать, возносясь от счастья под самые облака, переживать настоящие эмоции, каковых так мало в серой повседневности обычного вампира.
– Красавчик, в автоматы играешь? – Полногрудая – да восславится в веках имя Силикон и производные его! – девица подмигнула пребывающему в рассеянности масану и легко коснулась однорукого бандита. – Удача тебя любит?
Холодное железо человских устройств плохо реагировало на прикосновения магии крови, требовало слишком много усилий, но Кайл не собирался выигрывать, зато должен был показаться лохом обыкновенным, готовым спустить последние сбережения ради мимолетной улыбки госпожи Фортуны, и потому вампир охотно подался вперёд.
– Куда засовывать?
– Сначала – в автомат, – рассмеялась пышная. – Угостишь меня?
– Если выиграю.
– Ты жадный?
– Экономный.
– Мне нравятся мужчины, которые умеют считать деньги.
– Поэтому у них есть деньги.
– Именно.
А Кайлу нравились пышные человские самки – кровь в них бурлила настоящая, яркая, – однако питательные визиты в «Закат» избавили его даже от намёка на жажду, и потому он бросал на нежданную спутницу весьма хладнокровные взгляды. Никакого гастрономического интереса.
– Меня зовут Лея. Как принцессу.
«Настоящих принцесс так не называют, дура тупая…»
Кайл почти высказался, но прожорливый автомат прекратил громыхать внутренностями, сообщил, что выигрыша не будет, и попросил ещё жетон. Лея, «как принцесса», повела резиновым бюстом:
– Может, сейчас повезёт?
И сделала глазами знак, мол, продолжай кормить заведение, не останавливайся.
– Может, и повезёт, – согласился масан, однако жетон оставил при себе и повернулся к рулетке. – Составишь компанию?
– Мне нельзя, – вздохнула девица.
– Тогда пока.
Работящих девиц в зале полно, будет кому визжать и требовать шампанское, когда начнётся череда выигрышей, но она… Она, увы, не начнётся – план не предполагал.
Для себя магию в казино применяли редко – не хотели светиться, и Носферату, у которого Кайл и Макс получали «добро» на поправку финансов, выигрывать запретил. Зато против «классического» плана не возразил, велев, правда, «не зарываться».
Вот и получалось, что девочки сегодня будут визжать вокруг другого «героя».
– Ваша ставка, сэр?
– Двадцать три. – Масан бросил на стол пару крупных фишек.
– Принято.
Шарик полетел по кругу, игроки с интересом или скрывая интерес уставились на него, а Кайл уставился на игроков.
«Кому сегодня улыбнётся удача?»
– Двадцать три!
Голос крупье громыхнул громом.
– Ваш выигрыш, сэр.
«А ведь скажут, скажут! что я применил магию!» – выругался про себя вампир, принимая кучу фишек.
– Сегодня твой вечер, красавчик! – К стулу масана протолкалась Лея, видимо, получила разрешение последовать за перспективным клиентом. – Сейчас на шампанское хватит?
– Сорок два! – объявил Кайл, погладив девушку по бедру.
– Шампанское?
– Не сейчас.
Ему нужен был лох: одинокий, желательно небогатый игрок, зашедший в казино, чтобы избавиться от отпускных накоплений. Он – при незримой для посторонних помощи вампира – станет «героем вечера», выиграет нужную Кайлу сумму, выйдет из заведения пьяный, довольный, строящий планы на будущее и будет ограблен. Такое случается. Полицейские подумают, что мордовороты казино вернули хозяину деньги, мордовороты подумают, что сработали гастролёры, а гастролёры ничего не подумают по причине своего несуществования в данный момент. Сумма денег выйдет из оборота теневой экономики и перейдёт в собственность масанов, чел отделается лёгким сотрясением мозга, никто…
– Сорок два!
«Вот дерьмо!»
– Шампанского! Бутылку!!
Да, бокалом уже не отделаешься, потому что девиц вокруг скопилось пять, и каждая норовила поёрзать телом по голове или плечу ничего не понимающего масана.
– У нас объявился счастливчик!
– Смотрите, он играет!
Крупье вопросительно посмотрел на Кайла, но тот качнул головой, показывая, что пропускает, и ошалело уставился на кучу фишек.
Что-то пошло не так.
– Откуда ты родом, красавчик?
– Что ты делаешь вечером?
– Пригласишь меня на ужин?
– При чём тут ты, стерва?! – возмутилась Лея.
– Заткнись!
– Как ты это делаешь? – прозвучал вдруг чей-то явно не женский голос.
– Сука крашеная!
– Как ты меня назвала?
«Дерьмо…»
Изумление двумя подряд выигрышами, потеря концентрации, ненужные мысли, расслабленность, и Кайл прозевал то, что никак, никогда, ни при каких обстоятельствах нельзя было зевать.
В зале появился нав.
Как всегда: худощавый, длинный, черноволосый, опасный… Но, видимо, слегка пьяный и в хорошем настроении. И только поэтому мятежный масан не получил пару смертельных внутренних повреждений.
Нав уселся напротив Кайла, подпёр кулаком подбородок и повторил:
– Как ты это делаешь?
– Что? – Во рту стало так противно, словно вся выпитая за последнюю неделю кровь скисла и выступила из дёсен.
– Ты ведь не используешь магию, – объяснил тёмный.
– Нет, – подтвердил масан, мысленно прощаясь с жизнью.
– Но выигрываешь.
– Да.
– Перешёл на двоичный код?
– Я… – Кайл откашлялся. – Я…
– Проверим твою удачу, кровосос. – В чёрных, глубоко запавших глазах нава мелькнул весёлый огонек. – Называй число.
Замысел вампир понял сразу: ставка на жизнь. И если он ошибётся, то одним мятежным масаном на Земле станет меньше. Ничего личного, просто тёмный решил развлечься.
Крупье вновь повернулся к «герою вечера», и Кайл пискнул:
– Зеро… – Понял, что скиксовал, кашлянул и молниеносно повторил, громко и уверенно: – Зеро.
И двинул вперёд все свои фишки.
По залу прошелестел шепоток.
Нав улыбнулся, показывая, что оценил жест масана, и небрежно бросил на стол крупную фишку:
– Одиннадцать.
Но не был услышан, поскольку всё внимание публики было приковано к Кайлу. Внутри которого царил не просто холод – северный полюс.
«Одиннадцать против нуля… Две единицы против нуля… Двойка против нуля… Я против нуля… Меня могут помножить на ноль… Одиннадцать против…»
Все смотрели на шарик, а Кайл смотрел на нава. Все эти долгие годы, что шарик бежал по кругу, Кайл смотрел на нава, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой, и шептал:
«Одиннадцать против…»
И едва не умер от удара, услышав:
– Зеро!
Зал разразился воплями, а нав приподнял бокал:
– Ты действительно счастливчик, кровосос. Но всё было честно, и если понадобится, я подтвержу, что ты не использовал магию. Меня зовут Врега.
– А как же челы?
– Позвони Носферату, объясни ситуацию и попроси помочь, – хмыкнул тёмный. – Придётся поделиться, но это лучше, чем самостоятельно решать проблемы с местными уголовниками.
