Читаем без скачивания Сталин перед судом пигмеев - Юркй Емельянов

Так, радикальная амнистия, осуществленная по рекомендации Берии, породила рост беззакония и преступности. Целые города и поселки оказались в руках освобожденных воров-рецидивистов. Даже в Москве и в Подмосковье страх перед «амнистированными» терроризировал жителей столицы и ее окрестностей. На июльском (1953 г.) Пленуме ЦК КПСС утверждалось, что предложения Берии по изменению политики в союзных республиках, вроде бы направленные на улучшение межнациональных отношений, лишь способствовали подъему националистических настроений и росту межнациональных противоречий.

Инициативы Берии на международной арене лишь способствовали дестабилизации социалистического лагеря. По предложению Берии Совет Министров СССР принял 2 июня постановление «О мерах, направленных на улучшение политической ситуации в ГДР», в котором говорилось об отказе от политики ускоренного построения социализма и принятии курса на создание «единой, демократической, миролюбивой и независимой Германии». В духе этого постановления в Москве прошли переговоры с руководством ГДР. Позже утверждалось, что на этих переговорах Берия грубо и бесцеремонно вел себя в отношении В. Ульбрихта и других руководителей ГДР, На заседании Политбюро СЕПГ (Социалистической единой партии Германии), состоявшемся 5–6 июня, это постановление было названо «документом Берии». Сведения о готовности СССР уйти из ГДР вызвали панику среди членов СЕПГ и надежды на перемены среди противников существовавшего в республике строя. В условиях недовольства обострившимся материальным положением рабочих, слухи о скором уходе СССР из ГДР вызвали волнения, которые переросли в восстание в Берлине 17 июня 1953 года. Л.П. Берии пришлось лично выехать в ГДР, где он участвовал в организации подавления восстания.

Пример ГДР мог стать заразительным и для других просоветских стран Европы. А Берия в это время лично вмешивался в политические процессы в этих странах. По его настоянию премьер-министром Венгрии был назначен Имре Надь. (В 1955 году он был отправлен в отставку.).

Нет сомнения и в том, что предложения Берии об изменениях в оформлении колонн демонстраций, а также зданий в дни государственных праздников могли лишь способствовать дестабилизации обстановки в обществе. Отказ от сложившихся за более чем 30 лет традиций, а уж тем более запрещение портретов Сталина мог лишь спровоцировать возмущение у подавляющего большинства советских людей.

Ряд членов Президиума стали задумываться, куда могут привести действия Берии. Для этого были известные основания. Сын Берии Серго в своих воспоминаниях утверждал, что, вступив на путь отторжения сталинского наследия, его отец был готов далеко пойти в демонтаже советского строя. Ссылаясь на беседы со своим отцом в эти дни, Серго Берия утверждал, что Л.П. Берия готовил широкомасштабные изменения, схожие с теми, которые были осуществлены М.С. Горбачевым. Он писал: «Отец… бросил вызов системе… Провозглашенная на весь мир перестройка оказалась лишь неудачной реализацией идей, выдвинутых им за три десятилетия до «исторического» Пленума 1985 года». С.Л. Берия считал, что его отец собирался созвать чрезвычайный съезд партии, на котором должна была быть обсуждена предлагавшаяся им радикальная перестройка советского общества.

В своей книге «Мой отец — Лаврентий Берия» Серго Берия писал, что его отец «видимо, рассуждал так: соберется Чрезвычайный съезд, расставит все по своим местам и каждому воздаст то, что заслужил… Выступи отец на съезде, думаю, его бы под держали». Вряд ли можно считать, что опытный политик, каким был Л.П. Берия, стал бы выносить свои предложения на неподготовленную дискуссию съезда партии. Все действия Л.П. Берии с марта по июнь 1953 года свидетельствовали о его целенаправленной деятельности по укреплению своих политических позиций в руководстве страны. Если бы Чрезвычайный съезд КПСС, о котором говорил Л.П. Берия своему сыну, состоялся, он бы был, без сомнения, подготовлен таким образом, чтобы обеспечил единодушную поддержку Л.П. Берии.

Одновременно им была намечена широкая программа перемен в общественном устройстве страны и ее внешней политике, о которой отчасти писал сын Берии Серго. Оценивая деятельность Берии с точки зрения обретенного исторического опыта, ряд современных авторов видят в ней первую попытку разрушения СССР и советского строя, предшествующую событиям конца 80-х — начала 90-х годов. Так, профессор С. Бацанов в своей статье «Берия и другие «демократы», опубликованной в июле 1599 года, утверждал, что «Берия, как и Горбачев, был за ликвидацию ГДР… разделение Советского Союза на ряд суверенных государств, против колхозов, за частную собственность». Логика борьбы за власть толкала руководителей страны к новым авантюрам, в ходе которых забота о великой стране и ее народах приносилась в жертву их корыстным интересам.

Возможно, что созыв Чрезвычайного съезда партии был приурочен к первому в СССР испытанию термоядерного оружия, которое должно было произойти та Семипалатинском полигоне в середине августа 1953 года. Лишь после ареста Берии члены советского руководства с удивлением узнали, что через полтора месяца в стране состоится испытание первой советской водородной бомбы. Маленков с возмущением докладывал пленуму о том, Что Берия, который возглавлял атомную промышленность страны, «без ведома ЦК и правительства принял решение организовать взрыв водородной бомбы». Нет сомнения в том, что Берия мог бы использовать это испытание как свидетельство личного успеха и существенно укрепить свое политическое положение.

Опираясь на аппарат МВД, сочувствие освобожденных им людей, используя пропагандистский эффект испытания невиданного в мире оружия, Берия мог бы существенно укрепить свое положение в стране и осуществить еще более активные действия по изменению общественного устройства в СССР. Для этого ему надо было публично дискредитировать Сталина и созданную им систему управления. Хотя Серго Берия уверяет в обратном, все, что было известно о прошлом Берии, его стиле работы, его стремлении действовать с позиции силы, не позволяют предположить, что такие перемены привели бы к насаждению в стране демократических институтов.

Напротив, можно предположить, что существовавшие в Советской стране различные институты, которые открывали возможности для критики начальства, защиты интересов рядовых граждан от произвола вышестоящих властей, были бы или ограничены в нравах или ликвидированы. Было также очевидно, что в партийных институтах, которые обеспечивали возможность контроля над правоохранительными органами, Берия видел серьезное препятствие и стремился их ликвидировать. Сталинская система управления, в которой партия являлась главным инструментом, а остальные организации и учреждения — ее «приводными ремнями», не устраивала Берию. Ему требовалась система управления, в которой господствовали любимые им методы воздействия на людей — от угроз «переломать ноги и руки» до настоящих пыток и истязаний.

Быстро освобождаясь от уголовников и лагерей, в которых сидели уголовники, Берия постарался сохранить в неприкосновенности лагеря для политических заключенных. В служебной записке, направленной в правительство, Берия приказным тоном писал: «В составе МВД СССР остаются особые лагеря для содержания особо опасных государственных преступников и для осужденных военных преступников из числа бывших военнопленных». Не исключено, что в случае переворота, в результате которого власть перешла бы к руководству МВД а партииные органы оказались фактически или даже формально безвластными, Берия использовал бы в «особых лагерях МВД» места, освободившиеся после амнистии, для работников КПСС различного уровня.

Незадолго до своего ареста Берия внес на рассмотрение Президиума ЦК КПСС предложение о правах особых совещаний, созданных еще 5 ноября 1934 года. Не исключено, что Берия стремился укрепить положение особых совещаний МВД перед тем, как им пришлось бы много работать по разбору дел тех людей, кого стали бы направлять в лагеря для политических заключенных.

Нет сомнения в том, что разгром КПСС под лозунгами борьбы против беззаконий, совершавшихся якобы по приказу Сталина, потряс бы страну до основания. Слишком свежа была в сознании людей память о всенародном горе, вызванном смертью Сталина. Советские люди не могли забыть состоявшийся полгода назад XIX съезд КПСС, в котором участвовал Сталин, а также клятвы руководителей страны у гроба Сталина быть верными делу Ленина — Сталина и КПСС. Не исключено, что для того, чтобы сосредоточить все усилия на подавлении недовольства в обществе, Берии пришлось бы пойти на ряд уступок тем внутренним и внешним силам, которые могли воспользоваться дестабилизацией общества для нанесения по СССР мощных ударов. Многие руководители страны полагали, что Берия вольно или невольно вел дело к развалу Союза ССР. Н.С. Хрущев считал, что «предложения Берия были направлены на то, чтобы поссорить русских с другими национальностями, чтобы разжечь вражду между народами нашей страны».