ПРИДВОРНЫЙ
Еще раз потолкуем.
КЕНТ
Ни к чему.А в знак того, что я гораздо больше,Чем я кажусь, вот вам мой кошелекИ все, что в нем. Вы встретите, наверно,Корделию. Вот вам мое кольцо.Вы ей его покажете при явкеИ от нее узнаете поздней,Кто я, ваш незнакомый собеседник.Ну и гроза! Пойду за королем.
ПРИДВОРНЫЙ
Я руку вам пожму. Вы б не хотелиПрибавить что-нибудь еще?
КЕНТ
Хочу.Два слова, и притом о самом важном:Кто первый набредет на короля(А я пойду в ту сторону, вы – в эту),Тот мигом дай другому знак о том.
Расходятся.
СЦЕНА ВТОРАЯ
Другой конец степи.
Буря продолжается. Входят ЛИР и ШУТ.
ЛИР
Дуй, ветер! Дуй, пока не лопнут щеки!Лей, дождь, как из ведра и затопиВерхушки флюгеров и колоколен!Вы, стрелы молний, быстрые, как мысль,Деревья расщепляющие, жгитеМою седую голову! Ты, гром,В лепешку сплюсни выпуклость ВселеннойИ впрах развей прообразы вещейИ семена людей неблагодарных!
ШУТ
Да, дяденька, святая вода светского общенья в сухом доме куда приятнее этой дождевой вне ограды! Вернемся, дяденька, назад и попросим у твоих дочерей отпущения грехов. Такая ночь не разбирает ни дураков, ни умных.
ЛИР
Вой, вихрь, вовсю! Жги, молния! Лей, ливень!Вихрь, гром и ливень, вы не дочки мне,Я вас не упрекаю в бессердечье.Я царств вам не дарил, не звал детьми,Ничем не обязал. Так да свершитсяВся ваша злая воля надо мной!Я ваша жертва – бедный, старый, слабый.Но я ошибся. Вы не в стороне —Нет, духи разрушенья, вы в союзеС моими дочерьми и войском всемНабросились на голову седуюТакого старика. Не стыдно ль вам?
ШУТ
У кого есть дом, куда сунуть голову, тот бесспорно с головой на плечах.
Кто в брак вступает второпях,Не позаботившись о доме,Тот скоро будет весь во вшах,Как оборванец на соломе.Вниманье надо посвящатьДуше, а не большому пальцу,А то мозоль не даст вам спать,Пустяк вас превратит в страдальца.
Не нравится? А была ли на свете красавица, которая бы не дулась на свое зеркало?
ЛИР
О нет, я буду образцом терпенья,Ни слова больше не скажу.
Входит КЕНТ.
КЕНТ
Кто здесь?
ШУТ
Все, что надо. Голова и хвост, рассудительный и дурак.
КЕНТ
Вы вот где, сэр? Ночную тварь, и ту быТакая ночь спугнула. Гнев НебесУдерживает хищников в берлогах.С тех пор как я живу, я не слыхалТакого грома и такого ливняС такими молниями не видал.Не в наших силах вынесть без последствийТак много горя.
ЛИР
Боги, в высотеГремящие, перстом отметьте нынеСвоих врагов! Преступник, на душеТвоей лежит сокрытое злодейство.Опомнись и покайся! Руку спрячьКровавую, непойманный убийца!Кровосмеситель с праведным лицом,Клятвопреступник с обликом святого,Откройте тайники своих сердец,Гнездилища порока, и проситеПомилованья свыше! Я не такПеред другими грешен, как другие —Передо мной.
КЕНТ
С открытой головой!Здесь рядом есть шалаш. Он вас укроетОт бури. Я тем временем вернусьВ твердыню, жители которой тверже,Чем камень стен ее. Я к ним ходил,Разыскивая вас, но не был впущен.Еще раз попытаюсь. Не добром,Так силою добьюсь гостеприимства.
ЛИР
Я, кажется, сойду сейчас с ума. —Что, милый друг, с тобой? Озяб, бедняжка?Озяб и я. – Где, братец, твой шалаш?Алхимия нужды преображаетНавес из веток в золотой шатер.Мой бедный шут, средь собственного горяМне так же краем сердца жаль тебя.
ШУТ
(поет)
У кого ума крупица,Тот снесет и дождь и град.Он ненастья не боится.Счастью и несчастью рад.
ЛИР
Верно, дружок. – Ну, веди нас в свой шалаш.
ЛИР и КЕНТ уходят.
ШУТ
Это подходящая ночь, чтобы охладить любые страсти.
Перед тем как уйти, попророчествую:
Когда попов пахать заставят,Трактирщик пива не разбавит,Портной концов не утаит,Сожгут не ведьм, а волокит,В судах наступит правосудье,Долгов не будут делать люди,Забудет клеветник обманИ не полезет вор в карман,Закладчик бросит деньги в яму,Развратник станет строить храмы, —Тогда придет конец времен,И пошатнется Альбион,И сделается общей модойХодить ногами в эти годы.
Это пророчество сделает Мерлин, который будет жить после меня. (Уходит.)
СЦЕНА ТРЕТЬЯ
Комната в замке Глостера.
Входят ГЛОСТЕР и ЭДМУНД.
ГЛОСТЕР
Эдмунд, Эдмунд, не нравится мне это бессердечие! Когда я попросил у них позволения помочь ему, они стали хозяйничать у меня в доме и запретили мне под страхом вечной опалы заикаться о нем, просить за него и как бы то ни было его поддерживать.
ЭДМУНД
