будешь видеть бугор от моего члена у себя на животе. Сможешь даже потрогать его — и тогда мне будет очень приятно. Я растяну тебя своим членом до предела. Так, как не сможет ни один человек. А потом ты будешь снова маленькой и тугой, словно ничего не было, это я тебе тоже обещаю. У нас с тобой будет много разных экспериментов, но начнём мы, пожалуй, именно с этого… правда, куколка?
Не отдавая себе отчёт, Джейн кивнула. Дилан хмыкнул и встал на копыта. Член у него уже вышел из паховой сумки, и теперь оказался на уровне глаз девушки — большой, красный, такой же жаркий, как и его владелец.
— Идём, — сказал демон, протягивая ей руку. — И я тебя трахну.
«Как же в меня такой поместится?» — подумала Джейн ускользающим сознанием. «Он ведь просто не влезет…»
Она вложила свою ладонь в его.
И больше ни о чём не думала.
Глава 11. Демон
Никогда он не думал, что попадётся на призыв, как маленький демонёнок.
Это ведь прерогатива тех, у кого даже рога не проклюнулись — вестись на чужие обещания неминуемой выгоды. Демон вроде Арзу, в его-то возрасте, уже должен думать собственной головой. А вон как вышло… секундная слабость, любопытство, что губит кучу кошек в разных мирах — и он заперт в крошечной квартирке наедине со слабым человеком, которого может переломить одним движением пальца.
Однако это ещё не самая ужасная участь. Вот если бы эта забавная девица не забрала бы перо из ритуала, то дела бы повернулись к Азру совсем печальной стороной. Благодаря счастливому провидению ему удалось избежать участи батарейки для человеческого мага.
Но была ли новая учесть лучше прежней? Азру не знал.
Он посмотрел на спящую Джейн. На её расслабленное лицо, — достаточно привлекательное; уж Азру-то умел ценить красотю людей, ведь его отец в самом деле был Инкубом, — на распущенные волосы, одеяло, что не прикрывало грудь. Человеческая женщина. Ведьма. Слабенькая, посредственная, но очень забавная. Ещё и пахла приятно. Да и магия Азру на неё почти не действовала: для простейшего влияния требовалось слишком много энергии, почти как на низшую демоницу.
Потом перевёл взгляд на божественный Алтарь. На нём стояла причина злобы Азру — перо, тлеющее на кончике. Сил демона было слишком мало, чтобы за один раз спалить привязавший его к Джейн предмет. Приходилось изгаляться, напрягать магические каналы и потихоньку подтачивать прутья собственной темницы. Всё равно больше ничего не оставалось.
В желудке заурчало. Азру потёр живот и, ещё раз взглянув на Джейн, перекинулся в человека — в этом виде голод ощущался не так остро. Ведьме он наврал: поддерживать людскую форму было так же просто, как дышать. Отец Инкуб, помните? Для существ вроде него это естественное умение, и Азру оно досталось в полной мере. Но знать Джейн об этом не нужно, ведь тогда ведьма прекратит делиться энергией. Она и так ею практически не делится, для простого секса пришлось исхищряться и давить, будто на девственницу.
Девицей Джейн точно не была. Как она на нём скакала… оседлала, как огненного жеребца на лавовом озере. Красивая женщина верхом на тебе — что ещё нужно демону для счастья? Только свобода и ребёнок. И если с последним ещё стоит повременить, — хотя кандидатка на роль матери вот она, лежит расхристанная, полная его семени, — то свободой стоит заняться немедленно.
Он встал с постели и подошёл к чужому Алтарю. Опустился перед ним на колени, внимательно рассматривая тлеющее перо. Зловоние, распространяющееся от него, заполнило собой всю комнату; дышать рядом было практически невозможно. Чужая магия, — того, кто призвал Азру в этот мир, — ощущалась грязью, забившейся в вычищенные копыта. Ничего приятного.
Уставившись на перо, Азру собрал силу, полученную от Джейн во время их первого соития, и направил на разрушение собственной темницы. Кончик раскалился докрасна, дыма повалило столько, что впору думать о пожаре. Вонь стала практически невыносимой, и Азру, сам не отдавая отчёта своим действиям, махнул рукой.
Над спящей Джейн вспыхнул голубой щит, защищающий от зловония и лишних звуков. Ненужная трата энергии, человек ничего и не узнает и даже не оценит этот неконтролируемый порыв заботы…
Азру объяснил его себе тем, что Джейн в сознании приносит больше проблем и неудобства, чем Джейн спящая. Так себе причина, но хоть не начинаешь думать об альтруизме.
Перо не горело — оно словно разлагалось, осыпаясь на Алтарь жирным чёрным прахом, которого было слишком много для такой маленькой вещи. Азру чувствовал отвращение: эта же грязная магия, разве что неощутимая, не даёт ему уйти обратно в Ад или хотя бы отойти от Джейн. Осознание, что твоих тонких энергетических тел касается нечто отвратительное и противоестественное… удручало. Мягко говоря.
Ощутив, как похолодели руки, — первый признак истощения, — Азру прервал контакт с пером и встал. Ненависти в его взгляде было хоть отбавляй: несмотря на все старания, перо не распалось даже на треть. Кто-то, призвавший демона, очень хотел оставить его здесь, не считаясь ни с какими затратами. Такое стремление даже пугало. Но и подкупало тоже: обычно, если кто-то настолько нуждается в демонических услугах, то и платить готов по полной стоимости.
Это Азру и подвело, если откровенно. Будучи в Аду, он услышал призыв, понял настроение призывающего и откликнулся раньше, чем успел оценить ситуацию. Слишком хорошее предложение, чтобы раздумывать над принятием; правило Ада: поспеши, иначе успеют другие. Вот Азру и… поспешил. И в итоге оказался здесь.
Ступил, как мелкий бесёнок, если говорить проще. Дома его засмеют, если узнают.
Он ещё раз посмотрел на перо и скривился. Вот оно — подтверждение его глупости, стоит и воняет так, что мебель наверняка пропитается этой дрянью. Если же взглянуть на перо при помощи магического зрения, то можно увидеть грязную ауру вокруг и нить, обвивающую горло демона. Затем она тянется к запястью Джейн, а от него — далеко за пределы квартиры. Туда, где проводился изначальный обряд.
Азру провёл кончиками пальцев по нити у себя на горле. Сжал и попытался было оторвать удавку — безуспешно. Нить заколыхалась, пошла мелкими волнами, Джейн завозилась на постели и почесала запястье…
…а в следующий момент Азру почувствовал, как его выдернуло из квартиры девушки и перенесло в пентаграмму призыва.
Это была большая комната без единого окна.
Куда бы Азру ни посмотрел — везде его окружал камень. Цемент? Вроде бы сейчас люди из камня-то уже не строили… неважно. Серый, серый, серый:
