— Э-э, наверное, повелитель.
— Но люди, кажется, порабощены воробьиной империей, задачка.
Тут взгляд Темного Властелина привлек фонтан, высившийся за лотками. Что и говорить, зрелище было то еще. Саарурок даже сдвинул в сторону стоящего поблизости человека, который рассматривал товар продавца рыбы, и шагнул ближе, чтобы разглядеть получше, это произведение воробьиного искусства. Это была скульптура, изображающая трех воробьев, которые подняли вверх по одному крылу и соединили их над головами в знак дружбы.
— Проклятые боги и демоны, — выдохнул Саарурок, — Что это за поразительная жуть?!
Саарурок подошел к фонтану и даже залез в него, чтобы полюбоваться на изваяние вблизи. Пока он этим занимался, из большого красивого здания, которое было или городской ратушей или парламентом, что высилось над площадью, высыпала вереница каких-то взволнованных воробьев, все в богатых тюрбанах.
— Мы настоятельно попросили бы вас вылезти из нашего фонтана, уважаемый отшельник, и не трогать статую!
— Я и не трогаю. Что это за нелепица?
— Символ Блистательного Конкорда.
— Я подорву его первым, когда войду сюда с войсками, — пообещал Саарурок.
Анжелис взмолился:
— Повелитель, что вы делаете? Не злите их, мы прямо в центре их города и у нас нет никакой защиты!
— Помолчи, я твоя защита.
Воробьи взволнованно его разглядывали.
Саарурок принял как можно более величественную позу и воззрился на них.
— Ну что уставились, сортир полуденных демонов вам на головы? Вы кто такие? Я уже вылезаю из фонтана, так и быть. Где ваш правитель, пернатые, почему меня не встречают? Я нанес вам визит.
Один воробей заговорил, почтительно поклонившись:
— Мы члены Совета. У Блистательного Конкорда нет правителя. Мы — содружество, наше государство управляется всеобщим советом всех городов и местностей.
— Вы члены Совета? Как вас немного, — с недоверием стал разглядывать Саарурок, группу воробьев.
Один почтенно заговорил:
— Мы только некоторые члены Совета, не все. Многие наши коллеги продолжают работать. Мы заседали в зале, услышали шум. Нам сообщили, что на площади отшельник пугает горожан и залез в фонтан! Наши коллеги послали нас разобраться, что происходит. Что вам здесь понадобилось, уважаемый отшельник?
— Я тут по делам. Мне понадобился кузнец.
— Да что вы тут с ним разговариваете, — возмутился другой член совета, крупный воробей в красном тюрбане. — После того, что он сделал с нашими послами!
— А что я с ними сделал? Я просто вышвырнул их из замка, мне показалось, они испортят мне мебель своим пометом, — развел руками Саарурок.
— Все, выметайтесь. Таким как вы не место в Блистательном Конкорде! Убирайтесь отсюда, или вас выкинет стража! — зачирикал воробей в красном тюрбане разгневанно.
Саарурок смерил воробья надменным взглядом.
— Что-что? Знаешь что, я думаю о вашем Блистательном Конкорде?
Саарурок обернулся к статуе и легко отломал ближнему каменному воробью клюв, а потом, помахивая им перед выпавшими в осадок членами воробьиного совета, заявил:
— Вот что я сделаю с вашим Конкордом, треклятые комки перьев.
Члены Совета очнулись от шока, закудахтали, как будто они куры, а не воробьи, кто-то беспорядочно бил в воздухе крыльями и ругался, другие стенали что-то по поводу испорченного символа, третьи кричали о том, что он, Саарурок, хулиган и преступник.
— Стража, стража! — истошно вопил воробей в красном тюрбане. Если бы он был не таким синимордым, то давно бы покраснел от злобы, и напоминал бы попугая, а не воробья.
— А, ты смотри, Анжелис, я пронял этих добреньких напыщенных птичек, — засмеялся Саарурок.
— Повелитель! Что вы творите, нас же сейчас побьют!
— Кто?
— Вон те здоровяки в доспехах, люди-стражники!
Сюда и правда направлялись парни в латах с хмурыми лицами.
Саарурок взмахнул рукой, привлекая внимание всех людей, кто был среди воробьев на площади.
— Люди! Посмотрите сюда, я освобожу вас от гнета этих пернатых!
Люди рассматривали его с интересом, но не более того, а стражники и вовсе совсем не прониклись, тогда Властелин дал знак троллям, чтобы преградили стражникам путь. От вида двухметровых зеленных громил с клыкастыми мордами, парни в латах остановились в раздумьях, воробьи им явно столько не платили, чтобы вступать в сражение с подобными монстрами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ну что, пернатые, видали? Ваши наемники решили, что я, пожалуй, могу и дальше отрывать клювы вашему символу Конкорда. А все почему? Не за идею ваши солдаты работают. Да ладно, без клювов символ не так плох, просто эти тушки будут смахивать на толстых пингвинов, вот и все.
— Ты за это ответишь! Тебя бросят в тюрьму! — кричал один член совета.
Другой ему вторил:
— Остановите же его кто-нибудь! Что происходит! Кто сюда пустил этого разбойника!
А воробей в красном тюрбане, который, кажется, умудрился слегка порозоветь, с минуты на минуту готов был ринуться врукопашную. Брызжа слюной, он кричал:
— Да ты, да как ты смеешь?! Довольно мы терпели! Все! Отныне тебе запрещено даже появляется у стен этого города, и вообще забредать на территорию Блистательного Конкорда! Мы вышвырнем тебя из старого замка, как и того! Ты один против целого содружества жителей Волшебной Страны! Мы Блистательный Конкорд, а ты никто из ниоткуда! Да что ты вообще возомнил о себе? Тебе не причинить вреда целому содружеству!
— Ах, да?! — прогудел Саарурок. — Ну-ка, взгляни на это, мечта плюшевой фабрики!
Темный Властелин поднял руку и пальнул объемистым файрболом, в макушку здания воробьиного парламента. Огненный цветок расцвел на крыше, во все стороны полетели щепки, воробьи и люди на площади с криками кинулись врассыпную. Парламент Конкорда вспыхнул, как гигантский факел. В колышущейся от падающих досок воде фонтана отражались огненные блики зрелища Армагеддона, это было так красиво.
— Хорошо горит, — оценил Саарурок наметанным взглядом художника написавшего картину. — Пошли Анжелис, ты не забыл, нам надо найти кузнеца.
— Но, повелитель вы… Вы же…
— Не обращай внимания, Анжелис, разве нам помешает эта маленькая оказия?
И они двинулись через площадь к улочке ремесленников, на которую им указал продавец рыбы, а вокруг носились мечущиеся воробьи, стоял гомон как на птицефабрике, если по ней пальнуть из пушки.
На улице ремесленников еще не успели сообразить, что произошло. Немногие улепетывающие по ней прочь с площади воробьи, были немногословны. По правде сказать, они просто перепугано чирикали — и это все, что можно было от них добиться, поэтому на улочке пока все шло своим чередом. Здесь было много людей, а человек по своей природе менее суетливое и пугливое создание, чем синеперые воробьи.
Саарурок вольготно прогуливался, оглядывая выставленные товары. Гончарные изделия, хозяйственные безделушки и даже картины.
Властелин прикупил одну картину с абстрактными красными и черными квадратами. Ему показалось, что она хорошо будет смотреться в холле. Современное искусство надо поддерживать.
Вручив картину Анжелису, он зашагал дальше. И тут увидел следующую сцену. С шумом дверь одной из мастерской распахнулась, и оттуда вывалился здоровенный детина, которого тряпкой погонял кругленький, невысокий, но плечистый человек.
— Иди! Иди отсюда, олух! Ты только ломать и можешь! Силу бог дал, зато умом совсем обделил! Я тебе сколько раз говорил не лупить со всей дури, металл вещь нежная!
— Я не умею молотом, мне легче руками согнуть, — попытался оправдаться детина, но кругленький мужик не слушал.
— Да какой ты кузнец? Руками ему проще, ишь ты, нашелся тут. Сказано металл надо размягчать и придавать форму молотом, значит так и надо делать! Много ты руками сделаешь, заготовка же раскаленная!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А я в рукавицах!
— Дубина! Докрасна раскаленную заготовку нельзя и в рукавицах трогать. Вот кто мне прожег все рукавицы!
— А я не буду нагревать сильно.
