— «Удар!!!» — мощным, единым движением, римляне толчком щитов оттолкнули врага и нанесли молниеносный выверенный удар. Даки в первых рядах — не успев обратиться к своим богам — лежали убитыми у ног римлян. Племя даков, вновь яростно набросилось на строй скутумов…
— «Удар!!!»
— «Удар!!!»
— «УДАР!!!!!»
Мгновения превращались в вечность.
И кровью их окрасились грязные воды, и тела их стали едины с землей. Раз за разом, атакуя римских легионеров — дакам удавалось «забрать с собой» одного или двух римлян.
Седьмая когорта не оставалась в долгу. В ответ, римляне уменьшали численность даков примерно с десяток, за один выпад.
Один из легионеров, стоявшей слева от Ренатуса — был убит мощным ударом сверху, разрубившем и его доспех, и его самого, до самого живота. В строю римлян образовалась значительная, уязвимая брешь. Тела павших под ногами и размытая дождем земля — затрудняли движения. Даки с неистовым напором стали давить именно туда. Центурион, по-прежнему бывший в первом ряду — вышел из строя и вступил в бой с наступающей толпой, жаждавшей смерти римлян в одиночку…
Враг… Что есть «враг»?…
В бою, это не важно.
Ты можешь думать что угодно перед схваткой. Но в бою — ты умрешь, если не убьешь сам. Люди скажут: не можешь — не делай. И возможно будут правы. Но Империя распорядилась по-иному. Ведь жизнь легионера — целиком и полностью, принадлежит Риму.
Возможно, лучше было бы умереть…
Впрочем, всего через несколько месяцев после той битвы — земной путь Ренатуса Септимуса окончится.
И тогда — «родится» Проклятый…
♠♠♠♠♠♠♠
— Какую из Своих славных битв Ты вспоминаешь, милый?…
Женский голос, необычайно приятный слуху — успокаивающий, согревающий своей теплотой и нежностью — нарушил тишину ночи. Этот голос — невероятно сильно контрастировал с окружающей действительностью.
И дело было вовсе не в опустошенном апокалипсисом мире, теперь принадлежащему мертвым. И даже не в догорающей кучи трупов на той стороне дороги от отеля.
Нет…
Вовсе не в этом…
А в том, что в эту летнюю ночь, на крыши отеля где сейчас был Странник — слушающий тишину и погруженный в Свои воспоминания — стало необычайно холодно. Обжигающе холодно. Голос же, обращенный к Нему — был подобен теплому очагу в зимнюю стужу.
— «Славные»?… Никогда не считал ни одну из них таковой… — Странник сдержанно улыбался, но не обернулся к стоящей за Его спиной. Он по-прежнему смотрел куда-то вдаль. Говорившая приблизилась. Он почувствовал, как ее руки медленно сомкнулись на Его торсе. Восхитительно красивые руки с тонкими, прекрасными пальчиками, заключили Его в объятия.
— Ты что-то долго… — Странник накрыл Своей ладонью её руки.
— Я все время рядом… Ты же знаешь… — морозное дыхание обожгло Его шею.
— Конечно знаю. Куда же ты от меня… — Он сделал паузу, осторожно освободился от объятий и повернулся, не выпуская ее руки из Своих —… а Я от тебя.
Возмутительно красивое женское лицо, с большими темно-зелеными глазами, оказалось перед Ним. Её лицо было нечеловечески прекрасно. Непередаваемо прекрасно…
Тонкие черты лица, придавали ей вид настоящей королевы. Богини. Даже античные мастера Греции не смогли бы передать ее красоты. Аристократичные скулы, о которые казалось, можно порезаться. Глаза, вглядывающиеся в самые глубокие и потаенные уголки души и разума. Такие губы, способны создать только Боги. Желанные, но говорившие об опасности. Аккуратный, тончайший нос, безумно прекрасно сочетающийся с остальными её чертами. И с маленьким, едва заметно задранным вверх кончиком — необычайно восхитительно смотревшийся на этом поразительно бледном лице.
Дьявол…
Как же она была красива…
— Почему Ты молчишь? — с улыбкой играющей на губах, спросила Его собеседница.
— Я стал забывать. — тихо произнес Странник, всматриваясь в ее «бездонные» глаза.
— О чем же? — искорки магического зеленого света, мелькали в этих глазах; притягивали и не отпускали.
— О том — как ты прекрасна… — произнес Он почти шепотом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
На этом чудесном лице засияла улыбка. Подобную улыбку может подарить только любящая тебя женщина. Она оторвала свой взгляд от Его серо-голубых глаз, в которые так любила смотреть. Только там, в Его глазах — цвета замершего адского пекла — она могла увидеть то, что больше ни где увидеть было не возможно. Опустила голову. Прядь волос, завораживающих своим великолепием и длинной достающих до самых бедер, а цвета темнее самой бездны — упала на её лицо. Странник медленно убрал волосы с восхитительного лика Своими огрубевшими пальцами.
— Только Ты видишь меня такой… — с неподдельной грустью произнесла богиня.
— Тебе мало меня? — с усмешкой в голосе спросил Он.
Она взглянула на Него так, как смотрят на наивного ребенка, сказавшего нелепость:
— Глупый…
— Только с тобой…
Он приблизился к её лицу, поддерживая за подбородок и притягивая к Себе.
Их губы слились в поцелуи.
Только с Ним она могла ощутить то, что ощущать не должна.
Только с Ней — не была мертва Его душа.
Ночь опьяняла своей свежестью. Теплый воздух ласкал и убаюкивал, словно любящая мать — своё дитя. Небо — рассыпало на своем темном полотне драгоценные камни, сияющие так ярко, в недосягаемости бытия. Сами звезды смотрели с высоты неизменным, тысячелетним взором — даря неисполнимые мечты смертным, в их столь недолгом веке.
Он обнимал ее за талию, стоя позади нее. Её голова покоилась на Его широкой груди. Их руки были сплетены воедино. Странник вдыхал запах ее волос, напоминавшей Ему, о неисчислимых битвах и сражениях, в которых она всегда была рядом с Ним.
Он не любил воины.
Но без нее — не было Его.
Они были — единым целым.
Неожиданно, она всколыхнулась всем телом, как будто что-то вспомнила:
— У меня же для тебя подарок!
— Вот как..?
Она повернулась к Нему всем телом и подняла свою маленькую раскрытую ладонь.
На ее прекрасной ладошки, играла странная тень, темным дымом растекаясь по руке. Дым медленно стал приобретать форму, превращаясь в предмет. Когда последние сгустки темного тумана рассеялись — Он увидел, что лежало на ее ладони.
Сигара…
Сигара — необычайно высоко качества. Достойная королей.
Он не спеша взял подарок в руку, поднес к лицу чтобы вдохнуть ее аромат.
Идеальна…
— Милая… она превосходна… — Он еще раз глубоко, с чувством вдохнул терпкий аромат.
— Я знала что Ты оценишь. — легким касанием своего пальчика, с идеальным ноготком в черном цвете, она прикоснулась к кончику сигары. Тут же, на кончике табака заиграл теплый огонек.
Она вновь прижалась к Нему спиной:
— Хранила специально для Тебя. Ты не поверишь: подарила одна «душа», когда я ее проводила до Врат… Сказала, что это: «лучшая его работа, за эту жизнь», представляешь?… Ну а я же помню, как Ты их любишь. — она подняла голову и взглянула Ему в глаза.
Странник лишь улыбался в ответ.
Сигара источала восхитительный аромат, распространявшийся далеко по округе. Обнимающаяся пара, стояла на крыше взятого с боем отеля — окутанная дымом, словно барьером отделяющим их двоих — от всего остального мира.
— Кстати… — заговорила она, после короткой паузы.
— Ммм? — Он выпустил облако дыма.
— Здесь, в городе, неподалеку — я потом покажу где именно — найдешь немного «еды для Своих монстров»… — она замолкла в ожидании реакции.
Выдержав драматическую паузу, Он произнес:
— Я никогда не перестану восхищаться тобой Святая.
— А любить? — с загадочной ухмылкой спросила она.
— Я думаю — ты знаешь ответ.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Она положила свою голову на плечо Странника:
— Как считаешь: зачем в этот раз?… — она произнесла это с некоторой тоской в голосе.
— Пока не знаю. Вокруг какой-то бедлам.
— Повсюду полный бардак. В Круге Душ твориться настоящий хаос… Ничего не работает как надо…
