Читаем без скачивания Пожалуйста, позаботься о маме - Кун-Суук Шин

— Хун Чол. — Он слышал ее голос словно издалека, постепенно погружаясь в сон. Мама осторожно провела рукой по его волосам. Она села и коснулась рукой его лба. — Прости меня. — Мама быстро отдернула руку, чтобы вытереть слезы, но они упали на его лицо.

Когда он проснулся на рассвете, мама подметала полы в офисе. Хун Чол попытался остановить ее, но мама сказала, что ей все равно нечем заняться, и, словно ее могли наказать за безделье, она вымыла полы влажной тряпкой и тщательно вытерла пыль со столов. Мама тяжело дышала, и ее опухшая нога выпирала из голубой пластмассовой сандалии. Пока они дожидались, когда откроется ближайшая закусочная, где готовили суп из ростков фасоли, мама навела в офисе идеальную чистоту.

Тот дом по-прежнему здесь. Глаза Хун Чола расширяются от удивления. Он бродит по узким улочкам и скверам в поисках мамы. Солнце уже высоко стоит в небе, и вот он обнаруживает, что набрел на дом, где снимал комнату тридцать лет назад. Не веря своим глазам, он дотрагивается до ворот. Длинные стальные стержни, напоминающие стрелы с заостренными наконечниками, по-прежнему красуются на верхушке ворот. Женщина, которая любила его когда-то, но в конечном счете бросила, не застав его дома, оставляла для него на воротах пакет с китайскими булочками. Все соседние дома давно заменили на таунхаусы или квартиры-студии.

Он читает объявление на воротах:

«100 000 вон в месяц, гарантийный залог — 10 млн вон.

или 150 000 вон в месяц с залогом 5 млн вон

Стандартная раковина, душевая кабина в ванной комнате.

Недалеко от Намсан, отличное место для занятий спортом.

20 минут до Каннам и 10 минут — до Чонгно.

Минусы: крошечная ванная. Но вам ведь не придется в ней жить. Едва ли вы найдете что-то дешевле в Юнсан.

Я переезжаю, потому что приобрел машину и мне необходимо место для парковки. Пожалуйста, оставьте записку или пришлите e-mail. Я сдаю комнату лично, чтобы сэкономить на агентском вознаграждении».

Прочитав объявление, он осторожно толкает ворота. Ворота распахиваются. Хун Чол заглядывает внутрь. Дом в форме подковы все тот же, что и тридцать лет назад, комнатные двери выходят во внутренний дворик. Дверь в комнату, в которой он когда-то жил, заперта на висячий замок.

— Есть кто-нибудь дома? — кричит он, и на его голос тут же распахиваются две-три двери.

Две молодые женщины с короткими стрижками и два парня лет по семнадцати внимательно смотрят на него. Хун Чол входит во двор.

— Вы не видели эту женщину? — Сначала он показывает фотографию женщинам, а затем быстро протягивает ее мальчишкам, которые уже собираются скрыться за дверью. Из их комнаты выглядывают две девчонки примерно того же возраста. Мальчишки, вообразив, что он заглядывает в их комнату, резко захлопывают дверь. Снаружи здесь все выглядит как и тридцать лет назад, но каждая комната теперь превратилась в крошечную квартирку-студию. Владельцы, должно быть, все перестроили, объединив кухоньку и комнату. Он замечает раковину в углу одной из комнат.

— Нет, — говорят ему женщины и возвращают листовку. У них заспанный вид, наверное, они отдыхали после обеда. Они наблюдают, как он бредет обратно к воротам. Он уже выходит на улицу, как вдруг распахивается дверь комнаты мальчишек и кто-то кричит:

— Подождите! Мне кажется, что эта бабушка несколько дней назад сидела около ворот.

Когда Хун Чол возвращается обратно, другой паренек высовывается из комнаты и заявляет:

— Да нет же, говорю тебе, это не она. Эта женщина еще молодая, а та была совсем старуха. И волосы у нее совсем другие, это была нищенка.

— Но у нее те же глаза. Ты только взгляни на ее глаза, они в точности, как у той женщины… Если мы ее найдем, вы действительно дадите нам пять миллионов вон?

— Я дам вам немного денег, если вы хотя бы расскажете, что видели. — Он просит ребят выйти из комнаты.

Молодые женщины, которые поначалу закрыли дверь в свою комнату, снова выглядывают наружу.

— Это женщина из бара в конце улицы. Ее задержали, потому что, похоже, она совсем помешалась, вышла из дома и потерялась. Хозяин бара приехал и отвез ее домой.

— Это не та женщина. Эту женщину я точно видел. Она поранила ногу, из раны сочился гной. Она отгоняла мух… хотя я не очень внимательно приглядывался, потому что она была очень грязной и от нее ужасно разило.

— И? Вы видели, куда она пошла? — спрашивает мальчика Хун Чол.

— Нет. Она пыталась войти внутрь, и я захлопнул ворота…

Никто больше не видел маму. Мальчишка идет за ним по пятам, повторяя:

— Но я действительно видел ее! — Он заглядывает в окрестные переулки, обгоняя Хун Чола. На прощание Хун Чол дает мальчику купюру в сто тысяч вон. Глаза мальчишки загораются от радости. Хун Чол просит мальчика отвести женщину к себе домой, если она снова появится здесь, и сразу же позвонить ему. Не слишком внимательно слушая, что ему говорят, паренек спрашивает: — И вы дадите мне пять миллионов вон?

Хун Чол кивает. Парень просит дать ему еще листовок. Он говорит, что расклеит их на бензоколонке, где подрабатывает время от времени. Мальчишка добавляет, что если Хун Чол найдет свою маму, то ему надо наградить именно его, потому что это произойдет благодаря его стараниям. Хун Чол обещает, что так и поступит.

Он не сдержал обещание, которое дал себе в ту ночь, когда они с мамой спали на полу в комнате для дежурств и, чтобы защитить его от сквозняков, она поменялась с ним местами, сказав, что привыкла спать у стены. Свое обещание, что в следующий свой приезд в город мама будет спать в теплой комнате.

Хун Чол достает из кармана сигарету. Он точно не помнит, когда это произошло, но в какой-то момент его чувства перестали ему принадлежать. Он плыл по жизни, почти забыв о маме. Что я делал в тот момент, когда мама осталась одна на незнакомой станции метро, не успев войти в вагон вслед за отцом? Хун Чол еще раз бросает взгляд на офис и поворачивает в обратную сторону. Что я делал? Он идет, уныло повесив голову. За день до того, как пропала мама, он отправился выпить с коллегами, и все это закончилось не очень хорошо. Его коллега Ким, который обычно вел себя очень вежливо и уважительно, после нескольких рюмок слегка подколол его, назвав «ловкачом». Хун Чол отвечал за продажу квартир в Сондо и в Инхоне, а Ким контролировал продажи квартир в районе Юнджин. Замечание Кима касалось идеи Хун Чола раздавать концертные билеты как рекламные подарки для людей, пришедших осматривать экспериментальный дом. Вообще-то эта идея принадлежала не ему, а сестре-писательнице. Когда Чи Хон приехала к ним в гости, его жена предложила ей коврик для ванной, который стал рекламным подарком во время последней продажи квартир. И тогда сестра сказала:

— Не понимаю, почему компании считают, что хозяйкам нравятся подобные вещи.

Он не представлял, что выбрать в качестве рекламного подарка на этот раз, и потому спросил:

— Ну и что же, по твоему мнению, может стать памятным подарком?

— Не знаю, но мне кажется, что люди быстро забывают о таких вещах. Не лучше ли подарить авторучку или что-нибудь в этом роде? Подумай об этом. Как ты считаешь, твоя жена обрадуется, если ты подаришь ей на день рождения кухонные принадлежности? Если вы получите в качестве рекламного подарка коврик для ванной, то просто забудете о нем. Но меня приятно удивила бы книга или билет в кино, и я наверняка не забыла бы о таком подарке.

На следующей неделе на собрании кто-то вспомнил о рекламных подарках. Всем понравилось его предложение об интеллектуальном подарке. Как раз по счастливому стечению обстоятельств певец, обожаемый публикой средних лет, выступал в это время с концертами, и Хун Чол приобрел билеты. Босс лично одобрил его инициативу, возможно, ему тоже нравился этот певец. По данным опросов, билеты на концерт повысили рейтинг компании. Благодаря чему квартиры в Сондо почти полностью раскупили, в то время как объем продаж в Юнджине, которыми занимался Ким, составил 60 процентов. Поэтому, когда Ким подколол его, Хун Чол расхохотался в ответ, заметив, что ему просто повезло. Но после еще нескольких рюмок Ким вдруг заявил, что если Хун Чол применил бы свой блестящий ум в других областях, то вполне мог бы стать верховным прокурором. Ким знал, что Хун Чол учился в юридическом колледже и готовился к экзамену на адвоката, поэтому съязвил, что не знает, какие рычаги использовал Хун Чол, чтобы так быстро подняться по службе, ведь он не закончил ни университет Юнсей, ни университет Коро, в отличие от большинства сотрудников компании. В конце концов, Хун Чол молча осушил очередной бокал, предложенный Кимом, и ушел. В то утро, когда жена сказала, что собирается навестить их дочь Чин, вместо того чтобы ехать на Сеульский железнодорожный вокзал, он решил сам встретить родителей. Отец хотел остановиться у младшего сына, который только что переехал на новую квартиру. Хун Чол должен был забрать родителей и отвезти их к брату, но днем неожиданно почувствовал озноб и головную боль. И отец заверил его, что сам найдет дорогу… Вместо того чтобы ехать на вокзал, Хун Чол отправился в сауну недалеко от работы. В тот момент, когда он потел в сауне, которую всегда посещал на следующий день после обильных возлияний в баре, отец сел в вагон метро без мамы.