Читаем без скачивания И опять снова… - Берта Ресио Тенорио

Я продолжаю просматривать материалы следствия. Вполне возможно, что, если бы Уго не имел отношения к Беттине, мы сочли бы этот случай обычным происшествием вроде взрыва газовой плиты или принятия яда по ошибке. И это было бы убийце на руку… Но поскольку у нас уже появились подозрения, мы тщательно осмотрели кухню и подробно допросили соседей. Один из них в свою очередь спросил, не возникала ли у нас мысль, что убийство могла совершить женщина. Нас это предположение удивило, ведь, едва заходит речь о преступлении, всем кажется, что преступник обязательно мужчина. Бытует ложное представление, будто женщина не способна хладнокровно подготовить убийство и действует в состоянии аффекта, потеряв контроль над собой. В таких случаях способ убийства прост: используется любой предмет, оказавшийся под рукой. Мы поговорили с соседом, высказавшим столь оригинальную гипотезу, но поняли, что она ни на чем не основана.

От Рамоны Ирам мы также узнали, что Уго собирался жениться на ней. Она дочь члена руководящего совета Общества кубинско-к…ой дружбы, познакомилась с Уго на выставке в Галерее национального искусства, устроенной в связи с очередной годовщиной Дня Независимости Республики К… Между ними возникла взаимная симпатия, и последние семь месяцев они часто встречались. Девушка сказала, что ее родители противились их дружбе опасаясь, как бы она не переросла в любовь. Они настаивали, чтобы Рамона немедленно вернулась на родину под тем предлогом, что ей пора приступить к работе по специальности (диетврач), тем более что и они через несколько месяцев покинут Кубу, поскольку истекает срок их сотрудничества в обществе. Вот и ей следует к этому времени быть уже в К… и иметь там постоянную работу. Два месяца тому назад, несмотря на сопротивление родителей, они с Уго обручились. По ее настоянию родители в конце концов согласились на их брак, который и предстояло оформить в ближайшую неделю.

Расследование этих обстоятельств показало, что никто из группировки не знал об отношениях между Уго и Рамоной, поэтому мы предполагаем, что и Беттина ничего не подозревала.

В квартире Уго обнаружены три сберегательные книжки. Одна на его имя, две на его и на имя матери и на имя одной из сестер. Такого рода сберкнижки позволяют делать вклады или снимать деньги, не опасаясь никаких препятствий со стороны совладельца. Счета открыты два года тому назад, и вклады значительно превышают сумму сбережений, которые мог бы сделать простой служащий, к тому же и поступали они слишком часто.

Откуда у Уго столько денег? Давала Беттина? Шантажировал кого-нибудь? А может быть, это плата за участие в контрреволюционных акциях?

8

7.06 вечера

По телефону они вызвали такси. Сегодня ей не хотелось вести машину, да и нельзя было.

– Я счастлива. Никогда не думала, что мое пребывание на Кубе станет таким приятным. Жаль будет покинуть ее.

– До чего же тебе нравятся всякие тайны, – сказал Уго. – Так и не пожелала объяснить мне, в чем дело. Твердишь только: «Не волнуйся да не волнуйся». Опасная ты женщина. Так о чем речь?

– Скоро узнаешь.

Прозвучал ее веселый смех.

Часу не прошло, как ты мне позвонил, а я уже иду к дому, где мы обычно встречаемся. И, как всегда, боюсь натолкнуться на кого-нибудь из знакомых или родственников, хотела даже заранее изобрести предлог, объясняющий мои визиты сюда, да так ничего и не придумала. Прежде чем войти, я огляделась по сторонам. Нет, никого из знакомых не видно. На третий этаж я поднялась по лестнице – не захотелось оказаться с кем-нибудь в лифте. Быстрым шагом прошла длинный коридор и почти в самом конце свернула направо, где было всего две двери – одна против другой.

Я постучала в ту, за которой меня ждали, но открылась дверь напротив. Высунулась какая-то пожилая сеньора и сказала, что в квартире никого нет, все недавно куда-то ушли. Едва слышно я пробормотала, чтобы она не беспокоилась, меня ждут, мне нужно навестить племянника живущей здесь супружеской пары. Я снова повернулась к двери и постучала, на этот раз громче. Опять никакого ответа. Старуха все не закрывала свою дверь и сердито поглядывала на меня. «Сказано же вам, там никого нет».

Я решила не обращать на нее внимания. Снова постучала и услышала, как дверь у меня за спиной громко хлопнула. Несколько секунд спустя щелкнул дверной глазок: старуха не выпускала меня из виду… Уйти?… Но меня предупредили, что дело спешное… Как поступить?… И это называется надежная квартира, где, как они меня уверяли, никогда не столкнешься с соседями…

Я решила уйти, но на лестнице встретила тебя. Ты извинился за опоздание, а я рассказала про старуху. Ты меня успокоил: эта соседка пользуется полным доверием, а даже если и сболтнет что-нибудь, она ведь не знает, кто я. И все же следующую встречу придется назначить в другом месте; не стоит, чтобы старуха, зная, что мы здесь не живем, видела, как мы во второй раз приходній вместе в эту квартиру.

Мы прошли на балкон и сели. Воцарилось краткое молчание – так бывает каждый раз. В первые минуты я не знаю, как мне держаться и что сказать. Потом, разумеется, ты берешь инициативу в свои руки.

Наконец я слышу твой первый вопрос, и начинается одна из наших обычных бесед: я сообщаю обо всем случившемся, пересказываю каждый разговор, делюсь наблюдениями. Меня охватывает мучительное волнение, страх передать что-нибудь не точно, что-то домыслить. Время от времени ты меня прерываешь, чтобы уточнить какую-нибудь подробность.

Наступает ночь. Слышно, как внизу шумит жизнь, такая далекая от того, что происходит здесь, на балконе.

Мы оба много курим, и мне кажется, что ты, как и я, не замечаешь этого. Я давно уже обратила внимание, что, разговаривая со мной, ты никогда не делаешь заметок. Порой мне даже кажется, что мои слова записываются на спрятанный где-то магнитофон.

Ты кое-что уточняешь, иногда критикуешь мои действия, отсутствие инициативы, а если вдруг оказывается что я пропустила что-то важное в услышанном мною разговоре, я чувствую себя виноватой. Мне действительно не всегда удается точно выполнить твои задания, но, с другой стороны, я боюсь, что они заметят фальшь в моем поведении и все поймут. Одна мысль, что они могут обратить внимание на перемены во мне, приводит в ужас.

Уже совсем поздно. Щелкает ключ входной двери, в проеме возникает силуэт высокого мужчины, он коротко здоровается, проходит через гостиную на кухню и зажигает там свет. Наша беседа на время прерывается. Потом ты снова начинаешь говорить, но тут же умолкаешь, потому что мужчина направляется к нам. Я не разглядела его лица, когда он поставил на столик поднос с двумя чашечками кофе. Мы поблагодарили, он безмолвно удалился, и где-то в глубине квартиры хлопнула дверь.

Пора сообщить тебе о моем последнем посещении Александра. Впервые я заметила, что ему совсем неинтересно говорить со мной. Он будто старался уклониться от беседы, а может быть, просто был рассеян. Сказал, что, как только ему пришлют замену, он тут же покинет страну, а уж посольство где нужно окажет давление; теперь, когда нет Беттины, он не силах больше жить на Кубе.

Затем я рассказала о некоторых моих разговорах с членами группировки, выслушала твои указания и простилась.

Лиана ушла, и я направился в глубь квартиры, сказал мужчине, что мы закончили и я тоже ухожу, но он предложил еще чашечку кофе, которую мне захотелось выпить на балконе.

Я смотрел, как Лиана переходит улицу, и думал, что ей сейчас очень трудно с ее бывшими друзьями. Она уже не может относиться к ним по-прежнему. Я это понял, когда она сказала мне, что недолго пробыла у Александра, потому что он «говорил с ней неохотно». А ведь, чтобы продолжалось ее сотрудничество с нами, ей придется все время быть начеку и контролировать свое поведение. Да, нервы у Лианы расстроены, она очень много курила и часто вздрагивала. Учитывая некоторые черты ее характера» я не мог особенно нажимать – во всяком случае, сейчас.

Даже у нес на работе обратили внимание на то, что она стала более замкнутой. Придется серьезно поговорить с ней. Ей нельзя, ни в коем случае нельзя менять свою манеру держаться с людьми, иначе все заметят, что с нею происходит что-то необычное. А этого нельзя допустить.

Я оставил чашку на кухне и покинул квартиру. Сев в машину, выехал из гаража, и через несколько минут мой джип влился в поток машин, наводнивших знакомую улицу.

9

7.02 вечера

Выйдя из палисадника, женщина повисла на руке у русоволосого парня.

Она поздоровалась с кем-то из соседей, и компания беспорядочной, по-юношески шумной толпой двинулась вдоль по улице, забыв о том, что их возрасту уже давно не свойственна отроческая экспансивность. Женщина с длинными волосами шла в центре компании и смеялась громче всех.

Свободной рукою она обхватила талию одной из своих спутниц и ласковым жестом, продолжая хохотать во все горло, прижала ее к себе.