горами.
Глава третья
В Ванкувере
Сойдя с поезда, мы сели в автобус и поехали по адресу, который Брент дал мне во время нашей короткой встречи летом. Я не сказала ему, что приеду, но он сказал, что живет с группой людей, и заверил меня, что мне будут рады в любое время, когда я буду в городе.
Когда мы шли по жилой улице, на которой он жил, мы заметили проституток, ошивающихся на углах улицы. Большинство домов были в плохом состоянии, а некоторые даже были заколочены досками. Большие, когда-то привлекательные дома, очевидно, были покинуты семьями среднего класса и брошены на произвол судьбы в качестве арендуемого жилья, где пытались выжить наркоманы, проститутки и бедные семьи. Среди домов были разбросаны небольшие промышленные здания и склады. Я представил себе, что еще через несколько лет некоторые добропорядочные граждане сравняют дома с землей, избавив район от «паразитов» – местных пауперов – освободив его для производственных предприятий, которые уже стояли на пороге.
Мы нашли адрес Брента, большой двухэтажный дом с облупившейся краской на деревянном сайдинге, который развевался на ветру. Осторожно поднявшись по сломанной деревянной лестнице, мы позвонили в дверь. Чудесным образом это сработало. Дверь открыл мускулистый молодой человек с короткими, аккуратно подстриженными волосами. На нем были бежевые шорты и никакой верхней одежды. Когда я взял на себя смелость представить себя и Марион как друзей Брента, он не представился, а сказал нам войти. Мы прошли по коридору на кухню и сели. Молодой человек исчез, спустившись по какой-то подвальной лестнице.
Первое, что меня поразило в этом доме, – это то, что каждый квадратный дюйм стены был увешан плакатами, вывесками и лозунгами. Нам не нужна была книга для чтения – мы могли бы сидеть и читать стены целыми днями. Все было в политических плакатах и газетах. Мы с Марион некоторое время сидели безмолвно, читая разные лозунги и рассматривая картинки, так как молодой человек не спешил возвращаться. Я заметил на стене несколько газетных фотографий, очевидно, из прошлого человека, который открыл дверь. Я встал и начал читать мелкий шрифт, пытаясь разглядеть хоть какую-то информацию о нем. На одной фотографии он держал флаг на каком-то фестивале 1978 года. Ниже была небольшая статья из судебного раздела газеты, в которой говорилось, что Дуг Стюарт признал себя виновным в краже флага на Морском фестивале. На другой фотографии он был изображен с группой других людей, держащих антиядерный плакат на демонстрации в 1980 году. На большинстве других его газетных фотографий он также был изображен в составе какой-то группы на демонстрации или митинге. Странным было то, что на каждой фотографии он был в одних и тех же темных очках и бежевых шортах, хотя некоторые были сделаны с разницей в несколько лет. Я не мог не рассмеяться.
Наконец он появился снова. «Брент у Энджи, но он будет дома через несколько часов», – отрывисто сказал он, затем снова исчез внизу. Он явно не был озабочен социальными условностями. Мы сварили кофе и продолжили развлекаться, читая материалы на стенах.
Примерно через час дверь распахнулась, и вошли две молодые женщины, которые, очевидно, жили там. Они были гораздо дружелюбнее и представились как Бриджит и Сапи.
«Да, Брент сказал нам, что ты когда-нибудь придешь», – сказала Сапи, плюхаясь на стул. Бриджит немедленно села на колени Сапи, хотя там были и другие свободные стулья. «Он не вернется какое-то время. У тебя есть какие-нибудь дела на сегодня?» – добавила она, нежно поглаживая Бриджит по волосам.
«Я хочу связаться с Клэр Калхейн», – сказала Марион. «Но я все еще устал от поездки на поезде, поэтому, думаю, я просто позвоню ей и отдохну весь день».
«Ты можешь спать там, наверху», – сказала Бриджит. Она провела нас в гостиную и показала мансарду, построенную из фанеры размером два на четыре метра. – Обычно мы спим там, но на выходные собираемся на остров Квадра. Комнаты Брента и Дуга внизу. Лофт занимал половину комнаты, создавая пространство, где могли бы с комфортом разместиться по меньшей мере шесть человек. Под ними стояли старые диваны, стулья и столы, которые позволяли гостиной функционировать и как зоне отдыха. Вдоль других стен тянулись ряды книжных полок, которые доходили до потолка. В одном углу они превратили старую дверь в стол, заваленный разрезанными журналами и незаконченными плакатами.
«Ты устал?» – Спросила Сапи, глядя на меня. «Потому что ты если хочешь, можешь пойти со мной и Бриджит в прачечную».
Возможность познакомиться с соседями Брента по комнате преодолела мою усталость. Пока мы с Мэрион распаковывали нашу одежду и складывали ее в ящики, выстроенные в ряд у стен лофта, Сапи и Бриджит сбрасывали грязную одежду из других ящиков на этаж ниже. К тому времени, как они закончили, насыпь была намного больше, чем мы втроем могли бы унести.
– Давай вызовем такси, – решила Сапи. К тому времени, когда он прибыл, мы уже ждали его с четырьмя огромными мешками на переднем крыльце. Хмурое выражение на лице таксиста предупредило нас, что прачечной лучше быть достаточно далеко, чтобы поездка стоила того. Еще до того, как мы открыли дверь кабины, он крикнул: «Куда едем?».
– В прачечной на углу Бродвей и Мейн, – крикнула в ответ Сапи. В ответ он нажал на акселератор, оставив нас с нашей небольшой горой одежды, стоящей в его выхлопной трубе на тротуаре.
Не из тех, кто впадает в уныние, Бриджит побежала трусцой по тротуару, крича, что вернется через минуту, что так и было, с выброшенной банкой из-под покупок. В этом районе тележки для покупок были более распространены, чем автомобили. Мы загрузили тележку нашими сумками и направились к прачечной самообслуживания. Мы прошли пару кварталов, обмениваясь историями, пока улица не сделала резкий поворот под уклон. Не говоря ни слова, Бриджит резко толкнула тележку и запрыгнула на нижнюю перекладину. Он начал быстро катиться вниз по улице. Мы с Сапи бежали трусцой рядом с ней, пока инерция не набрала обороты до такой степени, что мы пустились наутек, а затем отказались от преследования. Бриджит кричала от радости на каждом дюйме пути, пока тележка не врезалась в выбоину и резко не перевернулась, оставив на земле груду металла, одежды и Бриджит. Мы побежали вниз по склону, чтобы посмотреть, все ли с ней в порядке, и добрались до нее одновременно с полицейским на машине без опознавательных знаков.
«О, это снова ты», – с чувством сказала Сапи, пытаясь выпутаться из груды металла и одежды. «Это
