— Эй. Ты чего здесь так рано?
— Руби, — произносит он вместо объяснения.
Я удивленно приподнимаю бровь, и он добавляет:
— Ей плохо, вот и послала меня.
— О. — Это кардинально меняет мои планы. Я не могу работать над картиной «Влюбленная».
— Это проблема? — говорит Джонатан, потирая глаза. Он, наверное, хотел бы пойти и еще поспать.
— Нет. Это здорово, что ты смог ее заменить. Начнем новую картину.
Я открываю дверь студии и включаю свет. Здесь холодно.
— А что с Руби? — Говорю, вытаскивая новый холст и коробку с красками.
— Перепила.
— Вот черт. Да, не очень.
— Это точно. После вечеринки у Мика мы отлично проводили время, и я думал, что мы… Ну знаешь... Мы пошли к ней. Я поцеловал ее, она отвечала, а потом позеленела и блевала у меня на коленях.
— Ох, ничего себе. Бедняжка Руби. И бедняжка ты!
— Ага. Не всем же везет.
Я замираю, поворачиваюсь и смотрю на раздевающегося Джонатана.
— О чем ты? — Я чувствуя себя неловко. Он знает о нас с Логаном?
— Руби пошла в туалет и сказала, что тебя там нет. А когда я пошел отлить, то выскочил на улицу и увидел. Ну, не совсем увидел. Скорее услышал. — Он расплывается в широкой улыбке и начинает хихикать.
Я чувствую, что краснею с головы до ног.
— Как ты узнал, что это я?
— Отрицаешь, что тебя трахал знаменитый Логан О'Шейн?
— Нет. Да! То есть, нет. Черт, Джонатан. Ты кому-нибудь говорил?
Он стоит обнаженный до пояса и расстегивает штаны.
— Стоп! — Я поднимаю руку. Я не могу говорить о таком с голым другом. Он останавливается, поглаживает пальцами свой идеальный пресс, и смотрит на меня с сексуальной улыбкой.
— Не волнуйся.
— Ты ничего не сказал Руби?
— Нет. Хотя не знаю, почему ты держишь это в секрете от нее.
— Я не хочу, но это секрет ото всех.
— Слушай, хочешь играть с огнем — твое дело. Не понимаю, что вы находите в этом писаке. — Джонатан стягивает штаны и остается в трусах-боксерах. Он заскакивает на платформу, но я не готова начинать работать.
— Хотя я понимаю, почему он хочет тебя, Ава. Вчера ты была очень горячей. — Он оценивающе смотрит на меня, и я чувствую, что краснею. Я мотаю головой. Это Джонатан, бывший парень моей лучшей подруги. Я не позволю ему флиртовать со мной.
— Так Руби точно в порядке?
— Крепко спит с пустым желудком. Я загляну к ней позже. Как ты хочешь меня? — Он напрягает руки, словно бодибилдер. — Так? А, может, так?
Джонатан позирует на платформе, пока я пытаюсь придумать, что буду писать. Его признание, что он слышал меня, заставило мой разум работать во всех направлениях. Это беспокоит меня. Но еще больше меня волнует то, что нас чуть не застукали. Я слышала, что девушки часто фантазируют о таком, но не думала, что стану одной из них. Просто я так сильно хотела Логана прошлым вечером. Было ли это желание настолько острым, потому что мы ни виделись все это время? Или потому, что мне пришлось украсть несколько минут в темноте? Чем больше я думаю об этом, тем больше меня возбуждает мысль соблазнить его в общественном месте. Но где? Я чувствую, что потекла и внутри все начало покалывать. Мне нужно сосредоточиться на работе.
Джонатан изображает позы из йоги: воин-2 и треугольник. По крайней мере, он не мерзнет, пока я готовлюсь.
— Ты ведь никому не расскажешь? О прошлой ночи? — Я наконец определяюсь и щедро выдавливаю на палитру цвета: красный кадмиевый, желтую охру, титановый белый и немного черного. Сегодня будет много кожи.
— Я умею хранить секреты, Ава. Не волнуйся.
Он скидывает с себя боксеры и у меня перехватывает дыхание.
— И, если тебе когда-нибудь понадобятся другие формы тайного вдохновения... дай знать.
Он принимает идеальное полулежачее положение и смотрит вдаль, поражая своем великолепии. Я сдерживаю несколько совершенно неуместных мыслей, а затем принимаюсь за работу.
Глава 13
Джонатан прав. Я должна все рассказать Руби.
После занятий я захожу к ней. Подруга бледна и ей не помешало бы помыть голову.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ава, заходи. — Пропускает она меня и забирается обратно в смятую постель. — Джонатан только что ушел. Надеюсь, для тебя не стало слишком большим сюрпризом, что он появился вместо меня. Как видишь, я немного не в форме.
— Выглядишь дерьмово. Может, тебе что-нибудь принести? Имбирный эль, соленые крекеры?
Она указывает на свой крошечный холодильник.
— Джонатан уже позаботился об этом.
— Кстати о нем, он странно себя утром вел. Флиртовал со мной.
— Он сексуально неудовлетворен. — Руби пожимает плечами. — Наверное, это моя вина. И я уже говорила, что мне все равно. Вы могли бы переспать и помочь друг другу.
— Хм. Кстати, об этом. — Мне нужно рассказать ей о Логане, но не сразу. Я должна замолвить словечко за Джонатана. Это наименьшее, что я могу сделать. — Кажется, Джонатан предполагал, что прошлой ночью вы могли бы сойтись.
Она ухмыляется.
— Поверь, мысль об этом буквально выворачивает меня.
— Но это ужасно. — Я шлепаю ее по колену.
— Ты же знаешь, что я не всерьез. Вчера было и плохо, и хорошо. И, думаю, все бы усложнилось, если бы мы вновь начали встречаться. — Она на секунду отводит взгляд, а потом смотрит на меня с усмешкой. — Я вроде встречаюсь кое с кем. Но пообещай, что никому не расскажешь!
— И кто это? — Руби словно украла мой секрет.
— Помнишь парня с моей группы, с которым я потеряла девственность?
— Тот самый?
— Нет. Это было всего один раз. Но он той привел меня ночью в клуб, и там был очень симпатичный вышибала. На днях я столкнулась с ним в метро, мы обменялись телефонами и, знаешь, рассматриваем варианты... — я снова шлепаю ее.
— Это самый уклончивый эвфемизм, который я слышала от тебя.
— Ладно. Мы трахаем друг другу мозги. Вот!
— Почему не сказала мне раньше?
— Ты казалась такой занятой и в последнее время мы мало общались. Хотя прошло всего пару недель, и, честно говоря, было весело иметь секрет.
Я тереблю молнией на своей сумке.
— Знаешь, вообще-то, у меня тоже есть секрет.
— Только не говори, что ты связалась с Джеймэном! — Она так улыбается, словно мои слова могут сделать ее одновременно и счастливой, и несчастной.
Я отрицательно качаю головой.
— Это Логан О'Шейн.
— Что «это»?
— Это он. Мы... Ну, ты понимаешь.
Ей требуется минута, чтобы сообразить.
— Нет! Что!? Ты с ним? — Сначала она ухмыляется, что догадалась, но потом на ее лице появляется беспокойство. — А как же его невеста, Ава?
— Он ее выдумал. Это неправда.
— Неужели? Так он издевался над нами?
— Чтобы держать собак на расстоянии, — смеюсь я.
— Не очень хорошо получилось, — говорит она, смеясь вместе со мной. — И все же, не слишком ли все это... щекотливо? Ведь он профессор. Что, если тебя поймают?
— Вот почему это секрет.
— Может, не стоило мне говорить?
— Но я хотела. Я могу тебе доверять. Да и Джонатан теперь знает.
— Ты сказал ему раньше меня? — В глазах Руби мелькает обида.
— Конечно, нет. Но он слышал нас прошлым вечером.
— О–о... Вот почему тебя так долго не было.
Я киваю.
— Черт, Ава. Это опасно. Это было круто? Горячо? О Боже, каково это с ним? Он не заставляет тебя делать то, чего ты не хочешь? Ведь, в некоторых его книгах все становится таким непристойным. Не позволяй ему обращаться с тобой словно со шлюхой.
— Он говорит, что я его муза.
— Да. Отлично. Это очень мило. Так что, может, как я и говорила, ты войдешь в историю. — Теперь она кажется довольной.
— Это было невероятно. Действительно. Никаких сексуальных разочарований, кроме тех, которые приходят от желаний. Ну, и еще необходимость притворяться, что ничего не происходит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Руби понимающе кивает.
— Но это всепоглощающее, и отвлекает от искусства. Чуточку. И в то же время вдохновляет. Я просто не так продуктивна, как хотелось бы.
