выпалила:
— Ничего подобного! Вы сами меня сюда затащили!
Крон бросил на меня мрачный взгляд. А Ледяной, сдерживая гнев, произнес:
— Эйнар и Сигмунд Халворсоны утверждают, что вы зацепили ее клинок своей магией.
— Твои щенки нагло врут, их здесь вообще не было. Впрочем, учитывая «таланты» твоей новой ученицы, я допускаю, что она не справилась с оружием и попала ко мне случайно. Но это не убережет ее от наказания.
— И его назначу я, — отрезал Ледяной.
Какое-то время они сверлили друг друга взглядами. Я заметила, как дернул рукой Крон. Он явно больше всего хотел сразиться с Ледяным, но держался. Неудивительно. Тридцать клинков, да и дуэли между преподавателями в этой обители морали вроде бы тоже запрещены. Наконец, мой куратор холодно произнес:
— Анна, иди сюда.
Я по широкой дуге обогнула Крона и пристроилась за спиной Ледяного. Он, конечно, изверг, но уже свой, проверенный. А что там придумает Крон, я и знать не хотела. Ледяной взял меня за плечо и развернул к выходу. Но уйти мы не успели. Крон бросил в спину моему куратору:
— В этом году я тебя сделаю, Ааберг. В Лабиринте Стужи.
— Попробуй, — равнодушно ответил тот и вытолкнул меня в коридор.
Пока мы шли к лестнице, а затем — к выходу, я почти не смотрела по сторонам. Когда мы вышли из общежития и пошли по утоптанной тропинке, я не выдержала и спросила:
— Что такое Лабиринт Стужи?
— Не важно, — отрезал куратор. — Ты туда не пойдешь.
— А узнать нельзя, даже если я туда не иду?
— Не сейчас.
Я умолкла, продолжая коситься на учителя. Ледяной был зол. Но вроде не на меня. Я даже начала мечтать о том, что мне удастся избежать наказания. Ровно до того момента, пока у поворота к общежитиям для адептов не увидела Сигмунда и Эйнара. Оба стояли, опустив головы, и смиренно ждали нас.
Котик вместе с еще одним байлангом валяли друг друга по снегу в стороне. Я поискала взглядом Свейта, но того нигде не было. Странно, я была уверена, что куратор тоже примчался на байланге. И эта мысль оказалась приятной. Он мчался, чтобы спасти меня от Крона.
Стоило нам приблизиться к парням, как Эйнар вскинул голову и заговорил:
— Это я во всем виноват. Не уследил за Котиком…
— Не уследил за Котиком, не смог решить проблему сам, навлек неприятности на товарищей, — холодно произнес куратор.
От каждого слова Эйнар бледнел все сильнее.
— Что ж, — продолжил Ледяной, — отбывать наказание тоже будете вместе. Неделю убирать лестницу будете только вы. И каждый вечер в библиотеке переписывать свод правил под моим личным присмотром.
— А домашнюю работу делать когда? — то ли взмолился, то ли изумился Эйнар.
— У вас троих явно слишком много свободного времени. Может быть, теперь вы научитесь не тратить его на глупости? — осадил его куратор. — Свободны, оба. Ты идешь со мной.
Последняя фраза была обращена ко мне. Возражать я не стала и поплелась следом за куратором к общежитию. При мысли о том, что неделю мне предстоит разгребать снег и проводить вечера в компании Ледяного, я заскрипела зубами. Изверг!
Вслед за куратором я поднялась на гору. Чем выше мы поднимались, тем сильнее меня терзали нехорошие предчувствия. Наверняка меня провожают до двери не просто так. Скорее всего, куратор приготовил мне персональную головомойку. А так хотелось есть…
Под громкое урчание в животе я шагнула в распахнутую дверь. И вздрогнула от неожиданности, потому что рядом со входом в мою комнату стоял человек. Я не сразу его узнала. Только когда светловолосый мужчина поднял голову и спросил:
— Ты сменил замок в комнате для медитаций, Вест?
Вест… Да это тот самый тип, с которым мой куратор умчался тушить какой-то пожар. И вернулся, пахнущий боем.
Ледяной ответил:
— Комната теперь принадлежит леди Скау. Что ты здесь делаешь, Йоран?
Мужчина повернулся ко мне и произнес:
— Ах, леди Скау… Что ж, леди, буду благодарен, если вы отправитесь в эту чудесную комнату и посидите там. Те замечательные слова, которые я хочу сказать вашему куратору, для ушей юных девушек не предназначены.
Жесткий и саркастичный тон был адресован Ледяному, а не мне. Как и яростный взгляд. Я была так обескуражена, что безропотно вошла в комнату и заперла дверь. Но, разумеется, тут же прильнула к ней ухом.
Ругался этот Йоран со вкусом. За минуту, которой ему хватило, чтобы отвести душу, я узнала много новых слов и их сочетаний, хоть записывай. Затем последовало нечто вразумительное:
— Зачем ты дергаешь его за хвост? Ты снова нажил себе неприятности, Вест.
— Пусть держится подальше от моих адептов. И от нее в первую очередь.
— Может, пора научить адептов вести себя осмотрительнее?
Дальше слушать я не стала. В этот момент в окно поскреблись.
Я обернулась и обнаружила за стеклом морду байланга. Сразу поняла, что это не Свейт. А когда распахнула створку, узнала Котика. На шерсти пса все еще виднелись следы сажи и слизи. Но было видно, что их пытались оттереть. Эйнар стоял около него.
— Прости, — серьезно сказал он и протянул мне увесистый сверток. — Тут обед для тебя.
— Ерунда, — отмахнулась я, поспешно разворачивая подарок.
— Не ерунда. Ледяной прав, я оболтус и снова втянул друзей в неприятности. Обычно достается Сигмунду, но в этот раз пострадала и ты.
Котик жалобно заскулил, и Эйнар шикнул на него.
— А ты быстро позвал Ледяного, — признала я.
— Спасибо крыльям Котика.
Парень с таким обожанием посмотрел на своего пушистого недотепу, что мне стало немного завидно. Эйнар попрощался и улетел, а я осталась с бутербродами и кружкой чая. Бутерброды на завтрак, бутерброды на обед… Может, хотя бы ужин не подкачает?
К счастью, до ужина ничего не произошло. Если куратор и готовил мне персональную головомойку, то Йоран сумел отвлечь его. За что я была ему благодарна.
В столовой я уписывала еду с такой скоростью, что Чейн съязвил:
— Переходишь на одноразовое питание, Скау?
В ответ я прожгла его взглядом. Но прежде чем я успела дожевать и выдать что-то колкое, Гест с умным видом сказал:
— Мой прадед рассказывал, что в его времена воины питались через день. Тогда считалось, что это помогает растить магический резерв.
— Тот самый прадед, который в одиночку сокрушил целое племя фернингов? — спросил Сигмунд.
Гест важно кивнул. Похоже, прадеда здесь уважали, потому что ни спорить, ни шутить больше никто не стал. А после ужина мы с Сигмундом и Эйнаром отправились в библиотеку.
Погода испортилась. Ветер бросал в лицо пригоршни снега
