Пауза затягивалась, и Драго суматошно, так и не сумев расслабиться, искал подходящий ответ. В конце концов, чувствуя, что дольше тянуть нельзя, и он выдаст себя, Драго склонился к тому, что должен официально знать каждый монах.
— До Великой Катастрофы не было ничего. Одна Пустота.
Старх чуть заметно кивнул.
— Драго, а ты не задумывался, насколько верной является эта истина?
Драго сглотнул. К счастью, он уже достаточно владел собой.
— Зачем, отец? Ведь это же истина!
Старх снова кивнул, непонятно, удовлетворённый ответом или нет.
— Да, истина, но кто её придумал? — Старх не спрашивал, он размышлял, и Драго промолчал. — Тот, кого мы не знаем и никогда не видели. Тот, кто был таким же смертным. Тот, кто был отягощён терзаниями и проблемами, как и большинство остальных людей. Между тем это не совсем так.
Старх подался вперёд, родив в голове Драго иллюзию, что он вот–вот коснётся молодого монаха протянутой рукой, хотя между ними было никак не меньше пяти метров.
— Я имею в виду Пустоту.
Трое старцев из Совета зашевелились, точь–в–точь люди, которым стало неуютно от посторонних разговоров. Драго сейчас хотелось только одного — скорее уйти отсюда. Пусть Старх замолчит, остановится на том, что уже сказал, и Драго избегнет чувства, что его посвящают в тонкости некоего преступления, после чего он также станет незримым соучастником. Однако Старх продолжал:
— Впрочем, не только Пустоту. И Великую Катастрофу тоже. Конечно, она была, но только её сущность извратили за столетия религиозные учения.
По–видимому, на лице Драго всё же появилось удивление, и Старх сделал небольшое отступление:
— Ты спрашиваешь, почему наш могучий Орден не вносит в жизнь это Знание? К сожалению, люди в большинстве своём слабые существа, и, чтобы спасти их, приходиться идти на искажения. Настоящее Знание повредит им. Очень давно один из моих предшественников вместе с Советом Ордена принял решение хранить истинную суть о Великой Катастрофе. Это было мудрое решение. Возможно, отчасти благодаря ему человечество когда–то выжило. Чтобы тайна оставалась прежней, со временем истину пришлось закрыть даже для большинства самих талхов.
Драго вздрогнул. Происходящее оказалось сильнее его самообладания. Это не укрылось от Старха. Он никак не отреагировал, но Драго почувствовал это.
— Тебе выпала честь прикоснуться к Знанию, Драго, — шёпот Старха чем–то напоминал шипение поверженной змеи. — О причине этого ты узнаешь чуть позже.
Драго заставил себя поклониться в знак признательности. В голове царил сумбур. Разложить его и тем самым уничтожить было нереально — Старх не делал пауз и сыпал стрелами фраз одна за другой.
— Великая Катастрофа отнюдь не создала этот Мир. Она едва не убила его. До неё была мощная цивилизация, наша по сравнению с ней — недоразвитый ребёнок. Те люди начали подчинять себе даже Природу. Их было очень много, у них были города, где проживало людей больше, чем сейчас на Всех Заселённых Землях.
Драго с благоговением представил подобное скопление человеческих тел, и это получилось с громадным трудом.
— Что же случилось? — вырвалось у Драго, и он смутился, что заговорил без приглашения.
Однако это не вызвало неудовольствия ни у кого из четырёх человек, сидящих перед ним. Похоже, они понимали, что ситуация, мягко говоря, отличается от обычной.
— Эпидемия. Люди Прошлого могли лечить многое, буквально творить чудеса, но появилась зараза, против которой они так и не нашли спасения. Три четверти умерло за считанные недели. Остальные умирали постепенно, большинство — из–за условий, которые стали неприемлемы после прежнего устройства жизни. В живых осталось мало, и они влачили жалкое существование. Лишь их потомки, приспособившись, дали некое развитие. Дали начало иному Миру. Нашему.
Старх ненадолго замолчал. Молчал и Драго, хотя в голове у него мошкарой крутились тысячи вопросов. Прав был Лон, прав! До Великой Катастрофы жили другие люди!
— Теперь ты знаешь всё, — заговорил Луж.
Голос колючий, как порывы северного ветра.
Драго перевёл взгляд на него. Внутри расплавленным металлом растекался вопрос: почему же вы мне всё это рассказываете?
Старх мучил его не долго.
— О той эпидемии сохранились кое–какие данные. В частности, симптомы, что положили начало. И вот в чём дело, Драго. К нам поступили сведения о больных с этими же симптомами. Сразу с нескольких прямо противоположных мест. Пожалуй, этих людей смогут изолировать, но всё говорит за то, что это не особенно поможет. Нам грозит эпидемия. Та эпидемия, что уничтожила цивилизацию Прошлого!
3
Драго шумно выдохнул. Казалось, он едва не сорвался в пропасть. Он чувствовал слабость и растерянность. Эффект был сродни тому, как если бы в него целились из арбалета. Возможно, поэтому дальнейшие слова главы Ордена поначалу показались ему полным бредом.
— Ты, конечно, ещё не слышал о мальчике, взявшемся неизвестно откуда, идущем по стране и по пути лечащим людей? Вряд ли, слухи о нём только–только начали распространяться.
Драго непонимающе смотрел на Старха. Резкая смена разговора окончательно сбила его с толку.
— Да–да, обычный ребёнок, возраст от семи до двенадцати лет, точнее неизвестно, идёт из деревни в деревню и лечит разные болезни. Иногда за ночлег и еду, но чаще просто так.
— Лечит разные болезни? — повторил Драго. — Отец, значит, этот мальчик поможет остановить эпидемию?
Уинар, сидевший до этого молча, без единого движения, вдруг шумно улыбнулся. Впрочем, он оказался единственным, кто так отреагировал. Старх возразил тем же мягким, но сильным голосом:
— Не всё так просто, Драго. По каким–то причинам эпидемия, что грозит Всем Заселённым Землям, не распространяется из одного места подобно другим инфекционным болезням. Она возникает сразу в нескольких точках. Кроме того, мальчик не сможет вылечить сразу многих. По нашим данным, на каждого он тратит какое–то время, после чего ребёнку необходима передышка. Но ни это главное. Главное — этот мальчик обладает иммунитетом к эпидемии. Наверное, единственный из людей теперешнего Мира.
У Драго сузились глаза.
— Откуда это известно, отец?
Старх опустил голову, как будто давая слово кому–то из Совета, и действительно, заговорил Луж:
— Когда Орден Талхов образовывался, ещё в стародавние времена, сразу после Великой Катастрофы, один святой человек выбрал именно его, чтобы передать устное Пророчество. Оно известно лишь главе Ордена и членам Совета и передавалось из поколения в поколение. Мы не имеем права огласить тебе Пророчество полностью, в том виде, в котором оно было изначально, только передадим суть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
