Читаем без скачивания Муж легкого поведения - Марина Серова

Пощелкав по клавишам, я выполнила необходимую операцию и принялась ожидать, пока компьютер выдаст мне все необходимые файлы. Таковых оказалось достаточно много. Как я и задумала вначале, я сразу отмела все те, которые уже просмотрела, и осталось не так уж и много. Я начала просматривать их по порядку.

Некоторые из них содержали обыкновенные бланки различных договоров и прочих документов. Они меня не интересовали. А вот оставшиеся несколько с длинным адресом меня привлекли больше.

Оказалось, что найти их просто так было бы весьма затруднительно. Папка, в которой они хранились, находилась в другой папке, а та, в свою очередь, еще в какой-то и так далее… Я насчитала цепочки из десятка различных папок, в которых была запрятана информация.

Раскрыв первый же файл, я обнаружила, что в нем хранятся документы по сделке с недвижимостью. «Но почему здесь, а не в общей папке? — сразу же возник у меня законный вопрос. — А потому, что именно здесь Виталий Владимирович хранил секретные материалы по сделкам, о которых никому не положено было знать».

Я поняла это почти сразу, как только прочитала списки прописанных на жилплощади людей. Во всех случаях, кроме одного, ответственный квартиросъемщик являлся и единственным проживающим в квартире.

Меня этот факт сразу же насторожил. А посмотрев на годы рождения некоторых квартиросъемщиков, я утвердилась в своих сомнениях. Большинство людей были очень преклонного возраста, пенсионерами, не имеющими родственников, иначе в их квартирах была бы прописана еще куча разнообразных племянников, племянниц и внуков.

Кроме того, все перечисленные квартиры находились в очень хороших центральных районах города. Среди прочих адресов я нашла даже свой дом. Оказалось, что одна старушка двадцатого года рождения когда-то проживала в моем подъезде. Я припомнила, действительно, была у нас такая бабушка — божий одуванчик, которая не так давно куда-то пропала. Я-то думала, она умерла, а она, как оказалось, просто продала свою квартиру Остапчуку Виталию Владимировичу. И теперь неизвестно, как сложилась ее дальнейшая судьба. Хорошо, если Остапчук просто переселил ее в квартиру меньшей площади.

Вставив принесенную с собой дискету в дисковод, я быстро скачала всю папку, содержащую информацию о подобных сделках. Она мне очень пригодится. Вот теперь у меня будут свидетели, которые смогут дать показания против Остапчука! Если, конечно, я разыщу этих людей.

Закончив с делами в офисе «Рубина», я выключила фонарик и осторожно выбралась из помещения. Во дворе по-прежнему все было тихо. Я не увидела никого, кто мог бы насторожить меня. Пробравшись к своей машине, я села за руль и отправилась домой. Завтра предстоял трудный и хлопотный день, поэтому мне необходимо как следует выспаться.

Ночь для меня была короткой, но отдохнуть я все же успела. Встала специально пораньше, чтобы успеть переделать все, что запланировала на сегодня.

Приняв душ и проделав несложную, но очень эффективную гимнастику, я оделась и позавтракала. Первое, что я намеревалась сегодня сделать, — это отыскать кого-нибудь из выселенных Остапчуком людей и поговорить с ними.

Просмотрев на компьютере еще раз список людей, с которыми были заключены сомнительные, на мой взгляд, сделки по продаже недвижимости, я выбрала для себя несколько кандидатур, чтобы встретиться с ними. Я не стала пока брать в расчет стариков, которые могли уже либо скончаться, либо находиться в не совсем здоровом состоянии. Решила начать с двух мужчин, возраст которых был еще не слишком внушительным.

Переписав на листочек их прежние адреса, я отправилась туда, чтобы узнать что-то об их дальнейшей судьбе. По первому же адресу мне не слишком повезло. Я приехала в квартиру, где жил указанный человек, и позвонила. Простояв несколько минут у запертой двери, я так и не дождалась, пока мне откроют. Зато из соседней квартиры вышел пожилой мужчина и с подозрением посмотрел на меня.

Я решила поговорить хотя бы с ним, раз хозяев застать не удалось.

— Простите, — начала я. — А вы не знаете, где хозяева? — Я указала на соседнюю квартиру.

— Не знаю, — недовольно буркнул мужчина. — На работе, наверное.

— А кто здесь сейчас живет, вы не знаете? — снова попробовала я разговорить соседа.

— Да кто их знает, — пожал он плечами. — Недавно въехали. Мы не знакомились.

Мужчина принялся запирать свою дверь, намереваясь уйти.

— Извините, я ищу Васильева Антона Сергеевича, — проговорила я. — Вы не знаете, где он сейчас проживает?

Сосед Васильева посмотрел на меня какими-то странными глазами, а потом недовольно проворчал:

— На том свете он проживает.

— Он что, умер? — опешила от такой неожиданности я.

— Угу, помер, — утвердительно кивнул мужчина.

— А здесь что же, теперь его родственники живут? — прикинулась я наивной.

— Родственники… — хмыкнул сосед. — Они ему такие же родственники, как корове еж. Бандиты какие-то, — мужчина покосился на дверь.

Я тоже невольно перевела взгляд на новехонькую металлическую дверь с глянцевым номером и переговорным устройством.

— А что же случилось с Васильевым?

— Что-что… — пробурчал сосед. — Спился он. Что с ним еще могло случиться?

— Спился? А он, значит, выпивал?

— Выпивал… — сосед снова принялся внимательно изучать меня. — А вы-то кто такая будете?

— А я из собеса, — нашлась я. — А вы не подскажете, давно он съехал?

— Да нет, недавно, — теперь уже сосед не смотрел на меня так подозрительно. Видимо, мой внешний вид наконец внушил ему доверие. — Продал квартиру этим… — он снова презрительно кивнул в сторону металлической двери, — а сам и спился… на радостях…

— А куда он съехал, вы не знаете?

— А никуда не съехал, — зло огрызнулся мужик. — Надули его эти предприниматели. Сказали, что дадут квартиру поменьше, в дальнем районе. А сами обманули… Э-эх, Антон, Антон… — вздохнул сосед. — Предупреждал же я, что кинут его непременно эти дельцы, а он… — мужчина с досадой махнул рукой.

— Подождите, как же так… Что же, получается, его просто выселили из квартиры?

— Получается, что так, — согласился со мной сосед. — Он же того… — мужчина сделал характерный жест, щелкнув пальцами по подбородку, — за воротник любил заложить. Вот эти барыги и прознали, что живет он один, что никто с ним не прописан и сам он алкаш… Выселили в два счета. Он им за бутылку водки все документы отдал, все, что надо, подписал. Эх, Антон… — снова вздохнул сосед. — А как выселили, он побомжевал немного, все деньги те пропивал, что ему дали. Ну, и допился…

— Понятно, — вздохнула я. — А вы не знаете, через какое агентство он продавал квартиру?

— Да через «Рубин». Приезжал тут к нему шустрый один. Все водку возил, — мужчина пробормотал что-то себе под нос, потом махнул рукой и стал спускаться по лестнице.

Я постояла еще немного на площадке, посмотрела на новенькую дверь, которую поставил явно не прежний хозяин, и тоже решила убраться восвояси. Вернее, поехала по следующему адресу, заранее опасаясь, что прежнего хозяина второй квартиры могла постичь та же участь, что и Антона Сергеевича Васильева.

Другой дом также располагался в центре города. Это была не слишком новая девятиэтажка с обычной стандартной планировкой, но зато место было значительно престижней, чем у Васильева. Здесь также проживал в одиночестве мужчина сорока семи лет. Возможно, конечно, сделка с ним была вполне законной, но после случая с Васильевым меня настораживало абсолютно все. И пока я не проверю все до мельчайших подробностей, не успокоюсь.

Поднявшись на девятый этаж, я позвонила в тридцать пятую квартиру. Как я заметила, дверь в нее вела тоже совсем новая. Видно, теперешние хозяева опасались, что могут возникнуть какие-то проблемы с прежними владельцами, и сразу же меняли не только замки, но и двери.

Мне снова никто не открыл. Но я не отчаивалась. Можно ведь опять поговорить с соседями, которые знали прежнего владельца квартиры. Однако, позвонив в соседнюю дверь, я также не застала никого дома. Ни в третьей, ни в четвертой квартире тоже никого не оказалось.

Вот незадача… Что же делать? Я спустилась вниз в надежде выяснить что-нибудь во дворе. На площадке резвилась местная ребятня, которой жара была нипочем. Мальчишки бегали в одних шортах и обливали друг друга водой. Визг стоял оглушительный, и бабушки у подъезда недовольно поглядывали в их сторону. Вот к этим самым всезнающим пенсионеркам я и решила обратиться с вопросами.

— Доброе утро, — вежливо поздоровалась я, приближаясь к скамейке.

— Здрасьте, — в один голос отозвались три старушки.

— Вы живете в этом доме? — указала я на единственный подъезд девятиэтажки.

— В этом, — вступила в диалог самая, наверное, словоохотливая щупленькая бабулька, цепким взглядом осматривая меня. — А вы к кому?