Царица беременна и в отчаянии рыдает на груди у супруга. Это мало его трогает, он поручает ей заботиться о бедных, беречь ключи от темниц, но освободить тех, кто, по ее мнению, того заслуживает, и, поцеловав, проходит меж расступившихся бояр, садится верхом и уезжает.
Русская армия численностью в сто тысяч человек выходит из Москвы. Впереди несут хоругви с изображениями святых. Во главе войска едет царь, по сторонам от него – Адашев и князь Андрей Курбский. Пять дней спустя гонец приносит известие, что крымский хан Девлет-Гирей идет на Тулу. Вместо того чтобы продолжать движение на восток, на Казань, государь немедленно поворачивает на юг. Когда он прибывает на место, оказывается, что татары отброшены местным гарнизоном и осада снята. Курбский преследует их и разбивает наголову. Русскому войску достается оружие, повозки и верблюды. Пленные говорят, что татары собирались, взяв Тулу, устремиться к Москве, воспользовавшись тем, что Иван занят Казанью. Царь отправляет захваченное в столицу. Люди дивятся пленникам со смуглыми лицами и черными волосами, которые осмеливаются верить в Аллаха, и приходят в восторг при виде верблюдов.
Ободренный первым успехом, царь приказывает войску быстрее двигаться в направлении цели – Казани. Во время каждой остановки он служит молебны святым, покровительствующим в битве. В центральном соборе в Коломне кладет земные поклоны перед иконой Донской Божьей Матери, которая была с Дмитрием Донским во время его сражения с Мамаем на Куликовом поле. Во Владимире узнает, что эпидемия, свирепствовавшая в Свияжске, утихла и в гарнизоне восстановлена дисциплина. В этом Иван видит долгожданное доказательство того, что Бог наконец смягчился. Новости из Москвы тоже не сулят ничего плохого: Анастасия чувствует себя хорошо, народ молится о здравии своего государя. Макарий пишет царю, чтобы тот был душою чист, смиренно принимал удачу и не боялся неудач, что добродетель монарха способна спасти государство.
Во время похода Иван то едет верхом, то идет пешком. Он переносит усталость с весельем, которое восхищает окружающих. Войско встает лагерем по берегам рек и в лесах, добывает себе пропитание охотой и рыбной ловлей. Под впечатлением от его мощи мятежные князья объявляют о своем желании подчиниться московскому государю, уверяя его, что обитатели правого берега Волги ему преданы. Они обязуются помочь при взятии Казани. Одиннадцатого августа воеводы свияжского гарнизона выезжают навстречу Ивану. В честь прибывших на лугу устроен пир в шатрах, но еда очень скромная из-за Успенского поста. Из соседних деревень привезли хлеб и мед. Окрестности города великолепны: под ярко-синим небом в одну сторону расстилаются зеленые холмистые луга, на границе которых угадываются леса, по другую – широкая, медленная Волга, усыпанная островами.
Иван не склонен тратить время попусту – пир закончен, огонь потушен, шатры собраны, путь продолжен. Тринадцатого августа войско подходит к Свияжску. Царь въезжает в город верхом, получает благословение от духовенства, присутствует на службе, осматривает укрепления, арсенал, новые дома и лавки. Увиденным остается доволен. Столь неожиданное скопление народа привлекает в крепость торговцев, которые приплывают с многочисленными товарами по Волге из Нижнего Новгорода, Москвы, Ярославля. Царю предоставили лучший дом Свияжска, но он отказывается жить в нем и, заявив, что теперь в походе, направляется к своему шатру, разбитому в степи у ворот города. Здесь он созывает совет и отправляет казанскому хану Едигер-Магмету послание, написанное по-татарски, призывая сдаться и обещая проявить великодушие. Но он и не рассчитывает быть услышанным, священный характер этой войны между Крестом и Полумесяцем исключает любой компромисс со стороны противников. Так и не получив ответа, продолжает поход. Но двадцатого августа ответ все же приходит – отрицательный и оскорбительный. Казань знать не хочет ни Москвы, ни христианства. «Все готово; ждем вас на пир», – пишет Едигер-Магмет.
Ночью один из его приспешников бежит из города и, добравшись до русских, пытается уверить Ивана, что защитники города – фанатики и что у них в избытке продовольствия и боеприпасов. Перед царем стоит нелегкая задача, он знает об этом, но сердцем чувствует, что Бог не оставит его – поборника христианства. Он устремляется на Казань и двадцать третьего августа в лучах восходящего солнца наконец видит ее мечети, башни, окружающие ее двойные дубовые стены, между которыми насыпаны камни и глина. Под звуки барабанов и труб войска разворачивают хоругвь с образом Христа, тут же отслужен молебен, и священники, одетые как во время литургии, благословляют стоящих на коленях воинов. Ветер разносит запах ладана и звуки песнопений. Иван, перекрестившись и воскликнув: «Господи, о твоем имени движемся!», обращается к воинам, превознося героизм тех, кто падет, защищая веру, обещая не забыть о вдовах и сиротах и, если понадобится, отдать собственную жизнь за торжество православия.
Пушки и порох готовы, войско медленным могучим потоком волнуется у стен города, который кажется оставленным – не слышно ни звука, не видно ни души на укреплениях. Быть может, это западня? Осторожно идут по пустынным молчаливым улицам стрельцы. Вне всякого сомнения, жители укрылись в центральной крепости Казани, в ее кремле. И вдруг его ворота с шумом открываются, и оттуда появляются не люди, но настоящие, неистово орущие дьяволы с искаженными лицами. Пешие и верховые, они представляют собой единое целое, сверкающее зубами, глазами и саблями. Кажется, что ад изверг эти полчища против христиан. Охваченные ужасом, русские лучники в беспорядке пытаются бежать, многие падают, вручая душу Богу. С трудом военачальники восстанавливают дисциплину, но уже за стенами города. За рукопашными схватками следуют обмены пушечными выстрелами и стрелами. Наконец татары скрываются в крепости, наступает тишина, и Ивану приходится делать вид, что результаты первого штурма свидетельствуют в его пользу.
Ночь проходит спокойно, а на следующий день начинается страшная буря, которая сносит многие шатры, в том числе царский. Разрушены походные церкви, священники пытаются собрать иконы, святыни и хоругви. О берега бьются огромные волны, ломая корабли, затопляя продовольствие и боеприпасы – все исчезает в мгновение ока. Но посреди всеобщего отчаяния Иван не теряет уверенности. Его военачальники думают об отступлении, он призывает торговцев и велит им заняться снабжением армии.
В последующие дни не прекращаются стычки. Татары обрушивают град пуль, стрел и ядер на русских, которые пытаются взобраться на крепостные стены. Те, в свою очередь, отступая, заставляют татар покинуть укрепления, где сражаются с ними. Взяв несколько человек пленными, русские привязывают их к столбам, ставят лицом к городу в надежде, что их стоны заставят жителей сдаться. Глашатай кричит осажденным, что Иван обещает им жизнь, свободу и прощение, если они ему подчинятся. Со стороны врагов доносится громовой голос: «Пусть они лучше погибнут от наших чистых рук, чем от рук христиан!» И татары пускают стрелы в своих братьев, превратившихся в живые мишени.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
