Читаем без скачивания Пять Золотых Браслетов - Джек Вэнс

– Я слишком устала, чтобы спорить, – Фэй отошла от дверей отеля. – Пойдем поищем отель для землян.

Глава седьмая

Камбороджийский Наконечник? Чиновник-бадаец с кислым выражением лица объяснил, что это курорт на берегу озера Йат. На робкие попытки Фэй узнать более подробно о местечке он ответил кривой усмешкой.

– Земляне в Камбороджии? Только если в качестве провианта. Вы должны понимать, что бадайцы приезжают туда отдыхать. Сам Сын любит бывать на живописных берегах Йата. Это тихий аристократический курорт.

– Что ж, тогда нам, жалким землянам, действительно лучше держаться подальше, – кивнул головой Пэдди.

– Значит, земляне никогда не допускаются на озеро? – удрученно спросила Фэй.

– Только артисты и обслуживающий персонал.

Райвильские Канатоходцы, акробатическое трио, только что вернулись с очередных гастролей в Камбороджии и необыкновенно довольны оказанным им приемом.

– Хм, – задумчиво произнес Пэдди. – Как обычно заключаются контракты на подобные выступления?

– О, через Бюро развлечений, надо полагать, – ответил клерк и вновь вернулся к своим делам.

Блэкторн повернулся к Фэй:

– Ну что, юная леди, вы умеете петь, танцевать, разыгрывать театральные представления, глотать факелы и кувыркаться?

– С такой гравитацией акробата из меня не выйдет. Но думаю, я смогла бы разыграть что-нибудь или декламировать Дунга Дина.

– Я неплохо показываю карточные фокусы, – объявил Пэдди. – И мне, пожалуй, удастся продемонстрировать зрителям несколько блестящих мистификаций, особенно если они, следуя своей неизменной привычке, глотнут лишнего. Одним словом, мы будем лучшим номером, когда-либо шедшим на камбороджийской сцене. Нас как минимум представят к награде.

Камбороджийский Наконечник представлял собой массивное пятиэтажное сооружение длиной четверть мили, украшенное прихотливым растительным орнаментом в готическом стиле. Галерея колонн розового и светло-зеленого мрамора поддерживала тяжелый фронтон голубого камня.

Быстрые – из-за жесткого гравитационного поля – течения озера Йат, блестевшего под лучами яркого солнца, огибали дворец и тщательно распланированные парки живописного полуострова, с которого открывался вид на простиравшуюся на другой стороне водоема долину и раскинувшийся от горизонта до горизонта скалистый хребет не менее мили высотой.

В отеле царила атмосфера достатка и благополучия.

Солнце играло на стеклянных и металлических панелях грандиозного сооружения. Диваны в холле были обиты настоящим шелком. По глади озера под маленькими квадратными парусами скользили миниатюрные лодки в виде раковин.

Пэдди и Фэй скромно постучались в боковую дверь и, подойдя к стойке регистратора, изложили цель своего визита усталому асмазийцу-портье, который проводил их в ярко освещенный кабинет главного стюарда.

Начальник был невысок ростом и тучен даже для своей расы бадайцев с раздутыми, как у индюка, щеками, двойным подбородком и глубоко посаженными хитрыми глазами.

– Нас к вам направил джентльмен из Бюро развлечений, – объяснил Блэкторн. – Мы – Умопомрачительные Весельчаки Блэк и Блэк.

Стюард осмотрел землян с головы до ног, задержал взгляд на фигуре Фэй: как и большинство представителей инопланетных рас, он находил землянок весьма привлекательными.

– Вам в Бюро не давали рекомендации ко мне?

– Да, но, к сожалению, мы ее потеряли, – нашелся Пэдди. – Ветер вырвал ее у меня из рук и унес в мгновение ока. В Бюро мы всем очень понравились, и нас попросили передать вам привет.

– Что вы умеете делать?

– Я фокусник и обладаю даром телекинеза. Предметы передвигаются по моему приказанию, я умею превращать воду в фиолетовый пар или лягушачье болото, которые затем исчезают во вспышке молнии. Но в чем мне действительно нет равных, так это в карточных фокусах. Я заставляю туз пик выпрыгивать из колоды и кланяться зрителям в пояс. Короли и дамы у меня умеют смеяться и порой не могут перестать хихикать по целым месяцам.

Ну и, конечно, моя жена – самое гениальное существо во Вселенной. Она неподражаема. Зрители застынут от изумления, и вам придется палками выводить их из оцепенения, после чего они непременно поблагодарят вас за доставленное удовольствие.

– Звучит заманчиво, – стюард задумчиво прищурил глаза. – Даю вам шанс доказать, что вы действительно так хороши, как расписываете, и, может, даже рассчитаю нынешнюю анимационную команду – я недоволен их работой.

– Отлично, – воскликнул Блэкторн. – Шанс – это все, что нам надо. Значит, мы можем уже сегодня переночевать в отеле?

– Да, сюда, пожалуйста. Я покажу вам бараки для персонала. Извините, мне придется поселить вас отдельно.

– О, нет! – запротестовал Пэдди.

– Мне очень жаль, но таковы наши правила.

Бадаец проводил Блэкторна в длинный зал. Вдоль одной из стен тянулся ряд емкостей, наполненных синтетической пеной и служивших постелями многочисленному персоналу, обслуживающему отель; вдоль противоположной стены располагались небольшие помещения с санузлами. Стюард показал Пэдди его секцию:

– Через полчаса вам привезут ужин. Когда подойдет время вашего выхода, приблизительно в четырнадцатом отделении программы, вас позовут. Свободное время вы вольны употребить по вашему усмотрению на отдых или на подготовку к выступлению. Репетиционный зал за той дверью. Пожалуйста, соблюдайте тишину. Никаких драк, алкоголя или наркотиков. Землянам ни под каким предлогом не разрешается появляться на территории парка.

– Справедливо, – пробормотал Пэдди. – Надеюсь, мне можно воспользоваться ванной?

– Что? Что вы сказали?

– Я спросил про мою жену, – мягко ответил Пэдди. – Когда я смогу ее увидеть?

– Рекреационный зал откроется завтра. Не волнуйтесь, с ней все будет в порядке.

С этими словами стюард, похожий на холщовый мешок, набитый торфом и стянутый украшенной богатой вышивкой ливреей, удалился.

Пэдди обвел взглядом барак. На некоторый койках он заметил принадлежавших к низшим кастам шолийцев, асмазийцев, канопийцев, длинноногих гепетанфоидов из Нью-Хелласа и нескольких землян.

На соседней койке лежал лабирит с Денеб Тена – маленький пятнистый антропоид с руками, болтавшимися как два провода и заканчивавшимися крупными, безжизненно повисшими ладонями – и не отрывал от Пэдди глаз, затянутых бельмами, от чего казалось, что он слеп.

– Чем вы занимаетесь, землянин? – спросил лабирит на бадайском языке.

– Я фокусник, – холодно ответил Блэкторн.

– Хороший, надо полагать?

– Самый лучший. Такую ерунду, как глотание факелов, я оставляю дилетантам… – Пэдди снизил голос до шепота.

– Советую быть очень осторожным, – заметил его собеседник. – Прошлым или позапрошлым вечером публика раскусила фокус одного из артистов и закидала его объедками.

– Что, они такие привередливые? – Пэдди удивленно поднял брови.

– Да, и весьма, – ответил лабирит. – Не забывайте, здесь собираются сливки бадайского общества, в основном клан лангтриев и один-два высокопоставленных лорда. У них сейчас съезд, и они как никогда требовательны, нетерпимы и жестоки. Если кому-нибудь из них придет в голову заколоть вас кинжалом, он, не задумываясь, сделает это.

– Ну и ну! – пробормотал Блэкторн, – а я тут со своими детскими фокусами, – и громко произнес:

– Не знаете, где находится десятый номер?

Лабирит закатил похожие на чернослив глаза:

– Нет, не знаю. Но любой носильщик вам подскажет. Если вы замышляете ограбление, будьте осторожны и не попадитесь.

– Что вы, никакого ограбления, – ответил Пэдди. – В десятом номере остановился мой старый друг.

Инопланетянин изумленно уставился на человека:

– Бадайский лангтрий водит дружбу с землянином? Должно быть, вашей дружбе предшествовали исключительные обстоятельства. Вы спасли ему жизнь?

Пэдди что-то рассеянно ответил и откинулся на постель: ему необходимо было серьезно поразмыслить.

Надо как можно скорее проникнуть в десятый номер – после выступления такая возможность вряд ли представится. Он вообразил, как ему придется увертываться от летящих в него объедков и как его с позором и руганью выставят из отеля.

Пэдди поднялся с постели и вышел в коридор с каменными, как в темнице, стенами, скудно освещенный люминесцентной лампой, проходящей под самым по толком. Подойдя к арке, он выглянул наружу и увидел кипы какой-то одежды, стойку с окошком и сидящего за ней служащего-канопийца.

Блэкторн приблизился к нему и, стараясь придать себе развязный вид, обратился к канопийцу:

– Я новый носильщик. Главный стюард сказал, что здесь я смогу получить униформу.

Канопиец тяжело запыхтел, поднялся на ноги, полез в шкаф и выложил на стойку белую фуражку, затем открыл комод и извлек оттуда белые перчатки и респиратор.