— Заткнулись всё! — крикнула я. Ого, как тихо стало, сама от себя не ожидала. — И так, раз нам выпала эта участь, то стоит представится. Я Миранель Мильхейн, это Шэйн Корриан, отныне мы ваши старшие брат и сестра. Как вы уже слышали, с вопросами и какими либо проблемами приходите сначала к нам, а потом мы решим стоит ли идти к Риккерт. С претензиями «Он наслал проклятье! А она порчу» к нам не подходить, это будет бесполезно, мы в любом случае будем делать пакости друг другу, но всё равно давайте лучше тренировать свои новые изобретения не на своих, а на других факультетах. Тем более насколько я слышала, наш факультет не ладит с боевиками, — уже задумчиво протянула я, поскольку не знала причину. В то время как другие видимо знали и принялись мычать, я крикнула волшебное слово «Заткнулись!» и попросила промычать одного, а точнее одну, это была эффектная, жгучая брюнетка с светло-голубыми глазами, как потом оказалось её звали Кристабель Ливелл, потомственная ведьма, весьма известного клана. Она мычала и подкрепляла свои действия жестами, я делала вид, что усердно старалась расшифровать её жесты, а сама же читала её открытые мысли.
— Так вот в чем дело, — недовольно протянула я, то, что я узнала мне не особо понравилось, и кажется те, кто не знали об этом тоже хотят узнать, поэтому я решила всё озвучить.
— Те, кто не знает, дела обстоят так. Это давння обида, где-то с времен войны. В те времена боевики и ведьмаки очень часто работали в парах на передовой. Мы, как вы все знаете являемся своего рода источником, проводником для стихий, которые мы сами не можем использовать, в то время как другие могут, так сказать подзаряжаться от нас силой, если их резерв на нуле. Во времена войны, боевики забыли, что наша братия тоже люди и относились к нам, как к батарейкам, в один момент ведьмам это надоело и они послали их далеко и на долго, в итоге было проиграно очень много важных битв и сражений. И до сих пор боевые маги винят ведьм, за их халатность, и наоборот, ведьмы винят боевых магов, это если вкратце, — провела небольшой экскурс в историю. Теперь мне стало понятно, почему они до сих пор в натянутых отношениях, ведьмы народ мстительный, да и с памятью у них всё отлично, вот и враждуют от нечего делать.
— Еще вопросы есть? — спросила с надеждой на молчание коров-адептов.
— Да на ком хотите на том и тестируйте, они то на нас проклятие не нашлют, главное бегать быстро, и всё путём и как сказала наша Мама-Ведьма, если не пойман, значит не вор.
Послышались еще мычания, на которые мне пришлось отвечать. Я отвлеклась и не заметила, как Шэйн переместился на свое место, а я осталась у стола одна, и в итоге не выдержала на одном из многочисленных вопросов. — Да спите с кем хотите, хоть с приведением! — в сердцах выкрикнула я. — Даже с вами? — послышался за спиной знакомый голос, на который я не обратила внимание в этой суматохе, все так же выкрикнув с нарастающей злостью. — Даже со мной! Наступила тишина, прямо таки гробовая, да и у сокурсников моих глаза по пять копеек, вон и Эрика проснулась, вместе с Шэйном мне глазами моргают, у них что нервный тик?
Кажется, мне следует обернуться, потому что там кто-то стоит и я чувствую его мысли. Медленно оборачиваюсь, икнув от страха, мать моя матрешка, ректор. Тот самый ректор, которого я тогда в столовой обниматься с принцем оставила. Попала, так попала. Погодите так это он задал тот вопрос? Вот черт, я почувствовала, как кровь прилила к щекам. А ректор, зараза ушастая, смотрит так будто не он это только что спросил, но я же вижу по глазам его бессовестным смеется надо мной, да еще и сказал таким обыденным тоном:-Ну что-ж буду знать, адептка Мильхейн, — он демонстративно прошелся по мне взглядом. Уделал гад, так и чешутся руки проклятие на тебя какое повесить. Видимо месть за столовую, о которой скоро все знать будут, ведьмочки посплетничать любят, да и Кире с Милой они первым растрезвонят.
Я смотрела на него и боялась открыть рот, как бы чего не вякнуть. Хотя, чего это я? Я ж ведьма? Ведьма, а что делают ведьмы? Правильно! Либо оборачивают все в свою пользу и мстят, либо мстят, но потом. А я не хочу мелочится и поэтому мстить буду сейчас. Играть роли я всегда умела, еще в школе. Тряхнула кучерявыми волосами и печально вздохнула. — Ах, господин ректор, увы, но я не смогу оправдать ваших ожиданий, — я направила тоскливый взгляд на него. Он же выгнул бровь и заинтересовано на меня уставился, по любому знает что играю, но кто не рискует, тот не уделывает ректора. — И в чем причина столь категоричного отказа? — Ну понимаете, как бы вам это сказать, — задумчиво прикусила губу, хотя я старалась не рассмеяться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Дело в том, что вы совсем не в моем вкусе. Во первых, ваши волосы, они же как у девчонки длинные и все такие в косичках, не-не, я более мужественных люблю. А во вторых, как бы по мягче выразиться, вы для меня староваты, уж простите, но вы уже не тот и не так молоды, наверняка силы уже не те, — я опустила глаза в сторону его живота и тут же приблизилась к его уху и почти интимным шепотом произнесла. — А я, знаете-ли люблю по горячее. Мне кажется этот шепот был таким громким, особенно в этой тишине, где не было слышно и чьего-то дыхания. Я так и стояла, смотря на ректора, невинно хлопая длинными ресницами. — Вы же не обижаетесь на меня, господин ректор? Я ведь вам честно ответила, — снова спросила я. Любопытно, меня сразу убьют или потом? А то смотрит на меня так страшно, да и я чувствую исходящие от него вибрации силы, задела мужика, еле сдерживается чтоб не прихлопнуть меня прямо тут. Перевела взгляд на Эрику с Шэйном, Шэйн давился смехом, а Эрика прошептала мне одними губами: «беги». Я вняла, и начала медленно, спиной идти к двери, не сводя взгляда с ректора.
— И вообще, господин ректор, я сюда не шашни крутить пришла, а учится, и это еще один повод вам отказать, — берусь за ручку двери и…
А вы знали, что эльфы рычать умеют? Вот и я не знала, поэтому от греха по дальше выбежала из аудитории и побежала куда глаза глядят. Так коридор, поворот, еще один коридор, а я всё еще слышу за собой поступь ректора, обернулась на мгновение и не заметила, как врезалась в кого-то. Потерла свой много-страдательный нос и не смотря на мой камень преткновения, точнее свидетеля, который может меня сдать ректору за милую душу, открываю ближайшую дверь и затаскиваю туда за собой тушу, того в кого я собственно и врезалась. Я прислонилась ухом к двери и стала прислушиваться, шаги раздались рядом, а через некоторое время стали удаляться.
Я тяжело вздохнула и только потом услышала дыхание у своей шеи и резко развернулась, хлестнув своими кудряшками по лицу стоявшему передо мной образцу мужской красоты. Я прямо так и застыла, никогда не видела подобного цвета глаза. Глубокие, синие глаза, цвета ночного неба, когда появляется первая звезда, благородный синий, в синеве которого были драгоценные прожилки темно-пурпурного цвета, цвета аметиста, которые образовывали затейливый рисунок и без того чарующих глаз. Отойдя от приятного удивления, посмотрела на парня по внимательнее, черные волосы угольного цвета, немного вьются и я уверена очень приятные на ощупь. Красивое лицо, острых ушей нет, значит точно не эльф, а вот сережка в ухе имеется, скорее всего артефакт. Форма боевика отлично сидела на нем, выделяя отличную на мой взгляд фигуру. В меру накаченный, но видно, что очень сильный, высокий, думаю, старшекурсник, а что на счет расы, наверное, дракон или демон, только им свойственны такие глаза.
В это же время, он в отместку рассматривал меня, или мне показалось или он реально как-то разочарованно хмыкнул, а в глазах промелькнула долька презрения и разочарования. Я же не смогла сдержаться и ляпнула самый тупой вопрос на свете.
— Ты кто такой?
— И вам добрый день, могу задать тот же вопрос, между прочем это вы меня затащили в тесную коморку со швабрами, и еще, прежде чем спрашивать имя следует самой представиться, — ответили мне. И в правду везде швабры да ведерки, не думала, что тут посреди коридора есть такие комнаты. А он прямо таки на «Вы», вежливый какой, небось из аристократии.
