Читаем без скачивания Личный выбор - Валерий Горшков

Офицеры госбезопасности работают по плану Корнача

Однако на этом сюрпризы уходящего дня для пребывающего в тягостных раздумьях хирурга не закончились. После скомканного свидания с девушкой Аленой и едва не случившегося лишь благодаря ее настойчивому старанию и мягким губкам мужского конфуза, сразу после скоротечного сексуального акта Блох сослался на плохое самочувствие и необходимость полноценного отдыха перед намеченной на завтрашнее утро операцией и ретировался из ее квартиры в Коломягах, решив в тишине родных стен детально обмозговать неожиданное предложение лохматого незнакомца, подкрепленное щедрым авансом.

Устав от размышлений, он с тоской взглянул на часы, показывающие начало третьего ночи, заглотил две таблетки снотворного, рухнул в постель и со всем старанием попытался уснуть. Однако доносящиеся из-за стены спальни звуки музыки, лошадиный топот и пьяное ржание гостей гуляющего соседа по этажу Власа – одного из авторитетов «малышевской» группировки – никак не способствовали полноценному отдыху.

Чертыхаясь на чем свет стоит, Евгений попытался упасть в объятия Морфея, накрыв голову подушкой и, как в кокон, зарывшись в одеяло, но неожиданно раздавшийся звонок лежащего на прикроватной тумбочке радиотелефона окончательно вывел его из себя.

Рывком откинув одеяло и подушку, скатившуюся на пол, хирург схватил трубку, ткнул пальцем в кнопку соединения и бросил:

– Что надо?! – нисколько не сомневаясь, что звонит именно гуляющий за стеной сосед, однажды среди ночи уже заставивший его присоединиться к празднованию своего «дня рождения» и стать участником пьяной вакханалии в компании двух бандитов и трех напрочь лишенных комплексов, пахнущих дешевой парфюмерией обесцвеченных девиц с явно малоросским акцентом.

На следующий день Евгению пришлось звонить в клинику и прикидываться больным, перенося все визиты на завтра. Тогда, лежа в теплой ванне-джакузи, мучаясь от адской головной боли и обмотав лоб полотенцем с кусочками льда для коктейлей, он твердо поклялся, что впредь ни за что не станет пить с Власом и его дружками. Дал же бог соседа по элитарному дому!

– Алло?! Кто это?! – не услышав ответа, нервно рявкнул Блох и, подождав еще секунду, со злостью бросил телефон на тумбочку, после чего, протяжно замычав, встал с кровати и отправился на кухню – выпить стакан фруктового кефира и выкурить для успокоения нервов сигаретку.

Но не успел он открыть холодильник, достать пакет и сделать пару глотков, как в дверь позвонили. Затем еще и еще раз…

Испытывая неприятный холодок в груди и беззвучно матерясь, Блох прошлепал в коридор и осторожно прильнул к панорамному «глазку».

На ярко освещенной лестничной площадке, куда выходили двери всего двух роскошных квартир, вместо знакомой расплывшейся в самодовольной ухмылке рожи Власа Евгений увидел высокого мужчину в джинсах и кожаной куртке. Видимо, услышав шаги в квартире и догадавшись, что его разглядывают в «глазок», мужчина вынул руку из кармана и продемонстрировал развернутое удостоверение в красной корочке.

– Мне нужен доктор Блох, Евгений Викентьевич, – ровным голосом сказал нежданный визитер. – Старший лейтенант ФСБ Ткачев. Откройте, пожалуйста, это очень срочно.

Нажав кнопку электрического замка, Блох, после переезда в новую квартиру не опасающийся никаких криминальных сюрпризов – в холле подъезда круглосуточно дежурил вооруженный милиционер-охранник, – открыл дверь и, оглядев ночного гостя, недовольно буркнул:

– Разве вы не знаете, сколько сейчас времени? Неужели нельзя было подождать до утра? В конце концов, лейтенант, я не реаниматолог, а пластический хирург!..

– Я знаю, что вы не реаниматолог, а пластический хирург. Одевайтесь, пожалуйста. Внизу ждет машина, – тоном, не допускающим возражений, произнес тот.

– Я – частный практик и не намерен!.. – попробовал было возразить Блох, но, наткнувшись на мигом заледеневший взгляд визитера, замолк на полуслове. – Вы хоть знаете, сколько стоит один час моего рабочего времени?! – не найдя ничего более подходящего, уже обреченно уточнил Евгений.

– Знаю, – кивнул решительно настроенный старший лейтенант и мельком посмотрел на часы. – У вас в распоряжении ровно две минуты. Будьте благоразумны, доктор… – Сделав шаг вперед и корпусом деликатно потеснив Евгения в коридор, офицер государственной безопасности прикрыл за собой дверь. – Одевайтесь. Поедем к вам в клинику.

– Черт знает что! – испытывая неприятный мандраж во всем теле, обреченно выругался Блох и направился в спальню…

Когда выходили из лифта, сидящий за столом охранник сделал вид, что увлечен чтением журнала, и даже не соизволил поднять лицо.

…Зеленая «Волга» быстро летела по пустынным улицам ночного города. За рулем машины сидел так и не проронивший ни единого слова парень лет двадцати восьми с незапоминающейся внешностью. Второй, представившийся как старший лейтенант Ткачев, расположился на заднем сиденье, рядом с суетливо курящим одну сигарету за другой и поглядывающим в окно Евгением.

– Можно хоть узнать, в чем причина столь аврального посещения моей клиники? – уже несколько взяв себя в руки, нарушил напряженное молчание хирург. – В конце концов, я имею право знать, что от меня хочет ваша «контора»!

– Имеете, бога ради, – кивнул Ткачев. – У нас появилась информация, что один особо опасный преступник сделал пластическую операцию именно в вашем учреждении, после чего справил себе фальшивые документы и с новым лицом успешно скрылся за границей.

– К вашему сведению, я провожу до десяти-двенадцати операций в месяц, минимум пять из них касаются коррекции лица, – пожал плечами Блох. – Но ни в одном из этих случаев не шла речь о полном изменении внешности, таком, чтобы после выписки из стационара пациента не узнавали даже близкие родственники. В чем здесь криминал, простите?

– Да не волнуйтесь вы так, Евгений Викентьевич, – бархатным тоном успокаивал старлей. – Вас лично никто ни в чем не обвиняет. Контакты с интересующим нас человеком мог иметь и ваш предшественник, покойный профессор… Все, что мы хотим, – это просмотреть фотоснимки ваших пациентов за последние три года до и после операции. Нам известно, как выглядел раньше разыскиваемый нами человек, и мы желаем знать, как он выглядит сегодня. Понимаете? И не надо ничего говорить о врачебной этике и прочей чепухе. Выбора у вас нет… Тем более вполне может статься, что ваша клиника здесь совсем ни при чем. Так что расслабьтесь и просто подумайте о том, что вы, как законопослушный гражданин, оказываете неоценимую помощь Федеральной службе безопасности. А ведь мы не забываем наших друзей…

– Для того чтобы просмотреть весь архив, понадобится часов пять, – предупредил каким-то замутненным голосом Блох.

– А мы никуда не торопимся! – небрежно ответил Ткачев. – Кстати, еще один крайне важный для нас момент… – Он внимательно посмотрел на явно нервничающего хирурга. – От правдивости ваших слов будет впрямую зависеть продление или непродление лицензии на практику…

– Перестаньте меня пугать. Мне нет смысла конфликтовать с властями!

– Я вижу, мы нашли общий язык. Итак, вспомните, не обращался ли к вам человек с предложением стереть или изменить отпечатки пальцев?

– Нет, что касается, как вы выразились, стирания. А по поводу коррекции – это вообще какая-то научная фантастика, лейтенант! – после короткой паузы фыркнул Блох, покачав головой. – Пластическая хирургия, к счастью для ваших органов, еще не достигла таких заоблачных высот и в ближайшие годы вряд ли достигнет!..

– Вы в этом уверены? – нахмурив брови, глухо спросил Ткачев. – Никаких прецедентов?

– Абсолютно. Бред чистой воды, – стараясь не выдать охватившего его волнения, как можно авторитетнее заверил врач. – Хотя нетрудно себе представить, что начнется, открой мои коллеги способ изменения данного природой и заложенного в генах кожного рисунка! Дактилоскопия просто исчезнет как наука!

И хирург коротко, отрывисто рассмеялся, чувствуя, как гулко стучащее в груди сердце больно сжимает невидимая стальная рука.

Он мог в ответ на явную и вполне реальную угрозу офицера «конторы» от греха подальше сдать наклеившего на себя фальшивую бороду незнакомца из «Субару», с которым встретился всего несколькими часами раньше. Причем оставив себе полученный сегодня аванс. Но прочно зависший перед глазами Евгения чемоданчик с аккуратно уложенными в нем пачками денег, в сумме ровно миллион долларов, перетянул чашу весов на свою сторону.

Нет, синицей в руках сыт не будешь! Нам журавлика на противне подавай! С пылу с жару!..

Хрен вам, псы, а не волосатый, он нам и сам пригодится. Вернее, его денежки.

Осведомитель УБНОНа завязал с наркотой и стал алкоголиком

Основа любого сыска – оперативная информация, получаемая сотрудником милиции от завербованных в разное время и при самых разных обстоятельствах тайных агентов. Это – аксиома. Именно вовремя слитая кем-то из штатных стукачей информация в большинстве случаев выводит сыщиков на след преступника, а отнюдь не молчаливое «холмсовское» размышление под неспешно потягиваемую у камина трубку хорошего кубинского табака…