Читаем без скачивания Чародеи на даче - Антон Иванов

Мы с удовольствием, - заверила Кассандра. - Только вот как нам сейчас до Иванны отсюда добраться?

Понимаете, - подхватил Тимка, - на нас акула напала, и мы потерялись.

Не акула, а щука, - заспорила девочка.

Какая разница, - отмахнулся Тимка. - Если бы она нас сожрала, результат был бы одинаковый.

Издалека послышался протяжный заунывный звук.

Вас зовут, - сообщил Диоген. - Зов русалок. В горн дуют. А, ладно, - махнул он клешней, - лучше я вас довезу. А то в последнее время ходят тут всякие. Садитесь верхом.

Ребят не пришлось долго уговаривать, и рак весьма резво повез их на все усиливающийся звук горна.

Вскоре они увидели Ундину, которая пока еще пребывала в образе русалки. В руке она держала огромную ракушку. Это и был «русалкин горн».

- Ну, куда вы пропали? Я уже вся извелась. Здравствуйте, Диоген. Спасибо, что нашли их.

Дело житейское, - ответил рак.

А где Мишка? - полюбопытствовал Тимофей.

Он уже у тети, - объяснила Ундина. - Все рвался вас искать, но я не позволила. А Морфея вы не видели?

Неужели пропал? - ахнула Кассандра. - Бедный Морфей. Он же меньше нас всех и легче. Наверное, его волна дальше нас унесла. Теперь он заблудится.

Что ж, в этом мире мы все блуждаем в потемках, - философски заметил рак Диоген.

В это время мимо Кассандры, задев ее щеку, проплыл небольшой клубок водорослей. Она брезгливо оттолкнула его. Комок возмущенно взвизгнул.

Ой, что это? - испугалась девочка.

Тимофей немедленно поймал клубок, оказавшийся неожиданно плотным. Из него высунулась маленькая плотная ручка и крепко вцепилась мальчику в рукав.

Это я! Это я! Совсем тут запутался! Ах, я

/—" о о о о о I

бедный, несчастный, старый, больной домовой! Спасите меня, пожалуйста.

Его совместными усилиями выпутали, что оказалось совсем не просто.

Какая-то у вас тут пыль неправильная. Навязчивая, - отдирая от себя остатки водорослей, пробурчал Морфей.

Главное, ты нашелся, - сказала Ундина. - Ну пойдемте знакомиться с тетей. Диоген, - обратилась она к раку. - Надеюсь, вы с нами?

В глазах Диогена блеснул радостный огонек и тут же погас.

Что ж я вам буду навязываться и мешать, - грустно проговорил он. - Я давно отошел от мира, и мой удел одиночество.

Как же так! - воскликнули Тимка и Кассандра. - Вы нам очень помогли. Пойдемте, пожалуйста, с нами.

Рак, немного поколебавшись, все же дал себя уговорить. Ундина подвела всю компанию к плотной и высокой живой изгороди из водорослей. За ней возвышался песчаный холм с окошками, похожими на иллюминаторы, и круглой, как люк подводной лодки, дверью, возле которой дремал диплодок Ираклий.

Стой, кто идет? - немедленно насторожился он.

Опять своих не узнаешь? - возмутился Морфей.

Узнаю, - прогудел Ираклий. - Но долг и порядок прежде всего. Проходите.

Стучать в дверь не пришлось. Она отворилась сама, и навстречу гостям выплыла очень красивая русалка, по виду ровесница Ундины. Поймав на себе удивленные взгляды Тимки и Кассандры, она довольно рассмеялась.

Наверное, вы ожидали увидеть старенькую сморщенную бабушку?

Ну не то чтобы совсем старенькую, но в общем... - промямлил Тимка.

- Ошибаешься, милый, - покачала головой Иванна. - Мы, русалки, никогда не стареем,

всегда молодые. Правда, Диоген? - перевела она взгляд на рака. - Очень рада тебя видеть.

Он ребятам помог, - быстро проговорила Ундина. - Иначе бы они точно заблудились.

Да не такая уж сильная помощь, - заскром- ничал Диоген.

Ладно, ладно, - улыбнулась Иванна. - Заходите. А то я тут всего наготовила.

Когда все уже сидели за столом и за обе щеки уписывали кушанья, которые приготовила Иванна, Кассандра, ткнув Тимофея в бок, прошептала:

Знаешь, я поняла, что мы с тобой пока совершенно никудышные волшебники.

С чего это вдруг? - Тимка чуть не подавился куском вкуснейшего пирога с квашеными водорослями.

А с того, что сперва мы от щуки никак не попытались защититься. А потом - от рака. А ведь могли бы.

С какого перепугу нам от Диогена было защищаться? - изумился Тимка. - Он хороший и добрый.

Это потом выяснилось, - настаивала девочка. - А уж щука точно нас слопать хотела. Но мыто уже многое умеем. Иллюзии могли бы ей, например, на пути выставить, ну, скажем, стену...

Да все случилось так неожиданно, - смутился Тимка.

А когда опасность возникает ожиданно? - усмехнулась Кассандра, - Мы должны быть готовы к защите в любой момент. Именно этому и для этого нас учит Сил Троевич.

Тимка в замешательстве лишь промычал что-то невразумительное. А про себя подумал, что, видимо, одного умения мало. Надо еще привыкнуть к мысли, что ты чародей. Только если слишком долго привыкать, не успеешь побыть волшебником. Слопает нибудь очередная

щука - и привет.

Задумался, и правильно, - ехидно проговорила Кассандра. - Потому что экзамен мы с тобой сегодня выдержали на «двойку».

Ты думаешь, это был экзамен?

Кто знает, - пожала плечами она.

Тимка совсем приуныл. Надо же так опростоволоситься. Но, с другой стороны, они же просто шли в гости. Можно людям хоть когда-то расслабиться? Или всю жизнь теперь так?

Все время, что они гостили у Иванны, этот вопрос не давал Тимофею покоя. Неужели Сил Троевич и впрямь, сговорившись с Ундиной, устроил им испытание щукой, которое они с Саней успешно провалили? На обратном пути он решил прямо спросить русалку.

Да брось ты, какое еще испытание! - махнула рукой Ундина. - Щука просто вредная. На всех кидается.

А я думал, это Сил Троевич, - сказал Тимофей.

Кассандра решила воспользоваться удобным моментом.

Кстати, Ундина, тебе не кажется, что Сил Троевич в последнее время как-то неважно выглядит?

С чего ты взяла? - удивленно взглянула на нее русалка, однако по лицу ее еле заметно пробежала тень.

Кассандра собиралась продолжить расспросы, но в это время Морфей возмущенно проверещал:

Опять сорока!

Где? - спросил Тимка.

Вон, - указал домовой на кружащуюся прямо над их головами большую сороку.

Почувствовав, что ее заметили, птица немедленно скрылась в чаще.

Подумаешь, событие, - сказал Мишка. - А то мы раньше сорок не видели.

Ох, в том-то и дело, что видели, - с печальной многозначительностью произнес Хранитель Домашнего Очага. - И как-то чересчур много видели последнее время. Мелькают и мелькают. Спасу от них нет. И на участок лезут. И в дом пытаются пробраться. Не нравится мне это. Ох, не нравится.

Глава XIII

ИЗБУШКУ НЕЛЬЗЯ ЩЕКОТАТЬ!

Взявшись за руки, семеро Темных под монотонное бормотание Татаночи закружились в хороводе вокруг медного таза. По зеркальной жидкости сперва прошла легкая рябь, затем волнение стало сильнее и наконец в тазу закипело. Теперь колдовское варево едва не выплескивалось из таза. Несколько раскаленных капель попало на ногу поэту-сатирику. Он дернулся от боли.

- Не размыкать цепь, негодяй! - рявкнула на него Татаноча. - Все испортишь.

Козлавр подчинился, внутренне прославляя себя за мужество и стойкость. Жидкость в тазу продолжала бурлить.

Теперь всем сосредоточиться, - отдала новый приказ старшая ведьма. - Объединяем силы.

Все, по-прежнему держась за руки, придвинулись вплотную к тазу и пристально уставились на его содержимое. Кипение мало-помалу унялось.

Получается, - радостно прошептал Ничмог- лот.

Тихо, - хором шикнули на него три ведьмы.

Поверхность снова стала зеркально гладкой,

только по ней носились в разные стороны разноцветные огоньки. Тата забормотала новое заклинание, и вот уже вся поверхность покрылась ровным светом, словно экран телевизора. Затем на экране появились очертания предметов. Сперва расплывчато, потом - все четче и четче, будто кто-то настраивал резкость.

Комната какая-то, - пригляделся к изображению поэт-сатирик.

Ядвига пнула его костяной ногой под коленку передней левой ноги.

Тысяча извинений, забылся, - проблеял Козлавр.

Картина в тазу тем временем изменилась. В комнату вошел человек и, подойдя к столу, стал что-то сосредоточенно искать.

Вот теперь действительно получилось, - радостно сообщила Тата. - Это Сил Троевич.

Изображение подернулось рябью.

Не отвлекаться, держать энергию, - приказала старшая ведьма.

- Ой, не могу, - взмолился Ничмоглот Берен-

деевич. - Меня защита его так и пробивает, так и пробивает.

Потерпишь, не маленький, - сказала Пата. - Главное, мы его защиту пробили.

Изображение опять прояснилось. Пошарив на столе, чародей тяжело опустился на лавку и поднес к самым глазам мятый листочек бумаги. Рука у него заметно дрожала. Какое-то время он читал. Затем поднялся, вытащил из застекленного шкафа несколько баночек и, разведя спиртовку, начал что-то толочь в ступе. Чувствовалось, что каждое движение дается чародею с трудом. Он поработал какое-то время, остановился, отложил пестик и обернулся. Губы его зашевелились.