Читаем без скачивания Голем в оковах - Пирс Энтони

Дно Провала отнюдь не являлось безжизненным каменистым ложем. Там росли кусты и деревья, с которых можно было нарвать плодов.

Другое дело животные – ими в ущелье и не пахло. Если какое и попадало случайно вниз, то тут же отправлялось в драконью пасть. Долгое время люди считали провального дракона чуть ли не стихийным бедствием, в существовании которого не видели ни малейшего смысла. Однако со временем стало ясно, что лишь бездонный Провал с обитающим в нем драконом способны оградить Ксанф от несчетных волн вторжений обыкновенов, существ куда более опасных, чем любое чудовище. Когда накатилась Последняя Волна, именно Провал стал главной линией обороны. Гранди поневоле задумался о том, как премудро устроен Ксанф: многое из того, что кажется ненужным и даже вредным, на самом деле приносит немалую пользу.

Перекусив, путники улеглись спать. Около полудня земля вокруг задрожала, словно вновь приближался невидимый великан. Но звук был иным – топот сочетался с громким пыхтением. Не приходилось сомневаться, что по дну Провала движется дракониха. Вся компания переполошилась. Гранди метнулся к створу тоннеля. Настал час его славы.

Вскоре показалась паровица. Приземистая шестиногая дракониха двигалась с удивительной для столь огромного существа скоростью. Из ее пасти и ноздрей валили клубы пара. Трудно представить себе более впечатляющую фигуру, чем провальный дракон или дракониха во всем своем великолепии.

– Стой! – воскликнул Гранди, воздев маленькую ручонку. – Мы друзья. У нас к тебе дело.

Дракониха продолжала топать вперед, хотя ее взгляд сфокусировался на големе.

– Эй, – крикнул он, – притормози! Я же сказал…

Паровица неслась прямо на него. Чудовищная пасть открылась, обнажив страшные зубы.

Честер выхватил меч, приготовившись защищаться. Он не был трусом, но ни одному кентавру не по силам одолеть в поединке этакое чудовище, а Честер к тому же уже миновал пору своего расцвета.

Гранди понял, что дракониха настолько увлеклась преследованием добычи, что попросту его не слышит. Драконы вообще не отличаются сообразительностью и, как правило, в состоянии сосредоточиться лишь на одном деле зараз. Но как докричаться до нее прежде, чем случится беда?

Внезапно небо закрыла тень. Голем поднял глаза и увидел кружившего над Провалом руха.

У голема тут же родилась идея.

– Эй, братишки, – прокаркал он по-рухски, – а не слабо вам спуститься да подергать эту ящерицу за хвост?

Дракониха резко затормозила, выпустив целую тучу пара.

– Только суньтесь, – прошипела она по-драконски, – я вам устрою парилку.

Однако рухи не появились, и дракониха принялась озираться по сторонам.

– Эй, Стелла, – осторожно позвал голем, – это я, Гранди. У меня тебе дело.

– Никакая я тебе не Стелла. Я Стейси.

– Ох, извини. Запамятовал.

– Впрочем, имя Стелла мне нравится больше, – передумала паровица.

– Как тебе угодно, – быстро согласился голем, ведь никто в здравом уме не станет спорить с драконихой. Главное, ему удалось привлечь ее внимание.

– Ты часом не заблудился? – проревела она.

– Ничего подобного, – твердо заявил Гранди. – Мы пришли поговорить с тобой. О Стэнли.

– Стэнли? – оживилась паровица. – Он нашелся?

– Нет, но я сейчас в Поиске – ищу его.

Бинк с Честером помогли мне добраться досюда, но вообще-то я должен ехать на подкроватном чудовище в Башню из Слоновой Кости. Думал тебя порасспросить, вдруг ты о нем что слышала.

– Ничего, – с глубоким сожалением ответила Стелла, – хотя я никогда не упускаю возможности поговорить с живым существом, перед тем как его съесть. Но сюда мало кто забредает.

Рухи, конечно, летают, только что с них взять.

– Конечно, – согласился голем, – ведь у них вместо мозгов рухлядь.

– Но даже если Стэнли найдется, – огорченно заметила Стелла, – он все равно слишком мал, чтобы вернуться к своей работе. – Паровица патрулировала Провал временно, вообще-то это было обязанностью Стэнли.

– Вовсе нет, – возразил голем. – Вернуть ему настоящий возраст проще простого. Надо использовать эликсир молодости в сочетании с наоборотным деревом, и Стэнли приобретет свой истинный возраст.

– Вот это да! – воскликнула дракониха, радостно выпуская пар. – Коли так, мы просто обязаны его найти.

– Но если ты не знаешь, где…

– Несский Лох наверняка знает, – нетерпеливо перебила голема Стелла. – Он прибыл из Обыкновении тысячи лет назад и о скрывающихся чудовищах осведомлен лучше кого бы то ни было. Если кто и знает, где находится Башня из Слоновой Кости, так это он.

– Лох. А кто он такой?

– Морское чудовище.

– Рад бы его порасспросить, А где он живет?

– Плавает туда-сюда вдоль восточного побережья Ксанфа да отлавливает девиц. Вроде бы он ими питается. – Паровица облизала губы.

– Вдоль восточного побережья! – воскликнул Гранди. – Но мои друзья должны вернуться домой. В отведенное им время нам не добраться так далеко.

– Я доставлю вас туда, – заявила Стелла, воодушевленная мыслью о возможности возвращения Стэнли к его обязанностям.

– Все не так просто, Стэй… Стелла. Я еду на Храповике, подкроватном чудовище, а кентавр несет кровать.

Дракониха кивнула:

– Да, возможности подкроватников, к сожалению, весьма ограничены. Но я могу нести и кровать. Если весь вопрос в этом…

Гранди понял, что столкнулся с еще одним счастливым поворотом судьбы. Теперь он мог двигаться дальше без человека и кентавра. Он перешел на человеческий язык и объяснил все своим спутникам.

– Вот и хорошо, – сказал Бинк. – Довольно скоро нам все равно пришлось бы повернуть назад. Это было превосходное маленькое приключение, но наши жены…

– Жены – это кошмар, – заявил Гранди, – я не женюсь ни за что в Ксанфе.

– Э, приятель, – назидательно поднял палец Честер, – все так говорят. Посмотрим, что ты запоешь, когда тебя захомутает какая-нибудь големская девица.

Гранда понурился, потому что прекрасно знал – големских девиц не существует. Он был единственным в своем роде. Одно дело не хотеть жениться, и совсем другое – знать, что тебе никогда не представится такой возможности.

– К моему возвращению Хамелеоша снова станет красивой, – пробормотал Бинк не столько для товарищей, сколько для себя самого. Гранди понимал своего спутника – тот путешествовал до тех пор, пока его жена была умной и безобразной, и возвращался домой к тому времени, когда она вновь обретала красоту. В этой фазе Хамелеоша была очаровательна, несмотря на годы.

По правде сказать, Гранди не имел бы ничего против големской девицы, похожей на нее.

Так или иначе, вопрос был решен. Бинк с Честером приторочили кровать к спине Стеллы и вернулись к створу тоннеля. В момент расставания Бинк обратился к Гранди.

– Будь осторожен, – промолвил он с неожиданной серьезностью, хотя сам всю дорогу оставался беспечным.

Провальная дракониха двинулась вдоль ущелья. Кровать так трясло и качало на каждом шагу, что голему пришлось вцепиться в нее обеими руками. Он надеялся, что от этой тряски у Храповика разовьется морская болезнь.

Путь предстоял неблизкий, и вскоре встал вопрос о том, как провести ночь. Гранди уже приспособился спать днем, но Стелла к этому не привыкла. К тому же ей требовалось подкрепиться. В конце концов порешили на том, что Гранди, верхом на Храповике, поедет вперед, а дракониха останется. Она отдохнет, поохотится и к утру нагонит их и принесет им кровать. Голема это вполне устраивало – ему не хотелось оставаться рядом со Стеллой в то время, когда она будет охотиться.

Храповика укачало, и поначалу он двигался неуверенно, но вскоре выправился и набрал довольно приличный темп. Подкроватное чудовище предпочитало держаться тени, там, куда не падал лунный свет. Гранди это не беспокоило, но когда какая-то туча скрыла луну, он разозлился.

– Вот невежда! – пробормотал голем. – Что за манера заслонять свет!

Разумеется, Гранди не рассчитывал, что туча поймет его, ведь говорить с неодушевленными умел только король Дор. Голему просто хотелось выговориться, чтобы заглушить досаду. Однако сразу после его высказывания туча сгустилась, скрыв последние остатки света. Храповик чувствовал себя во тьме более чем уверенно, Гранди же прямо взбесился.

– Эй, туча, тумана куча, – сердито крикнул он, – пузырь несчастный! Будь ты живая, я б тебе показал!

Послышался раскат грома. Воздух стал влажным, – похоже, собирался дождь.

– Чего растрещалась?! – вовсю разошелся Гранди. – Шумишь, словно невесть какая персона, а что ты на самом деле? Пшик, да и только!

Новый раскат грома оказался куда сильнее прежнего. Гранди удивился – неужто туча слышит и понимает его? Потом он вспомнил рассказ Айви о весьма скверного нрава туче, считавшей себя царственной

особой. Кажется, она именовалась Грозовая Громовая тучная королева. Может, это та самая? Что ж, коли так, он ей живо втолкует, кто она такая и где ее место.