Вторая версия: виной всему стрессовые ситуации в современных семьях. Безработица, постоянные кризисы, сложные отношения между родителями — все это приводит к росту эмоциональной напряженности. Следовательно, у девочек запускается древний эволюционный механизм — как можно раньше родить потомство. Впрочем, есть и еще более прагматичные версии. «Скорее всего, на раннее созревание влияют социальные факторы, среди которых основной — развитие информационной среды, — считает профессор, заведующий лабораторией «Хрономедицина и новые технологии в клинике внутренних болезней» Первого Московского государственного медицинского университета им. И. М. Сеченова Семен Рапопорт. — То, что раньше было табу, сейчас находится в открытом доступе. Информационный бум не может не сказываться на состоянии центральной нервной системы. Соответственно и дети быстрее развиваются под воздействием окружающей среды».
Молодо-зелено
Чем опасно раннее созревание? Из-за более высоких уровней половых гормонов у детей возникают психологические и поведенческие проблемы. «У современных детей развивается дисбаланс между личностным и физическим развитием, — поясняет Владимир Торшин. — С одной стороны, дети раньше достигают половой зрелости. А с другой, налицо тенденция к развитию инфантилизма. Если несколько веков назад молодой человек уже в 14—15 лет был полноценным взрослым, вел и чувствовал себя соответственно, то сейчас даже в 20 лет многие молодые люди только вступают во взрослую жизнь. Часто они морально и материально зависят от родителей, не могут принимать самостоятельные решения. Что уж говорить о мальчиках 11—12 лет! Этим и опасно раннее половое созревание. Дети морально не готовы к такой ранней перестройке организма, а следовательно, и раннему наступлению подросткового периода со всеми его сложностями». За этим следует всплеск детской агрессии, бунтов, преступлений и, увы, суицидов. Ведь именно под воздействием гормонов подростки совершают многие свои безумства. Но если родители обычно готовы к тому, что в 14 лет у их ребенка могут начаться подростковые метания, то никто не ждет подобных проблем в 10—12 лет.
«У детей фактически сокращается период детства, — поясняет профессор Торшин. — Им труднее найти свое место в окружающем мире. Особенно это касается жителей крупных городов. Все-таки в деревнях уклад жизни более стабильный. Недавно я общался с акушером-гинекологом, который отметил: в крупных городах у женщин значительно больше период половой жизни. И начинается он раньше, и заканчивается позже. Так вот, раннее половое созревание у городских девушек ярче выражено, и как следствие — высокий процент подростковых абортов. Чем больше будет снижаться возраст полового созревания, тем выше риск беременности».
Но так ли уникальны современные дети? Вряд ли. «Последние два-три века под воздействием строгой пуританской морали дети взрослели позже. А веков десять назад средняя продолжительность жизни составляла порядка 40 лет, а нормой считалось вступать в брак в 14—15 лет, — говорит Семен Рапопорт. — За такой короткий временной отрезок человек успевал пройти все фазы жизненного цикла». И тут становится очевидным другой парадокс — если много веков назад люди рано взрослели и, все успев в жизни, рано умирали, то сейчас, повзрослев в 12 лет, человек доживает в среднем до 70 лет. Зачем людям дано это дополнительное время? Ученые пока не знают. Одно лишь им понятно: дети перестают быть детьми гораздо раньше, чем их родители. Со всеми вытекающими последствиями...
Последняя капля / Общество и наука / Здоровье
Последняя капля
/ Общество и наука / Здоровье
Сколько проблем со здоровьем нам накапали валокордин с корвалолом
Вам плохо? Валокординчику накапать? Если срочно, то накапаем, а вот с августа — не выйдет: недавнее постановление правительства и письмо Росздравнадзора от 1 марта 2013 года означают, что корвалол, валокордин и многие другие «народные» лекарства уже не будут свободно продаваться в аптеке. И все из-за того, что государство берет под контроль производство, хранение и реализацию психотропных веществ и содержащих их препаратов. Среди последних оказались корвалол и валокордин — из-за содержащегося в них фенобарбитала. Несколько лет назад правительство уже вынашивало подобный план. И тогда в одночасье народ смел с полок свои любимые лекарства. Панику остановили лишь уверения тогдашнего главы Минздравсоцразвития Татьяны Голиковой о том, что корвалолу и валокордину ничего не грозит. Возникнет ли ажиотаж теперь?
Эксперты считают перевод этих лекарств в рецептурный перечень вполне оправданным. И им начинаешь верить, узнав, какую истинную цену мы платим за дешевые капли от сердца.
Вопреки распространенному мнению, валокордин, корвалол и им подобные фактически ничего не лечат. Входящий в них транквилизатор под названием фенобарбитал, действие которого основано на угнетении центральной нервной системы, — очень старый препарат с множеством побочных эффектов. Его впервые стали выпускать в Германии еще в 1912 году. Под брендом «Люминал» вплоть до середины 50-х годов прошлого века он оставался самым популярным седативным средством. Впрочем, довольно быстро стало ясно, что с его помощью пациентам спокойствия не достичь без последствий. У препарата было огромное количество противопоказаний, он накапливался в организме и благодаря большому количеству случаев передозировки превратился в распространенное средство суицида. Возможно, именно поэтому в 1934 году немецкие фармацевты решили выпустить «мягкий» аналог люминала, который, как тогда казалось, был лишен его недостатков. На свет появился валокордин — композиция из фенобарбитала, хмелевого и мятного масел и соединения брома с валериановой кислотой. В послевоенные годы производство препарата, пользовавшегося успехом, наладили в социалистической ГДР. В 1960 году рецепт братьев по социалистическому лагерю использовали киевские фармацевты. На свет появился аналог немецкого валокордина — советский корвалол. В его составе отсутствовало только масло хмеля. Так в жизнь советских людей вошли нехитрые капли с мятным запахом, которые многие до сих пор воспринимают как безопасный натуральный препарат.
За прошедшие десятилетия в мире резко изменилось отношение к лекарствам на основе фенобарбитала. Они запрещены к ввозу в США, Литву и ОАЭ. Немецкий завод, производящий валокордин, давно уже работает только на Россию и страны СНГ. У нас в стране капли с фенобарбиталом до сих пор остаются поистине народным лекарством. «И это при том, что фенобарбитал лишь помогает больному расслабиться, — говорит заместитель председателя Формулярного комитета РАМН Павел Воробьев. — Пожалуй, единственное его применение, которое сейчас может быть оправдано, — это для снятия судорог. Но и тут существуют более современные препараты».
Народная же молва упорно приписывает каплям на основе фенобарбитала славу лекарства от сердца. «Почему-то бытуют слухи, что корвалол снимает стенокардию, — рассказывает Воробьев. — Конечно, это не так. Но людей, у которых прихватило сердце, частенько пытаются сначала отпоить валокордином или корвалолом. А уж потом, если не поможет, вызывают «скорую». В результате помощь запаздывает. Я проводил опросы — в среднем по Москве пациентов с инфарктами госпитализируют через 20 часов после начала приступа. А нужно максимум через 4—6 часов». Получается, что люди лишаются шансов на спасение. То же самое касается и хронических пациентов. «Если есть боли в сердце, нужны диагностика, адекватное лечение, — подтверждает доцент кафедры факультетской терапии Первого МГМУ им. И. М. Сеченова Антон Родионов. — Прием корвалола в этом случае проблему не решит. А потом может быть просто поздно».
О том, что «незаменимые» капли стали настоящим бедствием, сейчас знают только врачи, ведущие ежедневный прием больных. Геронтопсихиатр из Научного центра психического здоровья РАМН Владимир Корнилов уверен, что корвалол и валокордин употребляют в России почти все люди после сорока. «90 процентов тех, кто приходит ко мне на прием, носят в кармане или сумочке капли с фенобарбиталом, — рассказывает Корнилов. — Вопрос, не употребляет ли пациент корвалол, валокордин или что-то подобное, стал для меня рутинным. Точно так же как и разъяснение, чем вредны эти капли. Более того: часто мы начинаем лечение именно с того, что пытаемся ликвидировать последствия их употребления».
«Среди пожилых пациентов немало тех, кто умудряется использовать в день по флакону корвалола, — рассказывает Антон Родионов. — Конечно, я провожу с ними беседы, объясняю, насколько это вредно. Однако уверенности в том, что они больше не станут употреблять эти капли, у меня нет». Проблема в том, что у бабушек и дедушек формируется зависимость от лекарств, содержащих фенобарбитал. Это не принято афишировать, но это так. «В условиях неограниченного доступа к препаратам зависимость становится серьезной проблемой, поэтому мы много лет назад начали настаивать на включении корвалола и валокордина в рецептурный список», — говорит Павел Воробьев.
