– Может быть, нам хватит денег купить полдюжины, – сказала Мэри. – Неплохо бы взять такси. Мы опаздываем.
– Одно яйцо, – сказал Рэндел. – Мы купим только одно яйцо.
Он заметил магазинчик рядом со станцией метро и вошел в него. Это оказался обувной магазин с отделением для ремонта обуви.
– Вы продадите мне одно яйцо? – спросил он у человека за прилавком. На нем был кожаный фартук, а в руке он держал сапог.
– Продуктовый магазин в конце улицы, – ответил он, не вынимая сигареты изо рта.
Следующим магазином оказалась аптека. Аптекарь вежливо поинтересовался у Рэндела, чем он может им помочь.
– Не продадите ли нам одно яйцо? – спросил Рэндел, медленно и четко произнося каждое слово, так, как будто каждое из них имело какой-то тайный смысл.
Аптекарь улыбнулся американцам, которые так плохо знали Лондон. Ему это показалось забавным.
– Продуктовый магазин вы найдете в конце улицы. Она называется Хай-стрит, – сказал он.
«Возможно, эти люди еще долго будут вспоминать и рассказывать знакомым историю про двух американцев, забавных и странных, которые хотели купить одно яйцо», – подумала Мэри, следуя за Рэнделом, который вошел в магазин скобяных изделий.
– Мы не продаем продукты, – сказал человек за прилавком и повернулся к ним спиной.
Когда они дошли, наконец, до продуктового магазина, продавец сказал им:
– Мы продаем их по полдюжине.
– Мы хотим купить только одно, – настаивал на своем Рэндел, многозначительно глядя на продавца.
Мэри постаралась придать своему лицу выражение безразличия, когда их взгляды встретились. Мало ли что нужно этому джентльмену – может быть, у него есть веская причина купить именно одно яйцо. Больше всего на свете ей хотелось, чтобы эта дурацкая беготня по магазинам наконец закончилась и они побыстрее добрались бы до доктора.
Неуклюже передвигая ногами в огромных башмаках, Рэндел с упорством маньяка продолжал ходить из магазина в магазин, из лавки в лавку.
«Мне надо купить одно яйцо», – словно заклинание повторял он, хмуро и таинственно заглядывая в глаза продавцу китайской лавки, чистильщику обуви… Его белое лицо, заросшее неопрятной щетиной, и странный вопрос вызывали у кого улыбку, у кого изумление. Некоторые сердились и говорили что-то нелицеприятное им вслед.
В конце концов одна индианка, торгующая с тележки, продала им одно яйцо. Она даже не посмотрела им в лицо и отказалась оставить сдачу.
Рэндел бережно взял в руки яйцо и аккуратно положил его в карман пиджака. Невдалеке Мэри заметила остановку такси. Как раз в этот момент подъехала машина и клиент расплачивался с водителем. Оставив Рэндела на тротуаре, Мэри стремительно бросилась к остановке и успела остановить отъезжающую машину. Она открыла дверцы, назвала адрес и села на сиденье. Машина задним ходом подъехала к месту, где стоял Рэндел. Казалось, он не замечает ничего вокруг. Мэри усадила его в такси, и они поехали.
– Голдерс-Корт, сто один, – сказала Мэри водителю. Мэри старалась запомнить дорогу, чтобы легче было возвращаться. Но такси так часто сворачивало в какие-то переулки, что в конце концов Мэри запуталась. Когда они прибыли на нужную улицу, Мэри расплатилась по счетчику, и они вышли из машины.
Дом под номером 101 выглядел старомодным среди других особняков, построенных в так называемом новом стиле. Пройдя крохотный дворик, Мэри позвонила. Дверь открыла молодая женщина. Мэри спросила:
– Это Фэйерлон? Мы – Элиоты.
Молодая женщина улыбнулась и сказала с акцентом:
– Да. Конечно.
Она впустила их и провела в маленькую гостиную. Когда они уселись на старые стулья с потертой обивкой, Мэри подумала, что, если бы не бумажный мак, приколотый булавкой к руке Рэндела, они вполне бы сошли за нормальную пару, зашедшую в гости.
В комнату вошла девочка с большим рыжим ирландским сеттером.
– Здравствуйте, – сказала она, – меня зовут Пегги.
Мэри немного подождала, но Рэндел ничего не ответил. Тогда она сказала девочке очень приветливо:
– Здравствуй, мы – Мэри и Рэндел Элиот. Девочка положила щеку на спину собаке, и ее длинные светлые волосы упали ей на лицо.
Появилась женщина, которая открывала им дверь. С ней был молодой человек. Они представились – Джин и Роб, психиатры, живут и работают здесь, в этом доме. Джин поинтересовалась, не желают ли Мэри и Рэндел выпить по чашечке кофе. Рэндел ничего не ответил, и Джин переспросила его еще раз.
Как всегда, Мэри пришлось отвечать за них обоих. Голос ее звучал приветливо и буднично:
– Да, с удовольствием. Кофе будет в самый раз. Она сказала, что они с Рэнделом любят кофе со сливками и с сахаром. Большое спасибо.
Когда эта тема была исчерпана, Мэри поинтересовалась, где у них находится туалет. Ей показали. Поднявшись наверх, Мэри вошла в крохотную комнату – обычный английский туалет, такой маленький, что, когда сидишь там, колени упираются в дверь. Она была готова часами сидеть так, уставившись в дверь, но внизу, в холле, ждал Рэндел. Она знала, что ему тоже надо в туалет. Он сидел угрюмо, не поднимая глаз, уставившись на свои тяжелые башмаки.
Когда они с Рэнделом спустились в холл, там их уже ожидал доктор Бун – мужчина среднего возраста с торчащей из густой бороды трубкой. Он выглядел невозмутимым даже тогда, когда Рэндел упал перед ним на колени, протягивая вверх руки с приколотым бумажным маком и зажатым в пальцах яйцом.
Шесть человек и большая собака молча смотрели на Рэндела, который, ползая на коленях, кланялся всем по очереди, протягивая руку с яйцом.
Наконец доктор Бун нарушил молчание:
– В лечении психических заболеваний мы не используем каких-либо наркотических или лекарственных препаратов, – объяснил он Мэри, которая внимательно слушала его. Остальные присутствующие выглядели так, как будто не находили ничего особенного и нелепого в том, что супруг этой дамы стоял на коленях посредине комнаты с приколотым к руке бумажным цветком и, словно китайский болванчик, не переставая кивал головой, кланяясь всем по очереди. Мэри заметила обертку от жевательной резинки, прилипшую к подошве ботинка Рэндела.
– Рэндел будет жить здесь вместе с Робом, Джин и Пегги и помогать по дому. Может быть, потребуется не меньше месяца, пока Рэндел снова почувствует себя хорошо. Джин составит расписание ваших визитов и будет вашим психологом, – сказал доктор Бун, обращаясь к Мэри.
Рэндел молчал. Ирландский сеттер долго следил за ним, потом, громыхая медалями, вскочил на ноги и отряхнулся.
– Вам нужно будет пойти сейчас домой и приготовить Рэнделу одежду, – продолжал доктор Бун. – Вы можете принести ее завтра, а пока Джин поищет для Рэндела пижаму и туалетные принадлежности.
