- Да, но помните? Амун был там.
- Да, но это имя мы уже использовали.
- Но разве вы не видите? Вы ведь сказали, что все это обо мне и Амоне. Я ищу не сокровища, а Амона. Он моя цель.
Доктор Хассан был тронут.
- Ты уверена, Лили?
Была ли? Во мне говорил инстинкт. Но теперь, если подумать, я не была уверена. Что мы найдем за стеной – сокровище сфинкс или путь к Амону? Пока я не начала строить догадки, я шагнула вперед и нажала на символ Амона.
Через удар сердца задрожала вся стена. Камень обваливался по сторонам, и я боялась, что совершила страшную ошибку. Я пошатнулась к мелко дрожащей стене, моя рука исчезла в новой бреши. Боясь, что меня завалит, я отстранилась, и меня поймал доктор Хассан, который и сам едва стоял. Еще удар, и последние камни ушли с пути.
Мы стояли, цепляясь друг за друга и тяжело дыша, пока пыль оседала, и когда это случилось, мы остолбенели при виде, открывшемся перед нами. Сокровища первой комнаты были ничем, по сравнению с тем, что скрывалось за стеной.
Сверкающее, украшенное камнями богатство покрывало все вокруг. Статуи кошачьей богини в полный рост стояли, как стражи, вечно оберегая сокровища в комнате. Мой взгляд загорался при виде всего, я не могла сосредоточиться на чем-то конкретном, окруженная такой роскошью.
И тут что-то двинулось.
Перед нами на золотом троне, сверкающем солнцем на золотистых лучах и блестящих бриллиантах, сидела самая красивая женщина. Сначала я подумала, что меня обманывают глаза, шедевр мерцал в неописуемо прекрасном месте, и я отметила, что она могла быть картиной или очень точной статуей. А потом я услышала смех, и женщина подняла руку и поманила нас к себе.
Ее шелковистые темные волосы были прямыми, как стрела, доставали ей до плеч. Она была в прозрачном белом платье, что собиралось на поясе и ниспадало по ее телу в стиле египетской богини. Золотые браслеты украшали ее руки, запястья, а золотые сандалии, напоминающие мои, блестели на ее ногах. Она улыбнулась мне, и я была очарована ее рубиновыми губами и густыми ресницами, а глаза светились, как туманность в космосе.
Я не могла говорить или идти, когда она снова поманила нас. Доктор Хассан страдал от такого же очарования. Мы приросли к месту. И не шевелились.
Мы не шли к ней, и она, видимо, решила идти к нам, потому что она встала, и я поняла, что сияли не лучи. Они двигались с ней, поднимались выше, окружали все ее тело.
- Исида, - выдохнул доктор Хассан благоговейным шепотом, и я знала, что он прав. Сама богиня. Та, что вдохновила Амона на заклинание, соединившее наши сердца.
У нее были… крылья.
6
Заклинание Исиды
Исида не переживала из-за моего блуждающего взгляда или оцепенелости, как и из-за того, что я молчу. Я была ошеломлена. Я могла лишь стоять на месте и заикаться. В ней было что-то особенное, и причиной было не то, что она бессмертна. Она сильно отличалась от Анубиса, темного и загадочного, с раздутым самомнением он походил на темпераментного рокового бога. Он больше напоминал… человека.
Исида была настоящей богиней. От нее исходила сила. Она была в ее глазах, позе, в каждом движении руки, ноги и крыла. Может, дело было в том, что она была не простой богиней. Она была чародейкой, обладающей магией, которая могла запугать даже кого-то такого сильного, как Анубис. Она приближалась, а я ощущала ужасную смесь восхищения и страха.
Ее полупрозрачное платье шелестело, ее крылья дернулись и сложились. Когда она заговорила, ее богатый голос эхом раздавался по комнате, словно ветер был ревнивым любовником, который хотел поймать ее слова, забрать себе, чтобы они принадлежали только ему. Такая женщина как Исида могла запугать даже мою маму, это уже хоть что-то говорило.
- Здравствуйте, - сказала богиня. – А ты, должно быть, Лиллиана.
- Лили, - исправила я ее и прикусила губу, понимая, что произвела ужасное первое впечатление. Это я знала. Я всю жизнь провела в уроках как говорить с важными людьми, даже если я нервничала.
Она не расстроилась, а даже улыбнулась.
- Значит, Лили. Анубис часто о тебе говорит.
Я не знала, говорил он обо мне хорошо или плохо, и я уже начала придумывать, что он мог ей рассказать.
- Подойди, - сказала она. – Дай на тебя посмотреть.
Она тут же вытянула руки, и я позволила взять меня за ладони. Вблизи ее глаза были еще интереснее. Еще издалека я заметила, как они сверкают, как в них смешиваются цвета. А теперь я стояла на расстоянии вытянутой руки, я видела розовый, лиловый и синий, смешивающиеся как грозовое облако со зловещей и смертельно опасной угрозой, скрытой за поверхностью. Я бы не хотела стать объектом ее гнева. Эти уникальные глаза смотрели на мое лицо так пристально, что я и не знала, чего она искала, что она может видеть.
- Хмм, - сказала она. – Все, как и думал Анубис. Амон использовал мое заклинание, чтобы соединить вас. Признаю, у меня были сомнения. Между нами, Анубис склонен преувеличивать. Но теперь я вижу, что он был прав, что нет другого выхода, кроме как попробовать Ритуал Уасрет.
- И он превратит меня в сфинкс?
- Если получится, то да, - ответила Исида.
- Вы дадите нам заклинание?
- Вы прошли проверку загадками, значит, заслужили право.
- И что заклинание… сделает со мной?
Богиня убрала прядь волос с моего плеча, ведя себя как мама.
- Сильно изменит тебя, думаю, если переживешь преображение.
Исида погладила меня по щеке, развернулась и направилась к золотому трону. Она, наверное, ощутила, что ее ответ не обрадовал меня, потому что махнула рукой и добавила:
- Ты останешься собой… по большей части. И если пожелаешь, сможешь жить среди смертных, будешь мудрее них, если это тебя тревожит. Но пойми, это единственный способ спасти того, кого ты любишь.
Я нахмурилась, а в голове повторялись слова если, по большей части и переживешь. Вопрос возник не из тщеславия. А от мысли, что я стану монстром, зверем, чем-то… нечеловеческим, что пугало. Но когда она сказала, что только так можно спасти Амона, я поняла, что пойду, чем бы это ни обернулось.
Мысли об Амоне привели к тому, что мое восхищение и опаска из-за разговора с той, что могла отогнать меня, как надоедливое насекомое, заменились неуверенностью и смятением. Весь процесс длился слишком долго. Я решила, что пройду через это, но каждый момент промедления приближал миг, когда Пожирательница найдет Амона и проглотит его сердце.
Я подошла к трону.
- Если заклинание даете вы, зачем вы с Анубисом заставили нас прийти сюда? Мы потеряли часы, пока ехали к Луксору, пока пытались расшифровать ваши загадки, когда можно было просто дать нам это тупое заклинание, - я скрестила руки на груди. – Похоже, вас не очень волнует возможный конец света, как и точно не волнуют страдания Амона.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
