Читаем без скачивания Доверься мне (ЛП) - Уоррен Скай

Карлос хотел увезти своих девочек отсюда, потому что мы надеялись на свободу. Суть, глубоко укоренившаяся в нас, ожидание уважения и равенства заставляли усерднее бороться. Он хотел, чтобы женщина надеялась на счастье, несмотря на всю боль. Глубокая, душераздирающая боль была его фетишем.

Шутка удалась. Много времени утекло с тех пор, как я на что-то надеялась.

Глава 8

Быстро зайдя в ванную, дабы переодеться в удобную одежду и освежиться, я направилась в комнату Тайлера. Собиралась ненадолго заскочить. Так или иначе, ему нужно было передать отпечаток пальца для программистов, которые обработают сканер.

И я не имею права заводить дружеские отношения с человеком, который может разбить мне сердце. Это ради общего дела, а не удовольствия. Конечно, глупо звучало. В момент, когда он отворил дверь, единственной приятной вещью за день было видеть его напряженное лицо.

Я приоткрыла рот, собираясь сообщить ему, что заполучила отпечаток, дабы перестать чувствовать себя идиоткой, но он затащил меня внутрь, и прежде чем я заговорила, обрушил свои губы на мои. Кожа была грубой и побитой, что вполне ожидаемо, и каким-то образом совершенно незнакомой. Словно он хотел меня, а не мое тело. Будто требовал возмездия и лелеял одновременно.

― Господи, прости меня. Прости, ― пробормотал он напротив моей кожи.

Слезы застали меня врасплох, вытекая из глаз и скатываясь по щекам. Я пережила целый день унижений и боли, не проронив ни слезинки. Почему же теперь я плачу, когда он проявляет ко мне доброту?

Мне не нужны его извинения. Я просто хочу перестать плакать.

― Я все сделала. Достала отпечаток, ― произнесла я полным эмоций голосом, которые не желала признавать.

― Хорошо.

Он выглядел мрачно, несчастно.

Так даже лучше, что Тайлер знал, кто я и какой вид извращенного дерьма исполнила для Карлоса. Раз уж я знала, что противна ему, так легче держать свои чувства в узде. Хотя упирающаяся головка члена в мой живот говорила, что было нечто большее, чем отвращение.

Мне следовало бы напугаться. Или оскорбиться. Все что угодно, но только не ощущение возбуждения, но было именно так.

Я не эксперт по части сексуального томления, что было необычно, учитывая обстоятельства. Я понимала, как это происходит у мужчин, как ощущается, и насколько вызывает дискомфорт. Но я была холодна подобно камню. Даже прямо сейчас не тепло проносилось во мне. А скорее неудовлетворенность, вызванная недостижимой разрядкой.

Я быстро отбросила эту мысль, и внезапно для себя, мне захотелось трахнуть его. Мы могли бы назвать это страстью. Или удобным моментом. Я ощущала себя достаточно беспечной, взволнованной, чтобы положить начало сближению.

Конечно, будет болезненно. Если бы он чуть сильнее вжался в мое тело в том состоянии, в котором оно было, стало бы больно, как в аду. Но ведь речь о сексе. Я уже привыкла. Просто мне хотелось проверить, что, может быть, с Тайлером все будет по-другому. Хотела узнать, каково это заниматься сексом с мужчиной, который… ну, к которому я проявляла заботу. Здесь и сейчас я могла быть откровенной, пока в моей крови бурлил адреналин. Бог знал, что время истекает.

И тот факт, что он не отвечал мне взаимностью ― даже лучше, так как знал, какая я мерзкая шлюха. Он не окунется в волшебную сказку, в которой ожидание становится реальностью.

Все еще стоя спиной к двери, я упала перед ним на колени. Которые протестующе завопили, потому что были покрыты синяками, но проигнорировала боль, положив руки на выпуклость, и начала расстегивать штаны.

― Чтоб тебя.

Он схватил меня за руки и удерживал, но не убирал прочь. Я могла ощутить, как он усиливал хватку от сомнений, будто хотел меня, но не мог осуществить желаемое. Я знала об этом все.

К моему стыду, нервная дрожь прокатилась по моей коже, обостряя возбуждение. Он не хотел меня. Это было ясно как день. Но образ и фантазия завораживали меня. Может, я смогла бы уговорить. Мне не нужно что-то переходящее в реальность. Лишь одна ночь. Я сделала бы все максимально качественно для него.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

― Пожалуйста, ― умоляла я, смотря на него снизу вверх. ― Просто притворись. Притворись, что любишь меня.

― Вот дьявол, ― произнес он, закрывая глаза. Выглядел так, будто ему больно, по-настоящему.

― Только сегодняшняя ночь. Большего я и не жду.

― Это не должно было случиться с нами, ― пробормотал Тайлер, но немного ослабил хватку на руках.

― Я сделаю все, о чем ты попросишь, ― прошептала я. ― Я уйду, когда Карлос уедет. Пойду к Закари.

Он открыл глаза, и я поняла, что мужчина осознал, что я только что предложила со всеми вытекающими. Что я собиралась умереть здесь, несмотря на то, что он просил бежать к Закари. Но если бы я сумела претворить в жизнь эту сказочную ночь, то после сделала бы все, что он хотел. Я бы выжила.

Мне оставалось лишь надеяться, что в итоге сделка состоится.

― Вставай.

Он поднял меня с пола, как мне показалось, чтобы оттолкнуть меня, но мужчина отказывался лишь от минета. Со всей значимостью, больше подобающей для заупокойной процессии, Тайлер подвел меня к кровати и уложил. Я старалась удержать вздох, когда моя спина коснулась поверхности, но он все равно услышал его и осторожно перевернул меня на живот.

Я простонала. Эта составляющая часть не являлась мечтой. Ведь любовники не занимаются этим по-собачьи, правда?

Но не было собачьей позиции. Не было анального секса. Его действия не походили ни на что, с чем я была знакома. Тайлер оставлял легкие словно перышко поцелуи, вдоль линии волос, опускаясь вниз к подбородку. Его руки следовали за губами, будто он отчаянно хотел прикоснуться ко мне повсюду. Я нежилась иллюзией.

Зарылась руками в простыни в качестве опоры, пока Тайлер губами спускался вниз по моей шее. Дрожь прокатилась по всему позвоночнику, перемешивая боль с наслаждением.

― Мия, ― произнес нежно Тайлер.

Я простонала, не в силах вымолвить и слова, лишь желая, чтобы все это не заканчивалось. Молясь, чтобы он никогда не останавливался.

― Мия ― повторил он. ― Ты прекрасна. Вся ты.

Он очертил контур моего лица, начиная с переносицы и оканчивая губами. Я верила ему. Не из-за тщеславия, хоть мне и говорили подобное множество раз, чтобы я доверилась. Мне приятно, что он так считал. Слава богу, мое появление обрадовало его.

Неторопливо, очень медленно он стянул с меня одежду, при этом осторожно приподнимая каждую часть тела. Поочередно он целовал место, клочок кожи, который раскрывал. Господи, он был в этом прекрасен. Настолько хорош в притворстве, что я и представить не могла лучших ощущений в реальной жизни.

Он пропускал кровоподтеки и порезы, слышались только резкий вдох воздуха или бормотание проклятий, где раны были в худшем состоянии. По факту, мое тело должно быть слишком истерзано для секса, что омрачало имитацию нормальности. Но для нас оставалось мало времени. Нам нужно сделать это сейчас или уже никогда.

Мужчина погрузил пальцы в мою уже влажную киску. Я кончала множество раз не только от собственной руки, но и с мужчинами тоже. Общественность ошибочно полагала, что шлюхи не испытывали оргазма. Карлос мог довести меня до завершения, если считал, что это усилит эффект униженности. Транк тоже преуспел в этом ремесле, когда брал меня сзади, ощущение сжимающихся мышц вокруг толстого члена ― скорее болезненное чувство, чем приятное. Даже будучи подростком… нет, не стану углубляться. Не в то время, пока руки Тайлера были на мне, внутри меня. Чтобы заменить все эти воспоминания, у меня был лишь один шанс, ускользающий от меня, как песок сквозь пальцы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Когда он надавил на определенную точку, я вскрикнула и резко дернула бедрами.

― Да, вот так, малыш, ― сказал Тайлер. ― Бери, сколько нужно.

И я брала, толкаясь и постанывая ритмичными вздохами удовольствия, пока не задрожала в его руках. Насытившись, я лежала без движения. Да, похоже на то, как поступают влюбленные. Из-за спины может поза отличалась от общепринятой, но то, как он использовал свои руки, говорило о бескорыстной отдаче, чуждой и прекрасной, которой я могла восторгаться, как какому-то азиатскому манускрипту, но никогда не постигнуть.