Немийки, которая понесла от Баллийца. Значит, он знает, что у ребят был вирусный барьер, а почему тогда Бастард?
Понять не могу. Я от этой ярости и обиды чувствовала удушье и затхлость, поэтому нужен был срочно воздух. Зашла в номер и уселась на балконе, наполняя легкие свежестью океана и умиротворением.
И к чему устроила этот концерт? Мы в очередной раз поругались.
Глава 6 «Правда одна на двоих»
POV Вильмонт.
Да, Аня, ты дала жару! Пришла мысль сегодня с утра, когда открыла глаза и посмотрела в белоснежный презренно чистый потолок. Какой ослепительный блеск, аж раздражает. А вот я… тоже вчера блеснула и красотой и умом…
Ладонью заслонила глаза, которые с трудом открывались, мечтали вновь закрыться навечно и не видеть этой выставки, номера и вчерашних людей. Я звезда, наверное, КЛИКа теперь.
Подозреваю, что уже сегодня стану самой известной особой интернета и будут блистать во всех роликах. Прекрасно. Для всех я теперь бывшая, неадекватная его величества Главы Хаски. Конечно, глубоко капать никто не будет, крайней окажусь я.
Обреченно поднялась с кровати и пошла приводить себя в порядок — вроде посвежела. Только в ванной поняла, что болела голова везде: по всему черепу, не только виски, но мне кажется и на затылке, и даже в шею отдавало.
Это всё коктейли голубые Имины на голодный желудок.
Помыла голову, накинула легкий, шелковый халат, его ткань приятно охлаждала разгоряченную кожу после сна или вероятно после вчерашнего концерта. С сырыми волосами и, наверное, с очень побитым выражением лица решила предстать перед народом, не вечно же прятаться. Очень боялась посмотреть на убожество, именуемое Анна Сергеевна, в зеркало, при выходе из ванной.
Номер мы поделили с Сашей и Алисой. Внизу — на первом этаже расположена гостиная, а наверху — три маленькие комнатки.
Шлепала я тапочками по лестнице, привлекая внимание к себе, но никого не обнаружила, кроме тишины. И только в открытую дверь на балкон врывался свежий, океанский воздух.
— Аня, тебя! — выкрикнула сестра младшая. Алиса появилась от входной двери, шлепала босыми ступнями по полу.
И кто решил меня с утра пораньше появлением своим порадовать, надеюсь не репортеры с желанием взять интервью?
Всегда думала, что мое терпение прочное, его растягивай в разные стороны, но материал никогда не порвется, слишком крепок, чтобы вытащить на свет хоть каплю негодования. Вчера я позорно проиграла своим эмоциям. День поражения.
— Доброе утро, Алис! — поздоровалась пока сестра проходила мимо.
Она никогда не скажет, что ты был не прав и какой ты клоун, и что надо было мозгом думать, а не другим местом. Саши — нет и на этом спасибо, потому что боюсь она бы прошлась против шерсти.
— Доброе, — ответила сестра. При этом присела за столиком на балконе, взяла книжку в руки, ножки подобрала под себя и полностью погрузилась в чтение.
Я глубоко вздохнула несколько раз, восстанавливая вновь идеальное лицо без намека на грустные эмоции. Улыбаться необходимо, но улыбка покидала лицо.
Открыла дверь, глазами встречаясь с Мишей. А он улыбался, плечом прикасался к стене, рядом с дверью.
— Привет, соня, долго будешь прятаться? День в самом разгаре, нас ждет океан. Почти все свалили, можем отрываться последний денек сколько пожелаем. И помни, завтра нам на работу! — пригрозил он пальчиком.
Пришлось улыбаться над нелепой попыткой развеселить меня. Прикрыла дверь в номер и вышла в белоснежный коридор. Глаза заболели от яркости, еще сильнее солнце раздражало глаза. Надо солнечные очки надеть, не возможно посмотреть в окно, хочется сразу зажмуриться.
Отдаленные шаги и голоса расслышала по коридору, но не обратила особого внимания.
— Я звезда КЛИКа? — поинтересовалась у Миши. Спиной оперлась о белую стену, руки спрятала под грудью, Миша покачал отрицательно головой и встал возле меня сбоку, плечом опираясь на вертикальную твердую поверхность. Я смотрела в пол и на свои тапочки, а начальник сбоку мельтешил, похоже на лицо мне поглядывал.
— Нет, нормально, — насмешливо поведал. — Кто ты думаешь позволит Дмитрия увидеть в нелицеприятном виде? Молчание гробовое, не волнуйся, скандалы ему не нужны.
Честно, я выдохнула более весело. Немного стало спокойнее дышать, словно кто-то до этого момента сжал горло двумя руками, не сильно, но мало приятно, а теперь отпустил. Дышать однозначно стало легче.
— Мне… — услышала голос Миши, тихий, немного хрипловатый и почти на ухо, затем увидела, как рука его поднялась. На этот жест вздрогнула от неожиданности.
— Мне не нравится выполнять роль предмета. Ты стене, возле которой стоишь, уделяешь больше внимания, — голос его звучал без привычного веселья или улыбки. Пальцами Миша прикоснулся к моим мокрым прядям волос, лежавшим на плечах и спереди на открытом участке кожи.
Одна мокрая прядь волос прилипла к шее и спадала через ключицу вниз на грудь и на халат. Миша прислонил сгиб указательного пальца на эту дорожку из волос в районе горла и повел вниз. Давил слегка, я взгляд машинально опустила вниз, чтобы видеть это. От мокрых волос отделилась капелька вода и медленно стекла в ложбинку между грудями. С высоты роста Миши вид хороший на разрез халата.
Не знаю отчего стало зябко, от капли воды, от прикосновения пальцев или взгляда, которым Миша явно следил за мокрой дорожкой на моем теле.
Голоса стали совсем близки и я распознала несколько известных. Шаги прозвучали совсем близки. Хотелось машинально гордо выпрямиться, но это бы показало насколько я занервничала, разглядев среди нескольких людей два белых пятна… Это два белых пятна и я их не вижу.
Продолжали с Мишей стоять, как и до этого, пока возле нас не остановилась маленькая группка.
Первым поздоровался Виталик, он прошел К Мише и пожал тому руку, а мне улыбнулся. Остальные позади него в разнобой поприветствовали нас. Не смотреть выше, не смотреть. Там пустое место. Два белых пятна и я не хочу их видеть. Одно с голым торсом и закинутым полотенцем на плечо. Я его не вижу, не вижу.
А видела одну Имину, вот у кого видно хорошее настроение, она в сжатый кулачок покашливала, словно прогоняла смех, который норовил вырваться из нее.
— Протрезвела? — насмешливо спросил мне столь раздражающе знакомый голос.
— Э-э-э-э. Что простите?
Удивилась вопросу и посмотрела на Хаски. У него всегда очень тяжелый взгляд, сложно ему противиться, но я постаралась не отводить и ответить молчаливым сопротивлением.
О! Как мы заговорили! Его за руку крепко держала Юлия. Весь мой стыд мигом испарился в пространстве и следов не оставил после себя.
Ответа на свой тупой
