"Гриша, на связь", - раздался в голове бодрый голос Кондратьева.
"Что решили?" - перешел сразу к делу Мезенцев.
"Покамест ничего. Нужна твоя помощь. Без нее никак."
"Что нужно делать?" - с готовностью ответил парень.
"Нужна разведка территории всего цирка, от подкровельных до подвальных помещений. Костицину и его ребятам требуется четко знать, где именно в каком количестве засели боевики. Справишься?"
А куда деваться. У Мезенцева и выбора-то особого не было. Либо помогать спецназу, либо погибнуть. Естественно, парень выбрал первый вариант. Максимальное сосредоточение воли, и вот уже бесплотный призрак сознания Григория Мезенцева путешествовал по помещениям цирка. На то, чтобы разведать такой большой объем интерьеров, у парня ушло порядка семи минут. Все это время он сидел на стуле совершенно неподвижно, закрыв глаза, чем вызвал беспокойство со стороны Оксаны. К счастью, девушка тормошила его несильно, боясь, очевидно, привлечь внимание боевиков к собственной персоне.
Еще какое-то время ушло на то, чтобы подробно и доходчиво объяснить все увиденное Кондратьеву. Тот пообещал задействовать Григория на финальной стадии штурма и разорвал связь.
- Ты в порядке? - дрожащим голосом спросила Ломанова.
- Да, милая, - как можно более нежно ответил Мезенцев, и даже подмигнул ей. - Верь мне, все будет хорошо.
Ему и самому очень хотелось в это верить.
- Ты сейчас... был так далеко. Мне показалось...
- Тебе просто показалось, - успокоил он девушку. - Помнишь, я тебе сегодня рассказывал анекдот про Сталина и экстрасенсов?
- Конечно помню.
- А что я ответил на твой вопрос, который ты мне задала чуть после?
Девушка, не понимая, к чему клонит парень, сказала с заминкой:
- Что ты бы не позволил себя расстрелять.
Мезенцев еще раз подмигнул Оксане.
- Вот этим я сейчас и занимаюсь.
Ломанова вся вспыхнула. Точнее вспыхнула ее аура, озаряясь надеждой на спасение.
- Ты пытался повлиять...
- У меня много умений, - уклонился от прямого ответа Мезенцев. Я потом тебе о них расскажу. А пока..., чтобы со мной не происходило, делай вид, что так и должно быть. Я впервые оказываюсь в подобной ситуации, но мне... эм..., скажем так, не впервой воевать.
Оставив девушку размышлять над услышанным, Григорий еще раз просканировал окружающее пространство своим парачувствительным радаром.
Через сорок пять минут на связь вновь вышел Михаил Кондратьев, и посоветовал Мезенцеву готовиться к штурму.
"Моя роль?" - коротко спросил парень.
"Наиглавнейшая, - отозвался суперсолдат. - Сначала тебе следует очень хорошо шарахнуть по башке каждого, кто караулит гардеробы, туалеты, подсобки и подвалы цирка."
"А потом?"
"А потом начнется самое сложное: ты должен будешь парализовать шахидок (если получится, то ликвидировать) и сделать все от тебя зависящее, чтобы парни, стоящие на педалях-детонаторах, не сошли с них ни при каких обстоятельствах. Они не должны упасть, не должны сбежать с них. Они должны стоять как вкопанные, чтобы вокруг не происходило. Иначе... сам понимаешь, что произойдет."
Григорий не был суперсолдатом, но понимал прекрасно. Сотня килограмм ВВ - гарантированная смерть всем заложникам.
"Это будет... не просто, - честно признался Мезенцев. - Я попытаюсь."
"Нет, Гриша, не попытаюсь. - В мыслях Кондратьева отчетливо сквозил металл и гнев. - Ты должен это сделать и точка. У спецназа нет выбора. Ситуация закритическая, и без твоей помощи штурм Московского цирка обернется вторым Норд-Остом или Бесланом, выбирай, что тебе больше нравится."
Мезенцев окинул зрительный зал пристальным взглядом, больше всего на свете желая, чтобы все эти террористы, смертники, боевики сдохли прямо здесь и сейчас.
"Я сделаю это. Можешь на меня рассчитывать."
""Мне Костицину так и передать?" - спросил Михаил.
"Да, так и передай."
"Отлично. Теперь еще некоторые моменты. Штурмовать будут несколькими группами. Три группы спецназа пойдут с Вернадского и возьмут под контроль некоторые подсобные помещения, туалеты, гардероб с последующим проникновением в зрительный зал. Еще две группы стартуют с Николая Коперника. Их цель - административные помещения цирка. Одна группа будет работать снизу. Они будут чистить подвальные помещения и некоторые подсобки, ну а мне отведена роль этакого Бетмена."
"Бетмена"? - спросил Григорий.
"Ага. Придется побыть в шкуре летучей мыши. Я планирую спуститься в зрительный зал сверху. Тут у меня пара хлопчиков, практически под носом тусуются. После того, как я их ухлопаю, я спущусь вниз и начну зачистку самой арены. К этому моменту ты должен будешь держать мерзавцев под плотным ментальным контролем. Усек?"
Со слов суперсолдата все выходило просто и понятно. Жаль, что в реальности практически всегда случались непредвиденные ситуации.
"Усек", - тем не менее отозвался Григорий.
"Вот и превосходно. Отсчитывай тридцать минут с сего момента, затем начинай работать самостоятельно. Как только обездвижишь боевиков на педалях, дашь мне знать. Спецназу не понадобится много времени, чтобы войти в здание".
"Все понял, - сказал Григорий. - Удачи. Нам всем".
Он закрыл глаза, пытаясь успокоиться и привести свои мысли в порядок. Тридцать минут. Всего полчаса, и весь этот кошмар закончится, точнее должен закончится, если он не облажается.
- Ты как будто бы с кем-то говорил, - тихо произнесла рядом Оксана.
- Так и есть, - задумчиво кивнул Мезенцев. - Скоро все закончится, обещаю.
- Хорошо, - ответила девушка, так же закрывая глаза. - Я тебе верю.
Полчаса ожидания. В зависимости от ситуации оно способно сокращаться до нескольких минут или же растягиваться на многие сутки. Для Мезенцева тридцать минут стали подобны вечности. А говорят, что время способно замедлять свой бег лишь вблизи объектов с высокой гравитацией. Чушь, да и только!
Одна тысяча восемьсот секунд минули, и Григорий заставил себя перевоплотиться в другого человека. Хотя, человека ли? Большой вопрос. Паранормальная сфера чувств позволила зафиксировать яркие пятна целей на своем внутречувствительном радаре, после чего Мезенцеву ничего не оставалось, как только атаковать. Будь он моложе и без должной квалификации пси-оператора, у него ни за что бы не получилось то, что он задумал. Но два года непрерывной практики дали свой результат. Вместо сплошной пси-волны, атака Григория представляла собой набор узконаправленных психо-энергетических пучков, каждый из которых достиг своей цели. Спецслужбы всего мира широко использовали светобарические боеприпасы, для нелетального выведения противника из дееспособного состояния. По своему воздействию пси-атака Григория напоминала применение светошумовой гранаты, правда действовала более основательно и гораздо точнее. Боевики моментально ослепли и оглохли. Сильнейшие головные боли, дисфункции сердечнососудистой, нервной систем гарантированно вывели противника из боеспособного состояния.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
