Читаем без скачивания Однажды я разлюблю - Энни Уэст

Физически Имоджин чувствовала себя гораздо лучше, чем раньше. Сейчас ее нервировала не шикарная обстановка замка или присутствие мадам Жирар. Она вынуждена была признаться себе в том, что ее беспокоило растущее чувство к Тьерри.

Ей не хотелось его гостеприимства. Она раздражалась всякий раз, когда Тьерри пропускал ее вперед, отодвигал стул или предупредительно поддерживал ее под руку. Он был внимательным и заботливым, но они отдалялись друг от друга.

Ей же хотелось его ласк и прикосновений, пусть не любви, нет, как пыталась уверить себя она, но интимной близости.

В те незабываемые две недели в Париже, когда они любили друг друга каждую ночь, Имоджин смело смотрела в будущее. Его близость помогала ей преодолеть страх надвигающейся катастрофы. И сейчас ей очень не хватало его присутствия в ее спальне.

Почему он так быстро к ней охладел? Из-за ее болезни? Из-за беременности? Или по какой-то другой причине?

Легкий ветерок ласкал ее обнаженные руки, напоминая нежные прикосновения Тьерри. Он разбудил в Имоджин женщину. Она жаждала любви.

Имоджин решительно направилась к смежной двери, соединявшей ее комнату со спальней Тьерри. Она пока еще не умерла.

Тьерри стягивал рубашку, когда услышал стук в дверь, донесшийся со стороны спальни Имоджин. Со времени их приезда в замок он старался игнорировать эту дверь, чтобы не совершать опрометчивых поступков. Но мысль о той, которая спала всего в нескольких метрах от него, не давала Тьерри покоя. Он боялся, что не справится со своими чувствами.

Вот и сейчас он быстро застегнул рубашку, заметив, как дрожат его руки.

– Тьерри?

Он быстро обернулся, увидев стоящую в двери Имоджин с распущенными волосами и в тонкой ночной сорочке, сквозь которую виднелись контуры ее стройного тела.

У Тьерри все внутри сжалось, а сердце бешено заколотилось.

– С тобой все в порядке? – Он было бросился к ней навстречу, но тут же резко остановился. Он должен соблюдать дистанцию. Ночная рубашка чересчур много открывала его взгляду. Бутоны сосков натягивали тонкую ткань, и Тьерри ощутил покалывание в ладонях, вспоминая, как эти соски наливались и твердели от его ласк и поцелуев.

Его взгляд невольно скользнул ниже, к темному треугольнику между бедер. Тьерри задрожал, представив Имоджин обнаженной в постели, его член затвердел, как камень, на лбу выступили капельки пота, а в горле пересохло.

– Что случилось? – хрипло спросил он. – Тебе нужен доктор?

Она отрицательно покачала головой, а Тьерри завороженно наблюдал за ее темными локонами, рассыпавшимися по налившимся грудям от движения. Он знал, какое наслаждение доставляет мужчине тело Имоджин. А сейчас он понял, какие муки можно испытывать после долгого воздержания.

Тьерри никогда раньше не работал с таким рвением, как после свадьбы. Работа отвлекала его от крамольных мыслей о желании близости с женой.

– Нет, я здорова, – сказала Имоджин, – я просто хотела поговорить.

– Поговорить? – переспросил Тьерри, с трудом сдерживаясь, чтобы не заключить ее в объятия. Интимная беседа с полуодетой Имоджин в его спальне было последнее, что ему нужно. – А нельзя подождать до завтра?

Имоджин опять качнула головой, и у Тьерри перехватило дыхание при виде ее заколыхавшихся грудей.

Тьерри твердо напомнил себе, что Имоджин входит в категорию его «обязанностей». Он несет ответственность за нее и их ребенка. Раньше он жил только ради собственного удовольствия. Сейчас нужно контролировать свои чувства, быть сдержанным и целеустремленным. Ему не нравилось, что эмоции брали верх при мыслях об Имоджин как о женщине.

– Сейчас не очень подходящее время для разговора, Имоджин. Уже довольно поздно. – Увидев, как она застыла, Тьерри внутренне выругал себя за резкость.

Он засунул руки в карманы брюк, будто это могло отбить желание прикоснуться к ней.

– Что тебя беспокоит? Бабушка? Знаю, она на первых порах может подавлять, но, по-моему, ты ей понравилась.

– Откуда ты это знаешь?

– Ты говоришь то, что думаешь. Она не выносит лицемерия. Бабушка тебя чем-то оскорбила?

– Нет, мне она тоже понравилась, хотя и заставила меня почувствовать себя замарашкой.

– Никто и не ожидает, что ты будешь все время наряжаться. – Образ Имоджин в обтягивающем алом платье и на шпильках до сих пор стоял у Тьерри перед глазами, лишая его сна и покоя. Кроме того, ему нравилось видеть ее в джинсах, обтягивающих ее длинные, стройные ноги…

– Тем не менее, – прервала ход его мыслей Имоджин. В ее глазах газели промелькнуло что-то похожее на боль. – Я чувствую себя обманщицей, когда мадам Жирар строит планы относительно моего будущего.

– Но она делает это с благими намерениями. А нанять для тебя преподавателя французского – отличная идея. Жаль, что я сам до этого не додумался.

– Дело не в этом. Мне и самой хочется выучить французский. – Имоджин отвела глаза в сторону, но затем вновь посмотрела на него. Ее взгляд проникал в самую душу. – Мне просто тяжело притворяться твоей настоящей женой.

– Ты и есть моя настоящая жена. Церемония была короткой, но вполне законной.

– Но я не та, кто проведет с тобой остаток жизни. Это ведь временное соглашение для моей выгоды.

– Не забывай, что это и мой ребенок. Мы вместе за него отвечаем.

Лицо Имоджин стало менее напряженным. Она немного расслабилась, и Тьерри удивился, насколько это ему приятно.

– Тебе не следует ни о чем волноваться. Положись на меня, – сказал Тьерри успокаивающе. – Я позабочусь обо всем. – Он помедлил, не зная, продолжать или нет.

– Что ты хочешь мне сказать? – спросила Имоджин, отойдя от двери.

– Прости?

– Ты что-то недоговариваешь.

Тьерри нахмурился при мысли о ее проницательности. Он всегда гордился тем, что умело скрывает свои мысли.

– Просто мне удалось договориться о консультации для тебя с лучшим специалистом в стране. Он послал запрос в Австралию на твою медицинскую карту.

– Понятно. – Ее губы дрогнули. Тьерри так хотелось погладить ее по голове и уверить, что все будет хорошо. Но он не должен до нее дотрагиваться. – Ты очень добр ко мне, Тьерри. Спасибо за заботу, – ровным голосом сказала Имоджин.

– Ты хочешь поговорить о чем-то еще? – спросил Тьерри.

– Нет. Я только… – Ее молчание затянулось настолько, что он подумал, все ли с ней в порядке.

Она стремительно подошла к Тьерри и положила руки на его напряженные плечи. Имоджин придвинулась так близко, что он почувствовал жар ее тела. Ее ореховые глаза в зеленую крапинку, опушенные густыми ресницами, излучали нежность и восторг. Она запустила свои длинные пальцы в его густую шевелюру, посылая потоки расплавленной энергии прямо ему в пах.

– Я хочу отблагодарить тебя, – сказала она, уставившись на его губы.

В следующую секунду она приподнялась на цыпочки и, тесно прижавшись к нему соблазнительной грудью, приникла к его рту своими горячими, манящими губами.

Тьерри содрогнулся всем телом. Он жадно вдыхал ее запах, чувствовал на своих губах ее вкус и едва не растерял свою решимость. Он безумно хотел ее. А этого он не мог допустить, если хотел надлежащим образом заботиться о ней.

Что-то похожее на рычание невольно вырвалось из груди Тьерри, а Имоджин вторила ему, испуская тихие стоны. Ему только стоило приоткрыть рот и…

Неимоверным усилием воли Тьерри отстранился от нее на расстояние вытянутой руки. Его руки дрожали, сердце готово было выпрыгнуть из груди, но он сделал это. Она не должна благодарить его своим телом.

– Не нужно меня благодарить таким образом, Имоджин, – сказал он, едва узнавая свой голос.

В ее глазах что-то вспыхнуло, и он почувствовал, будто получил пощечину. Ее пылающее лицо мгновенно стало бесстрастным. Она глубоко вздохнула и отвернулась от него.

– Честное слово, Имоджин, я не нуждаюсь в благодарности подобного рода.

Она медленно кивнула и направилась к двери.

– Я поняла. Спокойной ночи, Тьерри.

Глава 8

Имоджин выпрямилась в кресле, приготовившись к плохой новости. Надейся на лучшее, но будь готова к худшему, кажется так гласила поговорка. Сейчас она надеялась услышать от доктора, что с ребенком все в порядке. Альтернатива…

Жесткая рука накрыла ее ладонь, легонько стиснув ей пальцы.

Вздрогнув, она увидела позади себя Тьерри, который наблюдал за врачом, просматривающим результаты исследований. Они были настроены на одну волну. Почувствовав ее страх, Тьерри пришел ей на выручку.

Он и раньше помогал ей. В первую встречу с мадам Жирар Тьерри нежно погладил Имоджин по щеке, выказав ей свою поддержку.

Имоджин глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

Прикосновение Тьерри было похоже на обоюдоострый меч. Она с благодарностью ответила на его рукопожатие, радуясь, что она не одна. С другой стороны, его прикосновения резали по живому. Он не прикасался к ней со дня ее встречи с мадам Жирар в саду. В ту ночь, когда она пришла к нему с доказательством своей приязни и признательности, он высокомерно ее отверг.