– Но это просто смешно! Я не сделаю этого! Я никогда ни перед кем не раздевалась, даже перед мамой! – И, подобрав юбки, Джиана бросилась к двери.
Ее остановил голос Чипполо.
– Джиана! – крикнул он. – Так вот как ты держишь свое слово! Я так и знал, что ты побледнеешь и смутишься, как маленькая девочка. Но ты забыла о нашем пари. Если ты не вернешься немедленно, то завтра же я отправлю тебя в Лондон, и Аврора будет знать, что ты не выполнила вашего договора!
Джиане вспомнилось, как она стояла перед матерью и со сладким восторгом слушала, когда та говорила о проститутках. И как уверенно пообещала Дэниелу, что запросто выполнит все его требования. Девушка побледнела. Она даже не представляла, о чем идет речь. Но если она сейчас убежит, то все будет кончено.
– Шлюхи, как и жены, – заговорила Люсьен, – должны выполнять все желания мужчин, моя малышка. Если они не хотят этого делать, мужчины бывают недовольны. А разница между порядочными женщинами и проститутками состоит в том, что шлюхи могут разбогатеть, а жены – нет. Такова жизнь, детка, и пора тебе узнать об этом.
Джиана похолодела, как мраморная статуя. Рендал ни за что бы не допустил, чтобы она так унижалась. Если б только он знал, что ей приходится делать, он бы ни за что не попросил ее выполнять все требования матери. Но тут она вспомнила, как он смотрел на нее, как уговаривал потерпеть три месяца…
Откуда– то издалека раздался голос Дэниела:
– Делай, что тебе говорят, Джиана, докажи, что ты не капризная девчонка, которая бросается направо-налево своими обещаниями!
Девушка медленно вернулась на середину комнаты. Люсьен раздраженно постукивала ногой.
– Я все сделаю, дядя Дэниел, но все равно стану женой Рендала.
– Посмотрим, Джиана. Я готов рискнуть.
Девушка быстро поняла, как действительность отличается от того, что она рисовала в своем воображении. Опустив глаза, она начала дрожащими пальцами медленно расстегивать лиф платья.
– Дорогая, если ты все будешь делать с такой скоростью, мужчина устанет ждать. А они этого не любят. – Шагнув вперед, Люсьен убрала руки Джианы и быстро расстегнула все пуговицы, а затем стянула лиф до пояса. – Хорошо, – пробормотала она, развязывая тесьму сорочки. – Я рада, что талия у тебя действительно тонкая и ты не затянута в корсет.
Джиана почувствовала, как тонкая сорочка вместе с платьем соскользнула с нее на пол. Девушка зажмурилась и постаралась прикрыть грудь руками.
– Сними туфли.
Джиана повиновалась. Люсьен ловко стащила с нее белые панталоны и стянула вниз чулки. Джиане хотелось закричать, чтобы она немедленно прекратила, но не могла. Девушка сжала зубы и решила представить себе, что все это происходит не с ней.
Дэниел не мог отвести от нее глаз. Она была прекрасна! Точеная фигура, белая кожа, нежные округлости грудей с темно-розовыми сосками…
– Ну, что ж… по-моему, вполне подходяще, – пробормотала Люсьен, вопросительно взглянув на Дэниела. Тот кивнул. – Длинные ноги. Мужчины любят длинноногих, девочка моя. Груди у тебя еще вырастут. Так… А теперь повернись, дай мне взглянуть на твою попку. Что ж, тоже ничего – круглая, с ямочками…
Джиана просто подскочила, когда мадам Люсьен провела руками по ее ягодицам.
– Нечего дергаться, как будто я пытаюсь убить тебя. Наши клиенты любят хлопать девушек по заду, это их распаляет. Ты должна все время думать о клиентах, об их желаниях. А иначе они останутся дома, в постелях со своими холодными женами. Но, видит Бог, мужчинам этого вовсе не хочется! – Мадам Люсьен помолчала, а затем дотронулась до родинки на попке Джианы. – Смотри-ка, как будто маленькая птичка! Мужчинам понравится твоя родинка. Дэниел, хочешь посмотреть поближе?
– Нет, Люсьен, – ответил Чипполо.
– Можешь одеться, моя девочка.
Джиана неловко наклонилась и подобрала разбросанную одежду. Оглянувшись, она поискала глазами уголок, где бы можно было спрятаться, но это было ни к чему: ни Люсьен, ни Дэниел не обращали на нее ни малейшего внимания.
– Дэниел, дорогой, – спросила хозяйка, – вы вернетесь вечером?
Дэниел покачал головой, краем глаза наблюдая за Джианой. Правильно ли он сделал, думал Чипполо, что сразу подверг ее такому испытанию? Девушка дрожала и никак не могла натянуть чулки.
– Подождите минутку, мисс Джорджиана, – вдруг заявила Люсьен, – пусть мои девушки скажут, что они о вас думают.
С этими словами мадам распахнула дверь. Джиана увидела трех девушек примерно ее возраста, которые с любопытством заглядывали в комнату.
– Вы что же, подглядывали? – загремела хозяйка. – Ну да ладно, входите. Это Лючия, Марго и Эмили. Лучшие мои девушки, – с гордостью заявила содержательница борделя.
Перед Джианой стояли блондинка, рыжая и брюнетка. Одна из девушек шагнула вперед и дотронулась до распущенных волос Джианы.
– Она хорошенькая, мадам, – сказала Эмили. Джиана дернулась и почувствовала резкую боль: Эмили не успела отпустить ее волосы.
– Она понравится нашим господам, мадам, – с важным видом заявила Лючия, но ее черные глаза смеялись. – Мы видели, какая она белокожая! А волоски у ее секретика совсем черные!
Дэниел видел, что Джиана шокирована, и быстро приказал:
– Помоги Джиане одеться, Марго. Она устала.
Марго кивнула и отвела Джиану в угол комнаты. Люсьен крикнула двум другим девушкам:
– А вы идите отдыхать! Чтобы к вечеру были в форме! – Затем хозяйка повернулась в Дэниелу и с улыбкой сказала:
– Первый урок всегда самый болезненный, мой дорогой, не так ли?
Чипполо задумался, а затем, поднявшись, произнес:
– Мы не приедем вечером, Люсьен. Луиджи дель Конде и его уродливая жена дают сегодня званый обед. Там соберутся все сливки общества. Пусть Джиана сначала увидит господ там, на приеме, а уж потом здесь. Ну и, конечно, познакомится с их женами.
– Дорогой, ты веришь, что малышка сумеет распознать их двуличие?
– Она поймет, – уверенно сказал Чипполо. – Со временем.
Итальянец повернулся к Джиане, которая, застыв, невидящим взором смотрела перед собой, пока Марго застегивала ее лиф.
***
Выйдя из борделя, они прошли по Виа-Криспи, и Дэниел нанял экипаж. Объяснив кучеру, как доехать до его дома на Пьяцца ди Пеллнцерия, Чипполо повернулся к своей притихшей попутчице. Но не успел Дэниел сказать и слова, как Джиана посмотрела ему прямо в глаза и гневно воскликнула:
– Только не вздумайте, дядюшка, говорить мне, что я должна сочувствовать этой вашей ужасной мадам Люсьен и ее противным девицам. И не пытайтесь убедить меня, что они попали в это заведение из-за мужчин! Они сами во всем виноваты: вешались на шею всем подряд! В них нет ни нежности, ни доброты – ничего, что должно быть у каждой женщины! Они невыносимы! Как могла эта… женщина сравнивать шлюх и леди?!
